Американская ржавчина - Филипп Майер

Айзек заколебался, но Поу торопливо выкрикнул:

– Мы позвоним.

– Дело ваше, – пожал Харрис плечами. – Тогда проваливайте. И скажите в баре, что я велел разрешить вам позвонить.

– Да мы отсюда и пешком дойдем, – сказал Поу.

– Нет, – отрезал Харрис. – Звоните давайте. И не попадайтесь мне на глаза.

Они дружно кивнули.

– Кстати, – сказал вдруг Харрис, – откуда у тебя рана на шее?

– Какая?

– Не играй со мной, Билли.

– Бритвой порезался, сэр.

– Билли, – печально покачал головой Харрис. – Ох, Билли. – И всем корпусом развернулся на сиденье: – Будешь продолжать – плохо кончишь. Ты меня понял?

– Да, сэр.

Харрис повернулся к Айзеку:

– Ты тоже. Вы оба, не выходите из дома пару дней. И чтоб я в любой момент мог вас отыскать.

Они вошли в бар. Слишком просторное помещение, единственный свет – от неоновой рекламы пива у стойки; деревянные стенные панели сплошь изрезаны похабными надписями и инициалами. На двух телеэкранах – розыгрыш лотереи, на третьем – повтор автомобильных гонок.

– Тут одно старичье, – шепнул Айзек.

– Хочешь, чтоб мы завалились в “Хоуи” и все нас там засекли?

– Нам вообще не надо было выходить из машины.

– Ага, и как объяснить моей матери, почему Харрис подбросил меня до дома?

– Это последнее, что меня, черт возьми, беспокоит, – ответил Айзек.

Барменша, с сигаретой в зубах, медленно двинулась в их сторону. Молодая симпатичная девчонка, Айзек узнал ее, в школе училась на несколько классов старше.

– Просто чтоб вы зря не тратили время, – начала она. – Я видела, как вас только что высадили из полицейского фургона.

– Эмили Симмонс, – улыбнулся Поу. – Я тебя помню.

– А я тебя нет.

Вот это вряд ли, подумал Айзек, но вслух говорить не стал.

– Харрис сказал, что мы можем воспользоваться вашим телефоном, – вместо этого произнес он.

– Все что угодно для мистера Харриса. – Она выставила телефон на стойку и смотрела, как Айзек набирает номер сестры.

– Дай-ка мне бутылочку “Айрон Сити”, пока мы тут машину дожидаемся.

– А удостоверение личности ты дома забыл, да?

– Мне уже есть двадцать один.

– Ты, похоже, наше заведение с чем-то спутал.

– Слушай, ну я же тебя помню, ты играла на бильярде у Дейва Уотсона. Я Билли Поу. На два класса младше тебя.

– Я же сказала, я тебя не помню.

Она налила обоим содовой. Поу вытащил вишенку из своего стакана, бросил на пол. Посетители радовались неожиданному развлечению. Взрослые мужики в атласных клубных куртках или в камуфляже, лица багровые – то ли от работы рядом с раскаленными поверхностями, то ли от работы на улице, то ли вообще от отсутствия работы. Некоторые отвернулись, возвращаясь к прерванным разговорам, но несколько человек продолжали пялиться на Поу и Айзека.

Айзек заметил сидящего в одиночестве отцовского приятеля с завода. Д. П. Уайтхаус по понедельникам смотрел футбол, иногда приглашал отца на охоту, уже после того как тот вернулся из Индианы, после аварии. Но это было давным-давно, Д. П. уже много лет у них не появлялся. Сейчас он то ли не узнал Айзека, то ли не захотел узнавать.

– Может, подождем снаружи, – предложил Айзек.

– Да к дьяволу. Пойдем туда, где нам хоть пива нальют. – Поу бросил злобный взгляд в сторону барменши, но она никак не отреагировала.

На улице собралась такая толпа, словно весь город разом решил поглазеть, как подъедет Ли. Приглядевшись, они различили двух парней в темном пикапе, явно кого-то поджидавших. Двинулись было в сторону от бара, и пикап тут же тронулся с места. Поу и Айзек озадаченно вернулись ко входу в бар.

– Думаешь, это копы?

– Да хрен ли. Не сходи с ума.

– Харрису все известно. Впрочем, это же не твои проблемы.

– Ладно тебе, – буркнул Поу.

– Ты прав, фигня.

– Если б он знал что-нибудь, мы с тобой уже были бы в синяках от полицейских дубинок. Он думает, что мы просто парочка сопливых недоумков, да к тому же на прошлой неделе нашли ту тетку в мусорном баке – ему есть чем заняться.

Они смотрели, как загадочный пикап медленно проехал по улице, а через минуту – в другую сторону.

– Он нашел твою куртку, – сказал Айзек. – А уж если проводили хоть какую-то экспертизу, там полно наших отпечатков, и следы от ботинок, и твоя кровь там повсюду.

– Ты слишком много смотришь телевизор, – вздохнул Поу.

– Уж не знаю, заметил ли ты, в каком виде земля около мастерской, там явно не только фургон Харриса побывал.

– Агент Макгайвер.

– Слушай, что с тобой такое?

– Харрис, может, и сам отхреначил пару-тройку ханыг, всем известно, он этим даже гордится. И вообще мою куртку запросто мог прихватить кто-нибудь из тех уродов, они паршиво одеты были.

– Они свидетели, ты сам говорил.

– Они бродяги.

– Старик живет в этих краях, он тебя узнал.

– Ну валяй, думай дальше, надумай себе смертный приговор, Айзек.

Через несколько минут подрулил “мерседес” Ли. Они наблюдали, как ловко она припарковалась, вписавшись в узенькое пространство.

– Ее счастье, если никто не запрет, – заметил Айзек.

– Все будет в порядке.

Они подошли поближе, Ли выбралась из машины.

– Долго ты ехала, – недовольно проговорил Айзек.

– Прости, – сестра виновато улыбнулась, – долго собиралась.

Она приоделась – длинная узкая юбка и белая блузка, открывающая шею, а когда обняла Айзека, он почувствовал аромат духов. Она совсем не похожа на девушку из Долины. Накрасилась – надо же, совсем не в ее стиле. А потом увидел, как она обнимает Поу, как нежно кладет руки ему на талию. Он смутился и не знал, как быть дальше.

– Ну, какие у нас планы?

– Думаю, глоток пива нас не убьет, – заявил Поу. Он стоял широко расправив плечи, самоуверенно улыбаясь, и не отводил от Ли сияющих глаз. Ничего хорошего из этого не выйдет, понял Айзек. Жаль, что он не упросил Харриса развезти их по домам.

– Нам надо убираться отсюда, – тихо возразил он.

– Ну по стаканчику, – настаивал Поу. – Заскочим куда-нибудь на минутку.

– Что случилось? – спросила Ли.

– Просто твой брат устал.

Поу кивнул Ли и направился вперед, остановился закурить, пока Айзек и Ли разговаривали.