Робинзон. Инструкция по выживанию - Александр Покровский

Когда отзвучал последний доклад, командир говорит:

– Внимание командиров боевых частей! Выходим в море, отрабатываем задачи контрольного выхода. Кроме того, работаем с лодкой, отрабатываем задачи совместного плавания, потом – в базу, проверка штабом, дозагрузка продовольствия до полных норм, далее – трехдневный отдых личного состава (ну, там как получится) и после этого выход в море, на боевую службу. Прошу всех обратить внимание на работу материальной части. У нас все старое. Матчасть свое выработала. У нас продленный моторесурс. Возможны любые сюрпризы. С нами в море идет начальник штаба дивизии, офицеры штаба. Вопросы ко мне? Сова! Как там ваш Робертсон? Сдает зачеты? Хорошо! Сейчас формально у него все должно быть принято, а в море – все заново. Понятно, надеюсь? За море вы должны подготовить себе замену. Помните об этом. Все свободны.

Эпизод. На пирсе штаб, начальник штаба. К лодке подходят буксиры – они помогут ей при выходе из базы и проходе узкости. (Узкость – это вход в базу – справа скалы, слева скалы.) Штаб вместе с начальником штаба переходит на борт. Командир корабля на ходовом мостике. Он подает команду вниз, в центральный пост:

– Швартовым командам приготовится к выходу наверх!

Центральный репетует:

– Швартовым командам приготовиться к выходу наверх!

Через минуту:

– Швартовым командам выйти наверх!

Командир:

– По местам стоять, со швартовых сниматься!

Центральный:

– По местам стоять, со швартовых сниматься!

Швартовые отдаются, лодку с пирсом больше ничего не связывает, она начинает медленно отходить. Буксиры ей помогают, отжимают от пирса. Лодка в сопровождении буксиров начинает двигаться к выходу из залива.

Командир:

– Боевая тревога! По местам стоять! Узкость проходить!

Центральный репетует:

– Боевая тревога! По местам стоять! Узкость проходить!

Лодка проходит узкость.

– Швартовым командам вниз! Отбой тревоги! Боевая готовность номер два надводная! Первой смене заступить!

Заступает первая боевая смена. Лодка следует в точку погружения, а потом – в район боевой подготовки.

На мостике начальник штаба капитан первого ранга Попов Виталий Александрович, командир корабля, вахтенный офицер, сигнальщик. Начальник штаба командиру:

– Александр Иванович, что такое твой «продленный моторесурс», не мне тебе говорить. Но горит график цикличности, коэффициент напряженности и все прочее, так что на службу все равно выйдешь. Компрессора у тебя все дохлые, так что флагманского по живучести на этот поход я тебе дам. Не обессудь. На всякий случай.

– Ясно, Виталий Александрович.

– С погружением в точке сутки отрабатываем элементы подводного плавания, а потом, как ты знаешь, по плану всплываем, идем до места, там погружаемся и следуем в полигон. Семидесятые полигоны мелковаты, конечно, но делать нечего. Там у нас отработка звукоподводной связи с лодкой – она возвращается с боевой службы. Еще сложность – погода. По метеосводке на нас надвигается ураган. А сеансы связи, как понимаешь, по четырехчасовой программе – так что скучно не будет. Сова! (Обращается к вахтенному офицеру, им стоит Сова.) Как там ваш новый лейтенант? Я слышал, у него непростое происхождение?

– Шотландский предок поступил на службу к Петру Первому, товарищ капитан первого ранга!

– Шотландский? Надо же! Впрочем, шотландцы неплохие вояки. И он потомственный флотский офицер? Что-то я не слышал на флоте такой фамилии. Давайте его сюда. Поглядим на него.

Робертсона вызвали на мостик. Он поднялся:

– Лейтенант Робертсон по вашему приказанию прибыл!

– Робертсон! – говорит ему начштаба. – Ну как, лейтенант, осваиваетесь?

– Так точно!

– Вы потомственный офицер?

– Никак нет!

– А как же предок?

– Шкипер Джеймс Робертсон был единственным моряком в нашей семье.

– А что же делали все остальные?

– Были дипломаты, чиновники и один генерал.

– Генерал?

– Да. Он в русско-японскую погиб.

– А в Красной армии кто-нибудь служил?

– Служили в артиллерии.

– А вас, значит, потянуло на флот?

– Так точно!

– А скажи-ка мне, будущий флотоводец Робертсон, можно ли выполнять маневр «срочное погружение» без запаса ВВД?

– Наверное, нельзя.

– Не «наверное», а нельзя. Кувалде можно, лодке нельзя. ВВД, Робертсон, это как мама родная для подводника. Для всплытия в позиционное положение продуваем среднюю, но до этого, действуя исключительно рулями, подвсплываем, на тридцати метрах начинаем поднимать перископ, потом командир с начальником штаба переходят в боевую рубку и там они оценивают обстановку. Только высунулся из воды перископ – мазанул им по горизонту, оценил, что вокруг, и только после этого, подвсплывая, глубина семнадцать метров, поднимаешь остальные выдвижные – оцениваешь еще раз – нет ли врага, и потом можно давать команду «Продуть среднюю». Продувается средняя группа ЦГБ – всплываем в позиционное положение – рубка над водой. А ЦГБ концевых групп дуется воздуходувкой. Понятно? Не ВВД, а воздуходувкой. Воздухом низкого давления. ВВД нужно для срочного погружения. «Товьсь на быстрой!» Знаешь, что такое «быстрая»? Это цистерна быстрого погружения. Она быстро заполняется водой, и лодка проваливается на глубину – так мы уходим от противника – и эта цистерна тут же должна начать осушаться, а иначе – инерция, Робертсон, госпожа инерция. Из-за нее можно вообще не всплыть никогда. Провалимся, и раздавит нас к чертовой матери. Вот поэтому надо сразу осушать «быструю». А ВВД средней группы можно подбить уже под водой. Компрессорами. Снять давление воздуха в отсеках лодки – на это время всегда найдется. А вот на маневр «срочное погружение» времени может не хватить. Жизнь от этого иногда зависит. Понятно, Робертсон?

– Понятно!

– Давай! И чтоб все это наизусть знал, потомок великого Джеймса! Ночью, в бреду, в дыму, на ощупь! На ощупь! Сто раз! Тысячу раз! Запнулся – два балла! Ине я тебе поставлю два балла, Робертсон! Жизнь тебе поставит! И на тебе еще жизнь матросов и всех, кто в твоем отсеке. Они на тебя будут смотреть. Они от тебя будут ждать решения. Они в тебя должны верить. Не спать, не жрать – сдавать на допуск к самостоятельному управлению. Боишься лодку?

– Никак нет!

– А надо. Не боится только идиот, Робертсон. Лодку надо немножко бояться. И уважать. Давай вниз.

Робертсон уходит.

– Сова! – говорит начштаба.

– Я!

– С лейтенанта не слезать!

– Есть! Ясно!

– Он всю лодку на пузе должен проползти! Каждый болт чтоб знал.