Спаситель мира - Джон Рей

— Хочу остаться здесь навсегда, — проговорил Ёрш. — Не желаю возвращаться в город!

— Все хотят остаться, — кивнула Хезер Ковингтон. — Все хотят быть, как Голландец.

— Как кто?

— Как Голландец, — вздохнула она. — Ну, из оперы — или это пьеса? — не важно! Голландец ездит на шестом маршруте уже семнадцать лет. В городе он с две тысячи второго не появлялся.

— Как же он живет в метро? — приподнявшись на локтях, спросил Ёрш. — Чем питается?

— Честно говоря, не знаю, Голландец всеядный, — равнодушно ответила Хезер и принялась рыться в чемодане. В его недрах звякнуло что-то тонкое и хрупкое, как мензурка из школьной лаборатории. — Может, крадет в киосках шоколадные батончики, может, цыплят на рельсах жарит, а может… — она подмигнула, — …заживо глотает сексуально озабоченных мальчиков.

Солнечный свет внезапно поблек. Что-то напевая, Ёрш откинулся на одеяло и стал ждать продолжения истории. Как же ему хотелось верить Хезер Ковингтон! Больше всего в истории о Голландце поражало то, что существовать он просто не мог. Ведь иначе существуют и Лохнесское чудовище, и Уроборос, и дьявол! От этой мысли зубы Ерша застучали, а волосы на затылке встали дыбом. Если Голландец существует, нельзя быть уверенным ни в чем! Тогда… придется переписать добрую половину книг, а люди на улицах начнут двигаться не лицом, а спиной вперед! Ёрш едва не расхохотался. Если Голландец существует, есть шанс, что и мир не погибнет!

Ёрш медленно раскачивался взад-вперед и наблюдал за манипуляциями Хезер Ковингтон. Склонившись над чемоданчиком, как над шкатулкой с драгоценностями, она бормотала себе под нос, что-то пересыпала и смешивала — похоже, забыла, что ее гость ждет ответа. Ёрш, продолжая мурлыкать свой мотивчик, теперь отбивал ритм на расчищенной дорожке бетонного пола. Образ Голландца становился все многограннее и наконец заискрился медным и зеленым. Вот-вот должно было случиться нечто важное. Нереальный мир притаился за левым плечом Ерша, готовый заключить его в объятия… Оставалось лишь обернуться…

— Сколько лет Голландцу? — дрожащим голосом спросил Ёрш. — Как он выглядит?

— Он белый, — ответила Хезер Ковингтон. — Странно пахнет и в вагоне всегда ездит один.

Судя по тону, Хезер не желала, чтобы ее донимали вопросами. Ёрш перевернулся на живот, уткнулся в одеяло и, вдыхая его затхлый запах, постарался справиться с волнением. «Голландец существует! — восторженно думал он. — Это реальный человек! Хезер с ним знакома, вероятно, даже в эту комнату его приводила!»

— Почему Голландец ездит только на шестерке? — спросил он. — Почему именно на этом маршруте?

— Ф-х-х! — прохрипела Хезер Ковингтон. Она держала во рту что-то тонкое и хрупкое. Ее левая рука дернулась, и Ёрш услышал свист, точно что-то засасывало в воронку. Сперва вокруг запахло бутаном, затем — жареным миндалем и потом.

— Мисс Ковингтон! — позвал Ёрш.

— Заткнись! — прошипела Хезер и наклонилась так низко, что голова исчезла из поля зрения Ерша. Без головы Хезер походила на монстра с древней карты мира. Вот она жадно втянула воздух и замерла, упершись левой рукой в пол. — Мой малыш! — пролепетала Хезер и закашлялась, не прикрывая рта. — Солнышко… Деточка…

Комнату заволокло дымом, запах змеей скользнул в горло Ерша. Сперва он зажал ладонью рот, потом глаза, потом все лицо, а когда убрал ладонь, Хезер Ковингтон лежала на спине, скрестив руки за головой. Ее дыхание напоминало мерный рокот, правый глаз оказался открыт, левый — закрыт, а в ложбинке на груди покоился стеклянный флакончик, точнее, не покоился, а при каждом вдохе покачивался, как буек. Дым белой лесенкой тянулся к люкам.

— Знаешь, я и не ждала, что у тебя получится, — заявила Хезер.

Закусив губу, Ёрш заставил себя на нее посмотреть.

— Почему?

— Я же уродина!

Не представляя, как реагировать, Ёрш уставился на флакончик, затем приподнялся на локтях и внимательно оглядел Хезер. Она не преувеличивала! Ее лицо было не просто грубым, а топорным, как у снежной бабы.

— Я ведь не всегда была такой! — кашлянув, проговорила Хезер. — Когда-то я была голубоглазой красоткой.

— Знаю, — кивнул Ёрш. — Я же смотрел ваш паспорт.

— Слышал о докторе З? — Вздохнув, Хезер засучила рукава. — Ну, Зизмор, Джонатан Зизмор, доктор медицинских наук? Еврей-дерматолог, принимает на Третьей авеню.

— А, рекламу видел, — ответил Ёрш и усмехнулся. — Особенно мне нравится последний вариант — «Прыщи? Пустулы? Пигментные пятна?» Написано крупными бордовыми буквами на белом фоне.

— Да-да, он, он самый! — Продемонстрировав Ершу сероватое предплечье, Хезер провела пальцами по коже, а затем, словно в отчаянии, поднесла обе руки к лицу. В ее глазах не осталось ни света, ни тепла — теперь они напоминали дыры, наспех проткнутые в листе бумаги. — Это сделал Джонатан Зизмор!

Шум послышался внезапно, словно гром среди ясного неба, и в подземной комнатке стало совсем темно. Мужчина в форме опустился на корточки возле люков и снял с ремня что-то тяжелое.

— Рафа, это ты? — позвал он, осветив задымленную комнатку фонариком. Его голос звучал на диво мягко и дружелюбно.

— Я Хезер Ковингтон, инспектор Мартинес. — Хезер мигом стряхнула с себя транс и вновь стала похожа на скалу. Правой рукой она надавила Ершу на шею и подалась вперед, скрывая его от Мартинеса. Полицейского Ёрш не видел, зато слышал, как тот опустился на колени возле решеток. Голова Хезер Ковингтон мелко тряслась, точно у старухи или у алкоголички, но в глазах полыхала ненависть. Ёрш прильнул к стене.

— По запаху чую, ты там развлекаешься, да, Рафа? — спросил Мартинес. — Похоже, ты снова готовкой занималась!

— Крэк покуриваю, инспектор Мартинес, — радостно сообщила Хезер Ковингтон. — Нужно же как-то расслабляться!

— Спасибо, Рафа! — вздохнул Мартинес. — Спасибо, что рассказываешь новости! — Когда он делал паузы, воцарялась мертвая тишина. — А чего ты в углу стоишь? Подойди ближе, побеседуй со старым знакомым!

Хезер Ковингтон зажмурилась и стиснула зубы.

— Не могу, — наконец проговорила она. — Не могу, инспектор. Я плохо выгляжу.

Пару секунд Мартинес не издавал ни звука, а когда заговорил снова, его голос звучал ровно и бесстрастно, как у хирурга, просящего зажимы и стерильную вату.

— Рафа, кто это с тобой?

Хезер не успела ответить, как Ёрш оттолкнулся от стены и змейкой скользнул между ее ног. Грохот транспорта сотряс комнату, как спичечный коробок. Мартинес прорезал дымный полумрак лучом фонарика, только Ёрш был уже в туннеле — чуть не вылетел прямо на рельсы, но спасло журчание воды. Он остановился у самого края бетонной дорожки, шатаясь, словно пьяный моряк в конце причала. Ёрш решил затаиться и ждать, сколько хватит терпения. Его никто не преследовал.

«Инспектор может арестовать Хезер, — размышлял Ёрш, — застрелить ее или курить с ней крэк». Он вытаращил глаза, зажмурился, затем снова открыл и зажмурился, стараясь прочувствовать разницу между темнотой внутри и снаружи. Где-то в глубине туннеля слышался шорох опавших листьев. Ёрш сосчитал до ста, сделал несколько глубоких вдохов и сосчитал от ста до одного. Покончив с обратным счетом, он двинулся к следующей станции.