День, когда я начала жить - Виржини Гримальди

Мари спускала воду в душе, дожидаясь, пока она станет обжигающе горячей, когда Анна и Камилла постучали в ее дверь.

– Ты еще не готова? – спросила Камилла, улыбаясь.

– Я заснула на балконе, сейчас приму душ и быстренько оденусь.

Этой ночью она спала всего лишь три часа. Сев в шезлонг на балконе с чашкой горячего шоколада в руках, она изо всех сил сопротивлялась, чтобы не заснуть. Хорошо, что спала она недолго, иначе бы не увидела, как лайнер входит в узкий пролив Лос-Анджелеса.

– Можно, мы тебя здесь подождем?

– Конечно. Сделайте себе кофе, если хотите.

Анна взяла в руки вязание Мари, лежавшее на софе.

– Это ты связала?

– Да, я ведь вам, кажется, говорила, что люблю вязать.

– Да, но ты не сказала, что у тебя так здорово получается! Это действительно великолепно!

– Даже я тащусь, – добавила Камилла. – Хотя вязаные изделия не мой конек. Но это я бы носила с удовольствием.

Мари удивленно вздернула брови.

– Неужели? Мне никто этого никогда не говорил!

– А ты не думала продавать свои вещицы? – спросила Анна.

– Нет, я отношу их благотворителям. Меня бы удивило, если бы кто-нибудь захотел это купить. Ведь каждый может вязать.

– Ладно, хватит болтать. Иди в душ. Гибель белых медведей будет на твоей совести, если ты не перестанешь лить горячую воду.

Мари, Анна и Камилла решила познакомиться с Лос-Анджелесом самостоятельно, в той последовательности, как им бы хотелось. Экскурсия не давала такой возможности. Сидя в желтом такси, они открывали для себя Город Ангелов. Родни, шофер, которого они наняли на весь день, старался изо всех сил, чтобы они ничего не упустили, и он прекрасно справлялся с ролью гида. Гигантская автострада, состоящая из восьми полос в каждом направлении, вызвала крики восторга – «Ах! Ооо! О ля, ля!» – у застывшей в изумлении Анны. Мари пришла в радостное возбуждение, когда они проезжали по улицам Беверли-Хиллз, а Камилла не могла вымолвить ни слова, когда увидела небоскребы. возвышавшиеся над городом.

У подножья холма Голливуд Родни превратился в фотографа. Улыбаясь, он подмигнул Камилле, поставившей рожки над головой Анны. В Малибу они снялись на пляже, имитируя бег в замедленной съемке, как в одном фильме с Памелой Андерсон.

На голливудской «Аллее славы» они искали звезды своих любимых актеров. Анна чуть сознание не потеряла, когда узнала, что у Клинта Иствуда нет звезды. Мари сфотографировалась рядом со звездой Робина Уильямса, а Камилла встала на четвереньки перед звездой Джонни Деппа и поцеловала ее.

Американский дух свободы омолодил их лет на двадцать. Они бегали, смеялись, они буквально летали над землей. Встреться они здесь случайно, точно бы не узнали друг друга.

«Хард-Рок Кафе» на Голливудском бульваре было последним этапом дня.

Сидя на фоне стен, покрытых предметами, когда-то принадлежавшими великим представителям шоу-бизнеса, женщины с аппетитом набросились на стейки.

– У меня давным-давно не было такого приятного дня, – произнесла Мари, не переставая жевать. – Я в восторге.

– И я никогда не забуду мгновений, проведенных здесь, – добавила Анна. – О лучшем и мечтать невозможно.

– Черт возьми, все было даже слишком хорошо! Но я должна вас оставить, а то мой мочевой пузырь лопнет.

Несколько минут спустя Анна и Мари в буквальном смысле оцепенели, наблюдая типично голливудский спектакль. Камилла в своих узких кожаных брюках возвращалась из туалета в сопровождении мужчины, лица которого они не видели. Судя по тому, как Камилла виляла бедрами, они поняли, что их подруга нашла себе воздыхателя. Когда он повернулся, Анна чуть не поперхнулась.

– Мари, ты только посмотри, он удивительно похож на типа из рекламы кофе.

Мари выронила вилку из рук.

– Черт, это же Джордж Клуни…

– Неужели он? Мне казалось, он гораздо красивее.

– Камиллу собирается закадрить сам Джордж Клуни! Надо запечатлеть этот момент, а то мне не поверят.

Камилла тоже не могла в это поверить. Она надеялась добавить какого-нибудь актера вроде плохонького героя-любовника к своей коллекции, но чтобы сам Джордж Клуни? Ой, да никогда! Однако же он здесь, рядом с ней, шепчет ей на ухо такое, что она готова выпрыгнуть из трусиков. Он находил ее gorgeous («яркой, роскошной»), ему нравился ее frenchy («французский») акцент, и он хотел бы показать ей Лос-Анджелес by night («ночью»). Кстати говоря, никаких скрытых камер поблизости не было. Камилла недолго сопротивлялась. Она понимала, что с Джорджем Клуни такие номера не пройдут.

Прошептав ему несколько слов на ухо, она, все так же виляя бедрами, направилась к подругам, сидевшим, как парализованные, на стульях.

– Девушки, Джордж Клуни приглашает нас в поездку по Лос-Анджелесу. Вы не против?

Анна откашлялась и, улыбнувшись невинной улыбкой молодой девушки, проворковала:

– Я бы с удовольствием составила вам компанию, но меня ждет Дуду.

– А меня совершенно не соблазняет оказаться в одной машине со звездой планетарного масштаба. Езжай одна, потом покажешь нам фото по твоей тематике, – добавила Мари, подмигнув ей.

Камилла удалилась под руку с Джорджем Клуни, два телохранителя следовали за ними по пятам. Мари жестом подозвала официанта и заказала еще одну бутылку вина.

– Предупреждаю тебя, – сказала она Анне, – если появится Брэд Питт, он мой.