Клан Ельциных - Анна Гранатова

Таня и Алексей: встреча на космической орбите

НАША ВЕРСИЯ

В столовой конструкторского бюро «Салют» стоял густой запах пирожков с мясом. В советские времена такие пирожки пекли в «общепите» повсеместно. Чтобы покупатель мог их получить горячими — в те временах о микроволновках и не слыхивали, — добросовестные служители столовых в белых накрахмаленных халатах и шапочках разогревали эти пирожки на противнях, политых подсолнечным маслом. Потому пирожки и выходили такими жирными. За неимением одноразовых пластиковых тарелок пирожки подавались покупателю, завернутыми в серую, жесткую бумагу.

— Мне, пожалуйста, один пирожок с мясом… если пирожки у вас горячие…

— Горячие! Только что подогрели! — толстая буфетчица, казавшаяся от белого, слегка замасленного халата еще толще, взмахнула руками.

— Хорошо. Тогда — пирожок, потом два бутерброда с колбасой и чашку кофе, — сказала Татьяна и поправила завернувшийся лацкан своего клетчатого пиджака.

Пиджачные костюмы были Таниной слабостью. Несколько лет спустя она будет их заказывать в самых дорогих и престижных московских салонах одежды.

Продавщица вздохнула и пошла за чистой тарелкой из белого фаянса, с золотым ободком и золотой витиеватой надписью «общепит» по краю. Тарелка, только что вынутая из посудомоечной машины, была горячей, влажной и на ощупь казалась чуть жирной. На нее продавщица плюхнула пирожок с подрумянившейся маслянистой корочкой и пару бутербродов с копченой колбасой. Этот сервелат «кремлевский» считался изыском.

— Кофе с молоком? — буфетчица угрюмо посмотрела на покупательницу.

— Без молока, но с сахаром, — отчеканила Татьяна, — просто чашечку кофе с сахаром.

— У нас чашек нет, вы же знаете. У нас — стаканы. Сколько сахара?..

— Мне — тоже кофе, один бутерброд с сыром… и… посчитайте нас вместе… — торопливо заявил молодой человек, стоявший в очереди за Татьяной.

Она удивленно обернулась и вскинула на него глубокие темные глаза. Потом перевела свой гневный взгляд на буфетчицу:

— Нет уж. Считайте нас, пожалуйста, порознь.

Буфетчица пожала плечами: мол, ей все равно, как считать… Прищурившись, посмотрела в прейскурант, отпечатанный на пишущей машинке под копирку.

— Бутерброды с сыром у нас слегка заветрились. Ничего, возьмете?

— Возьму, — уверенно кивнул молодой человек. — И не такое едали. Главное, чтоб без тараканьей морилки…

Начинались 80-е годы прошлого столетия. Продавщица послюнявила толстый указательный палец и щелкнула костяшками деревянных счет.

Все удовольствие обошлось в копейки.

Они сели за один столик, с грохотом придвинули к нему тяжелые стулья. Татьяна аккуратно откусила маленький кусочек от бутерброда, вскинула свою пушистую челку каштановых волос и исподлобья посмотрела на незнакомца напротив. И задала к очевидным обстоятельствам нелепый вопрос:

— А что это вы решили за меня платить? Есть лишние деньги?

— Нет. Денег у меня немного, — простодушно ответил парень и поправил ворот своей серой водолазки. — У меня оклад 200 рублей. Как и у всех нас в Советской стране.

Татьяна кивнула и бросила рассеянный взгляд на потолок, где тихо и мирно жужжали люминесцентные лампы.

— У меня оклад — 180 рублей, — призналась, пожав плечами, она.

— Неплохо. А в какой вы лаборатории работаете?

— Баллистики. Я — программист. Рассчитываю траекторию спутников…

— Мужская профессия. И много у вас девушек в отделе?

— Есть несколько. На дворе же XX век. Современная женщина ни в чем не уступает мужчине.

Парень пожал плечами.

— Женщине стоять у станка, как мужик, — это неправильно. Зря так в Союзе стало заведено. Женщина и в конструкторских бюро работает, и шпалы укладывает…

— Ив космос летает…

— Ну да. Женщина доказывает мужику, что она не хуже. Поэтому у нас, наверно, и женской моды нет. Едешь в метро — ни на ком взгляд не останавливается. Все серые, безвкусно одетые. Не то что в Париже. Вот где настоящие стильные женщины!

— Вы были во Франции?

— Мечтаю. Вот где настоящая жизнь — и красивые женщины, и бизнес!.. — Молодой человек бросил взгляд вверх, невольно отметив одну перегоревшую лампу. — Вот только вырваться в этот лагерь загнивающего капитализма непросто.

— Понятно… — кивнула Таня.

— Пока не рухнет «железный занавес», можно только мечтать…

Они допили кофе, и Татьяна вытерла жирные от пирожка пальцы клочком тонкой оберточной бумаги, которая заменяла салфетки.

ЦИТАТА:

«Сослуживцы отмечали скромность дочери первого секретаря Свердловского, а затем Московского горкома партии. Обедали в отделе, каждый приносил себе поесть в майонезных баночках, пищу разогревали с помощью кипятильников, делали на всех салаты из овощей, заваривали чай. Татьяна в еде никогда не отличалась особой претенциозностью, даже когда стала дочерью президента. Ее обед состоял из простых блюд — картошка, помидоры, селедка. В то время существовала практика направлять сотрудников на дежурство в столовую, замещать технический персонал, которого всегда не хватало. Работа грязная — протирать подносы, счищать с тарелок остатки еды, выставлять грязную посуду на мойку. Регулярно ходила работать в столовую «Салюта» и Татьяна Ельцина. Даже когда Борис Ельцин, как первый секретарь горкома, приехал на предприятие, ее дежурство в столовой не было отменено».

* * *

— Лабораторию вашу посмотреть можно? — В глазах молодого человека мелькнуло любопытство. — Всегда мечтал поближе познакомиться с баллистиками.

— Отчего же нет, — Татьяна пожала плечами, — пойдемте, покажу, чем мы занимаемся. Как вас зовут?

— Алексей…

Когда они вышли в полутемный коридор, Татьяна насмешливо добавила:

— А что это вы, Алексей, так на меня странно смотрите? Изучаете?

— Мы с вами уже где-то встречались…

Да, у Алексея Дьяченко была хорошая память! Конечно же, они уже были знакомы… Вот какова ирония судьбы, вновь сведшая их вместе!

Это было зимой. Таня каталась на лыжах в «Крылатском» и потеряла варежку. Попросила первого встречного молодого человека подержать лыжи, а сама пошла искать варежку. Варежка вскоре нашлась. Таня поблагодарила парня за то, что он терпеливо сторожил лыжи. Взмахнула лыжными палками — поехала дальше. И выбросила этот эпизод из головы. И забыла о парне, сторожившем лыжи, — мало ли у нее таких попадалось на пути!

Но о встрече на лыжне не забыл он. Парень хорошо запомнил, как выглядела незнакомая девушка… Что это было, любовь с первого взгляда? Когда затем, на работе, он издали увидел похожее лицо, то решил, что ему это пригрезилось. Неужели та незнакомка, прекрасная снежная фея с Крылатских холмов, была простой сослуживицей по конструкторскому бюро «Салют»? Быть такого не могло.