Год в Ботсване - Уилл Рэндалл

— Старый фильтр, кажется, в порядке. Хотя, с подобными вещами никогда не знаешь наперед. Ладно, дадим старушке шанс. — Фил принял нормальное положение. — Посмотрим, понравится ли ей это.

Старушке это не понравилось.

В кабине тут же сильно запахло горелым, и мне даже показалось, что из-под водительского сиденья повалил дым. Я оглянулся посмотреть через перегородку, не закурила ли какая из француженок, среди которых были заядлые курильщицы. К счастью, их внимание было всецело занято войском толстокожих, утрамбовывавших почву невдалеке от нас.

— He-а, бесполезно. Ничего не попишешь, братан. Придется залезать под крышку.

Под крышку?

Пока я обдумывал практические последствия того, что, по мнению Фила, необходимо было предпринять для текущего ремонта, на автобус легла тень. С усилием скосив глаза влево, я нервно посмотрел в окно. На ужасающе маленьком расстоянии боком ко мне стоял огромный слон. Он — а может, и она — определенно был не только одной длины с нашим транспортным средством, но и одной высоты. В животном также ощущалась крепость, судя по всему превосходящая прочность автобуса и всех его уже попискивавших пассажиров. Легко и изящно слон повернулся к нам спиной. Однако вздохи облегчения пришлось тут же подавить, поскольку массивная голова с бивнями размером и весом с меня качнулась назад, в нашем направлении.

— Ладно, я уж залезу посмотрю, а ты оставайся тут, — жизнерадостно бросил Фил.

Ей-богу, в его совете я не нуждался, ибо, опустив взгляд вниз, вдруг обнаружил, что мои руки вцепились в поручень из поролона и металла словно монтажные тиски. Я повернулся и недоверчиво посмотрел, как Фил открывает дверцу. Остальное стадо неторопливо обходило автобус сзади, причем создавалось впечатление, будто животные пытаются нас окружить.

— Да, конечно, все в порядке. Будь уверен, нет ничего, что я не мог бы… — Мой дрожащий фальцет перешел в неловкий хриплый шепот и затих.

— Справишься, ясное дело. Я сейчас быстренько залезу под крышку. А ты приглядывай за клиентами.

Я развернулся и посмотрел через перегородку, изобразив подобие улыбки и немощно помахав свободной рукой. Мадам Де Ла Розьер ответила испепеляющим взглядом и поднесла к носу бутылочку с неким действенным содержимым, передав ее затем болезненного вида юноше, сидевшему рядом с ней.

В мгновение ока Фил оказался спереди возле автобуса, «залез под крышку» и принялся деловито копаться внутри, приведя в восторг своими манипуляциями слоненка, тершегося о бок матери, — ну просто оживший персонаж из мультфильма. Будь обстоятельства иными, я бы наверняка умилился. Но в тот момент я лишь желал, чтобы малыш убрался, да подальше, прихватив с собой всю свою семейку и дружков. И подобное настроение лишь усилилось, когда из-под крышки до меня донеслись слова, которых я более всего страшился:

— Братан? Слушай, не поможешь мне тут?

— О да, конечно. Хотя я думал, что мне надо присматривать за пассажирами…

— Да фиг с ними, — последовал ответ, не допускающий возражений.

Я бросил взгляд назад: кажется, никто из них не услышал столь непрофессионального высказывания. Естественно, осады пятнадцатью огромными животными, из которых поведение лишь одного-двух можно было описать как игривое, было вполне достаточно, чтобы отвлечь внимание туристов от слов водителя.

— Так что мне надо сделать? Включить что-нибудь или выключить?

— Просто подойди сюда на минутку, братан. Нужно кое-что подержать.

Я так и знал.

Я открыл дверцу.

Очень медленно.

Тихонечко насвистывая и стараясь представить, будто меня никто не видит, — как я порой поступаю, когда вдруг обнаруживаю, что любуюсь собой в витрине или что у меня расстегнута ширинка, — я двинулся к Филу. Несколько утешало быть следующим за профессионалом. Так сказать, за чужой спиной… Ну или что-то в этом роде.

— Ну-ка, братан, просто подержи вот это.

Фил извлек из недр двигателя нагревшийся резиновый шланг, за который я ухватился словно за спасательный трос. Пот с моего лба капал на двигатель и шипел, как плевки на утюге.

— Э-э-э… Ну и что показал твой анализ? — Я оперся бедром о хромированную решетку радиатора, как это сделал Фил. — В смысле диагностика? Это ведь вроде так называется? Да, точно, так. Диагностика.

Весьма довольный, что ввернул правильное словечко, я улыбнулся ближайшему слону. Тот крайне выразительно захлопал ушами и вздернул хобот над головой.

— Так мне что, держать эту трубку? А может, лучше вернуться назад и проверить, все ли в порядке в автобусе? Вдруг кому-то захотелось пить?

— Просто держи эту чертову трубку, а я попытаюсь выяснить, куда делась вся вода. Блин, здесь сухо, как в плавательном бассейне в чертовой Калахари.

Различив в голосе Фила нотку раздражения, и одновременно отметив резкое оскудение его словарного запаса, я пуще прежнего вцепился в трубку. Один из слонов среднего размера как раз вытягивал из земли довольно приличное дерево.

— Так ты действительно хочешь знать, что дала моя, как ты выразился, диагностика?

— Конечно. Если хочешь поделиться со мной, было бы здорово.

— Грубо говоря, братан, автобус наш окончательно и бесповоротно накрылся медным тазом.

— В смысле?

Обычно невозмутимый и хладнокровный австралиец вздохнул:

— Ну, либо все выйдут и будут дружно его толкать, либо мы пойдем пешком. Ну можно еще околачиваться тут, поджидая, пока кто-нибудь не подвернется и не вытащит нас отсюда. Ты что предпочитаешь?

Я несколько смутился, ибо заподозрил в вопросе некий подвох. Раздумывая над проблемой, я забрался на свое сиденье. Мне совершенно не улыбалось ни толкать, ни идти пешком.

— А ты думаешь, кто-нибудь подвернется? — спросил я, пытаясь снова не перейти на фальцет.

Фил залез в кабину и сказал:

— Ну, мы еще только на границе Национального парка Чобе, поэтому есть шанс встретить каких-нибудь гуртовщиков или даже, если повезет, егерей. Обычно они неплохо оснащены. Беда в том, что мы можем их встретить, а можем и не встретить.

— Так что же нам делать?

— Выбор у нас как будто небольшой, а? Скоро стемнеет, слоны уберутся назад в буш, но рисковать и ставить палатки я все равно не хочу. Слишком много львов вокруг.

— Вот те на — львов! Львов! Ха-ха!

Все так же смеясь, я снова оглянулся за тонкую перегородку. На этот раз пассажиры, кажется, услышали сказанное. Судя по их бледности. Стараясь подавить глупую ухмылку, я повернулся к Филу.

— Они тебе поверили! Поняли без всякого перевода! Только взгляни на их лица!

Фил бросил взгляд на зеркало, затем посмотрел на меня.

— Ясное дело! Да и почему бы им мне не верить? Когда я был здесь в прошлый раз, несколько месяцев назад, почти на этом самом месте расположился прайд из одиннадцати львов.