F20 - Анна Козлова

– Что?! – Она выпучила глаза.

– А что, я скрывать буду? – Он усмехнулся. – Все прекрасно знали, что ты имела роман с доктором, который его лечил, поэтому мы и не уехали домой…

– Какая же ты скотина!

– Давайте все-таки мы успокоимся и не будем друг друга обвинять, – сказал Толик. – Мы собрались обсудить сложившуюся проблему, а не то, кто из нас… – он на секунду примолк, – что делал…

– Так это и есть самое важное! – не согласился с ним отец Марека. – Именно это и влияет! Вот эта женщина, моя жена, изменяла мне с хирургом по фамилии… Я не помню, Марек, как звали твоего доктора?

– Рубинштейн, – сказал Марек.

– Рубинштейн! – Отец Марека поднял вверх палец. – А почему, кстати, мы до сих пор не можем уехать домой? Потому что у нас работа, да. И квартира… А может быть, она просто спит с Рубинштейном?

Мама Марека вдруг бросилась на мужа и замолотила кулаками по его груди и лицу. Он сбросил ее с себя, и она упала на пол, задев стол. На столе покачнулись стаканы и бутылки. Толик помог ей встать. Отец Марека сидел и тер подбородок, куда она ему врезала. Нас с Анютиком отправили спать.

На следующий день мы встретились с Мареком в школе. Первым уроком была история. Марека вызвали к доске, чтобы проверить его знания по теме “Новое индустриальное общество”.

– Итак, – сказала историчка, – в каком веке начался переход к новому индустриальному обществу в странах Западной Европы?

Марек не смог ничего сказать по этому поводу, и историчка поставила ему “два”. Потом она потребовала, чтобы я встала с места и пересела к Наташе Мироновой. Я встала, собрала учебники и вышла из класса.

После уроков Анютик ждала нас у памятника поэту. Это меня почему-то взбесило.

– Зачем ты тут стоишь?! – крикнула я.

– Я хочу пойти с вами, – сказала она.

– Ты не будешь больше ходить с нами!

– Почему? – удивилась Анютик.

– Потому что тебе двенадцать лет! И ты должна сидеть дома и заниматься!

– Это мы еще посмотрим! – Анютик плюнула в меня и побежала от памятника.

Я догнала ее, повалила на землю и принялась изо всех сил душить. Марек выбросил только что прикуренную сигарету и бросился нас разнимать. В результате Анютик укусила его за палец. Потом она вскочила и крикнула, отряхиваясь, как собака:

– Чтоб вы сдохли оба! Твари! Ублюдки!

Оставшись вдвоем, мы пошли к Мареку и переспали на обеденном столе. Все это было уже невыносимо. Я встала со стола и начала одеваться. Марек открыл окно и закурил.

– Ты хочешь обедать? – спросил он.

– Нет, я пойду, – ответила я.

– Почему?

– Потому что я так не могу.

– Как? – удивился он.

– Так! Нас все презирают! Даже наши родители… Ты мне говоришь про какую-то любовь, а в чем она состоит?! В том, что мы трахаемся на обеденном столе?

– А в чем она должна состоять? – Он выкинул окурок и со злостью захлопнул раму.

– Я не знаю! – сказала я. – Но если это все, что между нами происходит, не надо называть это любовью. Такую любовь можно получить от кого угодно.

– Ну иди и получи! – крикнул он. – Это все, что тебе надо! Можно было с самого начала понять, какая ты шлюха! Ты сразу была готова раздвинуть ноги!

– Это я была готова раздвинуть ноги? – От изумления я даже задохнулась. – А ты разве не этого хотел?!

– Я хотел с тобой общаться! – сказал он.

– Тогда мог бы пригласить меня в театр! А не к себе домой, когда у тебя уехали родители!

Руки у меня дрожали, я путалась в рукавах свитера и никак не могла его правильно надеть. Марек подошел ко мне и обнял, я делала яростные попытки вырваться, но он меня держал.

– Прости меня, – говорил он, – пожалуйста, прости.

Я заплакала.

– Я чувствую к тебе больше, чем только это, – сказал он мне в волосы, – я просто не знаю, как… как тебе это показать.

– Я тоже не знаю, – сказала я.

Я стала разломанной куклой, неудачницей. Раньше у меня не было никаких вопросов, и вдруг они возникли, встали передо мной, покачивая своими закругленными головками. Почему так? Что я должна была сделать? Могла ли я что-то сделать? Как-то утром в субботу, когда мама с Толиком еще спали, а бабушка остервенело стирала в ванной носки, я взяла со стола на кухне один из маминых журналов. Там все было про то, как спасти отношения. Рекомендовались сексуальное белье и нежность. Я прочитала: “Любовь приходит сама, но удержать ее может только кропотливая и каждодневная работа”. Я закрыла журнал, опустила голову на руки и длинно, с завыванием захохотала.