Письма моей сестры - Элис Петерсон

– Прости, милый, я забыла, что теперь твоя очередь принимать игроков в покер, – еще раз извиняюсь я. Сэм неодобрительно смотрит, как я бросаю на диван сумочку, газету и ключи от дома.

Сегодняшний день показался для меня длиннее, чем целая неделя. И дело даже не в визите мистера Викерса. Больше всего я нервничала, когда Беллс трогала платья своими липкими пальцами. Хорошо еще, что почти все платья черные, но даже так никто не захочет видеть на своем платье липкие крупицы сахара. Ив отвела ее в темную комнатку на втором этаже, где я держу чайник, кофе и упаковочные коробки. Она сказала, что поможет Беллс помыть руки. Я услышала, как моя сестра начала что-то твердить ей про горячую мыльную воду.

– Ты грызешь ногти? Тебе надо есть сырое желе, – посоветовала ей Ив. – Я сделаю тебе французский маникюр. Хочешь? – Иногда я думаю, что бы я делала без Ив. Благодаря маникюру я смогла аккуратно сложить всю одежду.

Беллс садится на диван и, не обращая внимания на нас с Сэмом, снимает обертку с мороженого «Магнум». Сэм возмущенно смотрит на липкую от шоколада бумагу, которая опасно приближается к элегантной бежевой подушке.

– Кэти, зачем ты шваркнула свое барахло на диван? Ведь рядом стоит подходящий для этого столик. – Он хмурится. – Изабель, дай мне эту обертку.

– Тебе нравится Стиви Уандер? – спрашивает у него Беллс.

– Что? – Сэм прищуривает глаза.

– Тебе нравится Стиви Уандер? – повторяет Беллс, показывая ему компакт-диск; в другой ее руке мороженое.

– Я не фанат, – заявляет он. – Эта песня «Эбеновое дерево и слоновая кость», которую он спел вместе с Полом Маккартни, была чистая фигня.

Какая прелесть!

– Но чего я действительно не люблю, так это когда повсюду валяется хлам. Это мой дом, так что уважай его правила. Хорошая девочка, – просит он, отводя глаза. – Дай мне обертку.

Она протягивает ему обертку, и он спускается на кухню. Я иду за ним. Наверху Беллс включает телевизор. Она будет смотреть Уимблдон.

– Сегодня я не смогу выйти, Сэм. Мне надо заняться бухгалтерией. Позвонил Бернард и поторопил меня.

– Кэти, сегодня у нас мальчишник, будут одни парни, – сообщает он мне, поднимает крышку мусорного контейнера, бросает обертку; крышка со стуком захлопывается.

– Ничего, если вечером зайдет Кейт Мосс?

На его губах появляется еле заметная улыбка, но тут же исчезает.

– Нет, ты знаешь, я против.

– Но я очень тихо. Как мышка.

– А что будет тогда делать Изабель? Мне казалось, что вечером по вторникам ты встречаешься с Эммой.

– Мне пришлось отменить. – Я открываю холодильник и заглядываю внутрь. В нижнем ящике картофель для запекания, кочан органической брокколи и упаковка органической моркови. На средних полках сыр, бекон, грибы и банка оливок с чесноком.

– Я бы не болтался у тебя под ногами, если бы ты устроила ботоксный девичник со своими подругами.

– Я не увлекаюсь ботоксом.

– Ну ты поняла меня. Господи, иногда ты становишься педантом, – говорит он, потирая нос.

– Сэм, мы с Беллс носу не покажем из нашей спальни, пока все не уйдут, – убеждаю я его. – Нам просто нужно приготовить… ой, черт, что же она готовит по вторникам?