Небо №7 - Мария Свешникова

— Машка, ты же пока не собираешься уходить? — спросил меня Друг из Бронкса.

— Пока не собираюсь.

— Ладно, тогда я скоро вернусь.

Мы остались сидеть на кухне.

В голове крутились слова Макса: «Позвони, когда будешь одна». Но ведь Женя не считается?

Я вышла на балкон набрать волшебный позывной, покинув свой домашний морозильник.

— Ничего, что я врываюсь в твой субботний вечер? — начала я с вопроса, даже не представившись.

— Да ничего. Главное не спрашивай, как мое ничего, и я буду к тебе благосклонен.

Я слышала сквозь его голос звуки комментатора.

— Ты что, смотришь хоккей? Обычно во время подобных зрелищ входящие звонки игнорируют.

— А может, ты особенная?

— Мама говорит, что это вредно. К тому же особенный, когда тебя любят. Это не мой случай.

— А сама себя любить не пробовала?

— Пробовала. Пальцы устают. — Почему я сегодня так груба со всеми?

— Будешь хамить, перестану разговаривать с тобой.

— Ух ты! Будешь молчать и слушать? Пошли в кино! — не знаю, почему у меня это вырвалось, сначала я запрыгнула к нему в машину, теперь пытаюсь вытащить на встречу. Веду себя отвратительно. Необдуманно.

— Нет.

Так я и знала.

— На нет и суда нет! — я собиралась уже повесить трубку.

— Ты не обижайся, я просто вообще не хожу в кино. Раньше я смотрел почти все, были периоды, когда, что ни спроси — все смотрел. А потом понял, что все фильмы одинаковые. Ничего нового. С тех пор в кино и не хожу.

— А в хоккее разве можно увидеть что-то новое?

— Нет, в общем-то просто любопытно, и не берут денег за билет. Хочешь — приезжай.

— А ты где?

— В гостинице «Космос».

— А я приеду!

— Позвони мне, как доберешься.

Обыденный такой разговор, ничего особенного! А вы как думаете?

Стоило, наверное, спросить его, что он делает в субботнюю ночь в гостинице и один ли он… А то вдруг я окажусь лишь частью выходного рандеву.

Я вернулась на кухню.

Женька просила разрешения налить чаю. Я уверена, что пока меня не было в комнате, она уже попила из всех чашек и не побрезговала отхлебнуть из носика…

Но тем не менее я кивнула.

— Какой же Москва блядский город!

— И не говори, — подтвердила сей факт Женя. — Ты знаешь, я так устала — вокруг Саши столько девок. Каждый раз, как он в клубах — а это его работа, я не сплю, я жду сообщения, что все хорошо и он дома. Он мне столько изменял, а я терпела, терпела, потому что любила. Мне сначала было так стыдно видеть себя на ночных фотохрониках, я все время себе не нравилась. У меня обычно щеки на полкадра — так стыдно было…

Женька подула на чай.

— А сейчас тебе что, нравится вот так проводить время, слоняясь хвостиком за Сашкой по клубам?

— Не могу сказать, что мне нравится. Но иначе я его потеряю. Мне приходится вести… — она замялась… — если бы мы были на пару лет постарше, то назвали бы это «светский образ жизни».

— А я не хочу вести светский образ жизни, я хочу жить!

На этой фразе я забежала в комнату, быстро нацепила первое попавшееся платье, убрала волосы в хвост, надела босоножки и практически выпорхнула за дверь.

— Я не хочу думать, за кого меня примут, что подумают. Я хочу жить! — на самом деле я говорила это вовсе не Жене, а сама себе. — Ты меня прости, я тебя оставлю, ключи на тумбочке, когда Сашка тебя заберет, оставите у консьержки! Я убежала. Прости, если что не так…

Кстати, запомните, НИКОГДА не дружите с девушками своих лучших друзей!

Уже выбегая из подъезда, я встретила Эмиля, который, разругавшись с мамой, возвращался домой злой как черт. От тех же Брушевских.

— Эй, у меня дома приятельница сидит! Не выгоняй ее, ладно? Ее Сашка заберет минут через тридцать.

— Проститутка? — испуганно спросил Эмиль.

— Нет, пока просто Женя.

— Ну тогда ладно!

Он вошел в подъезд, я подняла руку. Остановилась вполне хорошая машина, я, не испытывая никакого смущения или стыда, сказала:

— Гостиница «Космос» — двести пятьдесят!