Ледяная трилогия - Владимир Сорокин

Прошло время.

Бьорн и Ольга сидели в центре кают-компании в окружении братьев и сестер Света. Слезы постепенно ушли, дрожь оставила тела. Пришел покой. Пришло чувство родства и сопричастности Великому. Бьорну и Ольге было так хорошо и спокойно, что они боялись спугнуть это новое чувство, упавшее на них внезапно, как звезда.

Они ждали вместе со всеми.

Вскоре все почувствовали легкую дрожь судна: огромный паром сбавил ход и после плавного маневра встал.

– Пора! – произнес Уф.

И все зашевелились. И то Великое, к чему шло Братство все эти 77 лет, с того момента, когда брат Бро нашел Лед, отозвалось в каждом из братьев Света. Храм и Горн очнулись и зашевелились в своих ваннах. Их вынули, обтерли, завернули в теплые ткани, понесли. Мощные сердцем стали покидать кают-компанию. Храм и Горн отправили вниз на лифте, остальные стали спускаться по лестницам. Бьорн и Ольга следовали за ними. Нижняя палуба была переполнена. Братья и сестры стояли в ожидании, пропуская вперед старых и малых. Ольга и Бьорн оказались в толпе. Но сестра Ц была рядом, ее руки ободряюще прикасались к телам Бьорна и Ольги.

Исход из парома на берег занял почти полтора часа. Настало время, и босые ступни Ольги и Бьорна прошли по широкому трапу и ступили на бетонный дебаркадер. Узкой, подсвеченной прожекторами полосой он тянулся в море от острова. Еще восемь таких дебаркадеров бетонными лучами расходились от круглого по форме острова, купленного Братством восемь лет назад и обустроенного для Великого Преображения. Взявшись за руки, Бьорн и Ольга шли в потоке братьев и сестер Света, хранивших абсолютное молчание. Лишь шуршала одежда да несильный ночной прибой шумел по краям мола. Ночное небо с искрами звезд раскинулось над идущими. Теплый ночной ветерок обдувал их. Ольга глянула влево – там, вдалеке, светился такой же большой белый паром, причаливший к точно такому же дебаркадеру. По нему, освещенному прожекторами, шли непрерывным потоком братья и сестры Света. Шли к острову. Бьорн глянул направо: там вдали тоже стоял белый корабль, тоже дебаркадер, тоже поток идущих. Сладкая дрожь прошла по телам Бьорна и Ольги. Они почувствовали, что совсем скоро случится самое Таинственное, самое Великое и Радостное. И ждать осталось совсем недолго. Дрожь предвкушения овладела ими. И словно почувствовав это, следующая за ними сестра Ц положила ладони им на спины. От этих ладоней шел покой. Ладони успокаивали и направляли.

– Спешить больше некуда! – шепнула Ц.

Бьорн и Ольга поняли.

Дебаркадер тянулся к острову. Ночной остров наплывал, приближался. Дебаркадер постепенно переходил в мост, который медленно поднимался, расширяясь. Почти круглый десятикилометровый остров ранее представлял собой невысокую гору, торчащую из моря. Братство срезало гору, оставив лишь ее основание. Мощный мост, подпираемый бетонными столбами, вел к этому выровненному основанию. Девять мостов вели Братство к острову, к Последней Стоянке. 23 000 молча шли к последней цели. Прожектора освещали мосты. Но сам остров лежал впереди в темноте. Ольга и Бьорн двигались в толпе, про себя отмеряя шаги. Рядом шли взрослые и дети, старики и подростки, мужчины и женщины. Везли коляски с престарелыми и больными, несли маленьких детей. Все шли молча. Шорох одежды и шум шагов слились в единый непрерывный звук, опьяняющий Бьорна и Ольги. Им по-прежнему было очень хорошо. Они шли со своими родными. И родных было так много!

Наконец мост коснулся острова. Бьорн и Ольга ступили на землю острова, покрытую белым мрамором. Весь остров представлял собой идеально ровную площадку, выстеленную белейшим, лучшим мрамором Земли. Едва ноги братьев Света ступили на этот мрамор, ожили спрятанные в нем датчики, и по гигантскому Кругу зажглись неярким голубым светом 23 000 небольших светильников, вделанных в мрамор. Каждый светильник – место в Круге. 23 000 мест в Последнем, Главном Круге Братства. По толпе прибывших на остров из страны Льда пошло шевеление: все принялись раздеваться, сбрасывать ненужную одежду мясных машин. Раздевшись донага, каждый шел к Кругу, вставал на свое место, указанное светильником. Бьорн и Ольга стали раздеваться. Им было так хорошо и спокойно, что совсем не хотелось говорить: слова были бессильны выразить то, что наполнило их сердца за эти последние часы. Едва они разделись, знакомые маленькие ладони коснулись их спин. Они обернулись. Рядом стояла нагая Ц, а с ней – нагие сестры-близнецы Ак и Скеэ. Каждая из них прижимала к груди младенца. Это были самые малые братья из 23 000 – двухмесячный Хожети и четырехнедельный Моон. Без слов сестры протянули младенцев Ольге и Бьорну. И без единого слова те приняли беззащитные и беспомощные тела братьев. У младенцев были разбиты грудки, Братство обрело их совсем недавно – в них вселился Свет ушедших стариков: девяностолетнего брата Эжор и восьмидесятитрехлетней сестры Март. Младенцы спали, тяжело, с хрипом дыша во сне.

– Вы должны держать их в Круге, – прошептала Ц. – Никто из наших не может это сделать, потому что должен быть на своем месте. Это и есть ваша Великая Помощь Братству.

– Мы сделаем все! – прошептали губы Ольги.

– Мы поможем! – прошептал Бьорн, бережно держа Хожети на своей груди.

Ц повернулась и растворилась в толпе ищущих свои места. Хотя ни у кого не было никаких номеров и персональных мест – в Последнем Круге каждый вставал туда, куда привели его босые ноги. По девяти мостам с девяти кораблей, приплывших из девяти портов мира, братья Света спешили в Круг. Толпа нагих тел шевелилась, распределяясь по Кругу. Все больше и больше братьев и сестер занимало свои места. Каждый, кто вставал на светильник, сразу становился освещенным неярким голубоватым светом. Все больше и больше таких светящихся в темноте фигур возникало в Круге. И Великий Круг постепенно образовывался.

Бьорн и Ольга двинулись к Кругу, прижимая к груди тяжело дышащих младенцев. Честь Великой Помощи выпала им. Они понимали это каждой клеточкой тела. Нужно было помочь Братству, поддержать самых малых в Великом Круге, не дать им уйти из жизни раньше, чем Круг заговорит на языке Света. С величайшей осторожностью Бьорн и Ольга передвигались в море обнаженных тел. Теплые младенцы тяжело сопели у них на руках. Круг строился.