Я все еще мечтаю о тебе... - Фэнни Флэгг

В то утро Мэгги шла после собеседования через холл отеля к выходу и вдруг услышала знакомый голос:

— Мэгги! Мэгги Фортенбери… Привет, Мисс Алабама!

Она оглянулась, но никого не заметила. Потом откуда-то снизу раздался женский голос:

— Мэгги! Это Хейзел… Хейзел Уизенкнот.

Мэгги опустила глаза и увидела широко улыбающуюся Хейзел.

— Помнишь меня? Ты в детстве приходила к нам со своей матерью на примерки.

Мэгги сразу ее вспомнила (много ли в жизни встречаешь людей ростом меньше 3 футов 4 дюймов?).

— Конечно, помню. Как поживаешь?

— Отлично, фантастически, лучше не бывает. А ты как?

— Хорошо, спасибо, — соврала она.

— Выглядишь как всегда блестяще. Ты, говорят, сейчас в Далласе живешь?

— Жила, да, но теперь вернулась домой, у мамы со здоровьем неважно.

— Ох, правда, очень жаль. Она такая чудная женщина. У меня до сих пор сохранился тот костюм зайца, который она для меня сшила, — помнишь его? С большими стоячими ушами?

Мэгги рассмеялась:

— Да, я помогала ей запихивать в эти уши ершики, чтобы они торчали, и сшивала ватные шарики для хвоста.

— Ты отлично потрудилась, я до сих пор его ношу. — Тут Хейзел склонила набок голову и посмотрела на нее: — Слушай, детка, ты занята? Можно я тебя угощу чашкой кофе? Так хочется поболтать.

Мэгги глянула на часы. Спешить некуда.

— С удовольствием.

Хейзел говорила не умолкая, пока они поднимались на лифте в ресторанчик на верхнем этаже, рассказывала, что Бирмингем возвращается к жизни, что многие старые компании, закрывшиеся в шестидесятые, снова открываются, и появляются новые. Метрдотель в ресторане, разумеется, знал Хейзел и сразу усадил их.

Заказав кофе, Хейзел сказала:

— Я только что произносила речь на званом завтраке в клубе «Лайнс». А ты что делаешь в отеле? Остановилась здесь?

— Нет, была на встрече.

Хейзел смотрела на нее с любопытством.

— М-м… на встрече?

Мэгги хоть и смутилась, но чувствовала, что объяснения необходимы. Она не хотела, чтобы Хейзел думала, будто она какая-нибудь девушка по вызову.

— Они ищут администратора и хотели поговорить со мной.

— Ясно. Так ты, может, останешься в городе?

— Ну, еще не уверена, но, пока я здесь, неплохо бы подыскать какое-нибудь дело…

Хейзел от удивления вытаращила глаза:

— В смысле, работу?

— Ну… да. Может быть.

Хейзел захлопала в крошечные ладошки:

— Ууух тыыы, когда я нашла утром этот пенни, я была уверена, что мне сегодня повезет. — Она махнула рукой официанту: — Эй, Билли, к черту кофе, неси нам два мартини! — И снова обратила на Мэгги сияющие глаза. — Дорогуша, — сказала она, подняв палец, — я как раз ищу кого-нибудь вроде тебя. Мне нужна девчонка с внешностью, с классом и стилем, чтобы возглавила мой офис в Маунтейн-Брук, кто-то, кто знает район, понимает качественный рынок, в общем, ты — воплощение моей мечты. Забудь, что они тут тебе предложили. Я дам тебе вдвое больше. Нет, втрое. Ну, что скажешь?

Мэгги поневоле рассмеялась.

— Ой, спасибо тебе, Хейзел, ты так добра, но я ведь ничего не смыслю в недвижимости.

Хейзел сделала удивленный вид:

— А чего там смыслить-то?

— Много, думаю. Я, например, не представляю, как заключать контракты.

— Ну и что? В агентстве недвижимости не только контракты заключают. Здесь нужен инстинкт, нужны эмоции, нужна представительность, а при твоих внешних данных и подготовке ты будешь очень естественна на этом месте.

— Что ж, спасибо, но я не настолько умна, чтобы разобраться во всех тонкостях и деталях.

— В общем, так, детка, тонкости и детали оставь мне. На меня работают умнейшие девчонки, которые в этих деталях знают толк, а твое дело — выглядеть красиво и общаться с людьми. В этом ты профи, я уверена. Что скажешь?

— Пожалуй, мне нужно подумать. Я ничего подобного раньше не делала и не хотела бы тебя подводить.

— Подводить меня? Да ты что! Ты не можешь ошибиться. Ой, ну не разбивай мне сердце, скажи «да».

— А что, если это ты во мне ошибаешься?

Хейзел всплеснула ручками и засмеялась:

— Я? Ошибаюсь? Я, дорогуша, никогда не ошибаюсь. Поверь, тебе это понравится. Это лучший бизнес в мире.

Официант принес бокалы, и Хейзел поблагодарила:

— Спасибо, Билли.

— Хейзел, я правда очень польщена, но я не умею продавать дома.

— Ладно. Позволь тебя спросить. Ты любопытная?

— В смысле?

— Когда ты проезжаешь мимо какого-то дома, тебе хочется заглянуть в окно и подсмотреть, как там и что?

Мэгги задумалась.

— Ну да, наверное, мне любопытно посмотреть, как люди устроились.

— Так я и знала! У меня интуиция. Я только глянула на тебя сегодня одним глазком и сразу подумала: «Эта женщина — прирожденный агент по торговле недвижимостью, если такие люди вообще бывают». И не какой-нибудь заурядный агент. Ты Мисс Алабама!

Мэгги медлила.

— Видишь ли, я бы не хотела этим… пользоваться.

Хейзел вскинула брови.

— Вот еще! Почему? Это же огромное преимущество. Слушай, детка, у нас в этой жизни так мало преимуществ, особенно у женщин, что ежели тебе есть чем воспользоваться для достижения цели, пользуйся даже не думая. Твое преимущество тебе Господом дано, и в этом нет ничего предосудительного. Взять хотя бы меня. Когда я была маленькая… — Она расхохоталась. — В смысле, меньше, чем я сейчас, так вот я себе сказала: «Хейзел, врач говорит, что тебе не вырасти больше трех футов четырех дюймов, поэтому у тебя два пути: первый — жалеть себя, а второй — использовать это как преимущество». Выбрала я второй. — Она сделала глоток мартини. — Я с раннего детства заметила, что люди мною интересуются. Почему? А потому что я незаурядный человек. Стоит им один раз меня увидеть — и все, никогда не забудут.

— Да уж, Хейзел, забыть тебя трудно.

— Вот именно. Я другая. И это наша визитная карточка, детка. В нас обеих есть что-то привлекающее внимание. Хейзел Уизенкнот, смешная лилипутка. Маргарет Фортенбери, прекрасная Мисс Алабама…

— С этой стороны я как-то не думала. И все же…

Хейзел подалась вперед:

— Слушай, Мэгги, я понимаю, у тебя есть определенные жизненные стандарты, ты не можешь согласиться на первую попавшуюся работу. Тебе нужно, чтобы она была престижной, на высшем уровне, а у меня ты сразу начнешь с самого верха, будешь иметь дело с лучшей клиентурой. Если пойдешь ко мне работать, гарантирую, что ты никогда об этом не пожалеешь. — Хейзел посмотрела на часы: — Ты сейчас чем-то занята?