Прекрасные неудачники - Леонард Коэн

– Ф.!

– Чарльз Аксис – само сочувствие, он – наше жертвоприношение! Он призывает худых, но подразумевает и худых, и жирных; он призывает худых, потому что быть жирным хуже; он призывает худых, чтобы жирные услышали и явились и не были названы поименно!

– Отойди от окна!

– Чарльз! Чарльз! Чарли! Я иду, я иду, чтобы остаться с тобою на грустном краю мира духов!

– Ф.! Апперкот! Дыц! Шмяк!

– Уфф! *##! Ы-ы. Спасибо, друг мой, ты, вроде как спас мне жизнь.

Тогда я в последний раз не уступил Ф. в физической борьбе. В уединении своей комнаты он отдавал Чарльзу Аксису по пятнадцать минут ежедневно. Жир исчез или превратился в мускулы, у него увеличилась грудная клетка, он перестал стесняться, раздеваясь на физкультуре. Однажды на пляже, когда мы загорали, сидя на маленьком полотенце, огромный мужик в очень белых плавках пнул песком ему в лицо. Ф. только улыбнулся. Огромный мужик остановился, уперев руки в бока, затем слегка подпрыгнул, как центральный нападающий, и снова брызнул песком Ф. в лицо.

– Эй! – крикнул я. – Хватит песком кидаться! Ф., – шепнул я, – этот человек – самый ужасный хулиган на пляже.

Меня громила совершенно проигнорировал. Он сжал большое толстое запястье Ф. в своем массивном кулаке и рывком поставил его на ноги.

– Слушай сюда, – прорычал он. – Я бы разбил тебе морду… но ты такой тощий, что усохнешь и улетучишься.

– Почему ты позволил ему пинаться?

Когда мужик зашагал дальше, Ф. смиренно сел.

– Это был Чарльз Аксис.

– Но этот человек – самый ужасный хулиган на пляже[73].

30.

Записка! На дне коробки с фейерверками я нашел записку.

Дорогой Друг

Включи радио

Твой дорогой мертвый друг

Ф.

На дне. Как хорошо он меня знал. Я прижал к щеке послание (написанное на телеграфном бланке). О, Ф., помоги мне, ибо могила разлучила меня со всеми, кого я люблю.

Радио:

…..для миссис Т.Р. Вубуски, Клэнрэналд, 56784, для трех медсестер из общежития Барклай от сами-знаете-кого композиция настоящей восходящей звезды Гэвина Гейта[74]и Богинь – и не забудьте, во время программы «Музыкальная девчонка спозаранку» вы можете позвонить и заказать…

Шарканье ударных:

ШШШНН шнн шнн ШШШНН шнн

Электроинструменты:

Цунга цунга цунга (обещание беспрерывного ритмичного секс-насоса)

Гэвин Гейт:

Я б мог сбежать цунга цунга цунга (у него полно времени – он прошел долгий путь, чтобы поведать эту ужасную историю)

и лишь сказать (дыхание электрического пульса)

Я тебе говорил

Богини:

я тебе говорил (батальон чернокожих девиц, офицеры набраны возле алтарей евангелистов, они устроили мне засаду со своей невнятной ненавистью и белыми зубами)

Гэвин Гейт:

Я мог бы опять

Всему миру сказать

С ним ты только грустишь

Богини:

Только грустишь

Гэвин Гейт:

Надо было бежать

Богини:

Ахххххххххххх

и себя утешать

ахххххххххххх

что тебе будет

аххххххххххх

лучше так

аххххххххххх (СТОП!)

Гэвин Гейт:

Знай, когда тебе больно

Ударные:

Бэмс!

Гэвин Гейт:

тогда больно и мне

Богини:

больно и мне (они взмыли ввысь во вселенском страдании любви, но вернулись к ровному тону, теперь яснее, будто зареклись от чрезмерных эмоциональных всплесков, тум/тум/тум)

УДАРНЫЕ ПРЕОДОЛЕВАЮТ ПЯТЬ ТАКТОВ. ГЭВИН ГЕЙТ ВЫКАТЫВАЕТСЯ ИЗ УГЛА НА ВТОРОЙ РАУНД. ТЕПЕРЬ – ДО ПОБЕДНОГО КОНЦА. БОГИНИ ГОТОВЫ ВЫСОСАТЬ ПОБЕДИТЕЛЯ НАСМЕРТЬ.

Гэвин Гейт:

Я мог бы сказать,

пора понять

тебе наконец (Кто ты, Гэвин Гейт? Странные у тебя приказы. Думаю, ты прошел через какие-то испытания и слишком многое познал. Ты – король квартала в каких-нибудь трущобах и издаешь Законы)

Богини:

тебе наконец (они содрали с себя блестящие бюстгальтеры и эскадрильей камикадзе обрушились на сердце, полное страха)

Гэвин Гейт:

Когда ты ушла,

Отвернулась навек

навсегда от меня

Богини:

навсегда от меня

Гэвин Гейт:

Я молил тебя (его сила с ним, его войска выстроены по линейке, теперь он может рыдать)

нет

Нет о нет!

Богини:

Ахххххххххххх

Не уходи

Ибо знал он обидит (возвращаясь к высокомерному повествовательному тону)

НРАВОУЧИТЕЛЬНЫЕ ЗВУКИ УДАРНЫХ

будет больно и мне

Богини:

больно и мне

Ах

Ах

Ах (шаг вниз по мраморной лестнице, и он воспрянул духом)

Гэвин Гейт:

Он тебя поймал

тобой овладел (в грустной раздевалке, где отдыхают все любовники, Гэвин услышал подробности совокупления)

Богини:

Ахххххххххх (Месть! месть! Но, Сестры, разве мы не истекаем кровью по-прежнему?)

Гэвин Гейт:

а что до любви

то ты

Богини:

Ха! (они выплюнули свою ненависть с этим воплем)

Гэвин Гейт:

скоро будешь не у дел

О я о-о-о

просто дурак (но мы-то знаем, что нет, – не больше, чем я, ибо мы работаем со священным материалом. О, Боже! Все формы любви дают силу!)