Пятое царство - Юрий Буйда

При мне не было ни пистолета, ни ножа, поскольку появление в Кремле с оружием влекло за собой тюремное заключение, а то и смерть.

Но делать было нечего – я бросился к двери, скользнул во тьму, замер, прислушиваясь, а потом медленно двинулся вперед, услышал сдавленный крик и свернул направо.

На полу в маленькой комнате квадратный старик боролся с парнем, хрипло выкрикивая: «Мамору дай! Мамору!»

Юноша поднял фонарь выше и протянул старику короткий топор.

Взмах, другой – парень замер.

– Слово и дело Государево! – закричал я, хватая юношу за балахон.

Старик отпрыгнул в темный угол и выстрелил в меня, но промахнулся и был сражен выстрелом, прогремевшим над моей головой.

Я резко обернулся – передо мной стоял огромный молодой мужчина с дымящимся пистолетом в руке. Он был без шапки, пьян и весел. В глаза бросился шрам, тянувшийся от уголка его правого глаза до шеи.

– Ты кто? – крикнул я.

– Дитя, – ответил он, – Дитя я, господин хороший, дмитровский дворянин Истомин-Дитя…

Юноша вдруг вырвался, отшвырнув фонарь, и скрылся в темноте.

– Беги за ним, дворянин, и зови на помощь, – приказал я своему спасителю. – Кричи слово и дело. Понял? Слово и дело!

– Слово и дело, – повторил он шепотом. – Я мигом, господин…

Когда он исчез, я вооружился топором и сел, прислонившись к стене.

В темноте было слышно шипенье и бульканье, но нельзя было понять, кто издавал эти звуки – парень, зарубленный стариком, или сам старик.

Я молил Бога, чтобы у злодеев не оказалось поблизости сообщников, которые прикончат меня, прежде чем Истомин-Дитя приведет помощь.

К счастью, ждать пришлось недолго.

Через несколько минут в коридоре загрохотали тяжелые сапоги стрельцов, комнату осветили фонари.

На полу в луже крови дергался парень, в углу кулем лежал старик.

– Слово и дело Государево, – сказал я. – Этих без шума доставить к Ефиму Злобину в Патриарший приказ. На словах ему передать: старик связан с вампирами.

Начальник караула нахмурился, но когда я предъявил ему бумагу за подписью патриарха, бросился выполнять приказ.

– А ты… – Я повернулся к дмитровскому дворянину. – Ты пойдешь со мной.

– Как скажете, господин…

Выбравшись из переулка на Варварку, мы спустились к реке и двинулись к мосту.

Темнело, приятно пахло печеным хлебом, конским навозом и мокрой овчиной.

* * *

Ефим Злобин,

дьяк Патриаршего приказа, главный следователь по преступлениям против крови и веры, Филарету, Великому Государю и Патриарху всея Руси, и Михаилу Федоровичу, Великому Государю и Царю всея Руси, докладывает:

Гриф «Слово и дело Государево»

Сегодня в полдень агент Матвей Звонарев выследил злоумышленников, связанных с кровопийством и нелегальной торговлей мертвыми телами.

Злоумышленники заманили в ночлежку в Луповом переулке некоего Данилу Овинникова, приехавшего по торговым делам из Новгорода, убили его и отрубили правую ногу, но были остановлены Матвеем Звонаревым. В результате схватки один из злоумышленников был застрелен, второму удалось сбежать.

Личность убитого злоумышленника установлена – это некий Якшай, крещеный татарин, находящийся в розыске по делам об убийствах и ограблениях, а также о вовлечении в проституцию малолетних послушниц. Его сообщники устанавливаются.

* * *

Атанасиус Пернат,

аптекарь, девице Юте Бистром написал:

Дева, которую я только в мечтах осмеливаюсь называть meine alltrwertest^[10], должна признать, наконец, что опыты ее досточтимого и ученейшего отца зашли в тупик. Как я уже не раз говорил, мужская сперма не может содержать зародыш-homunculus, являясь, образно выражаясь, лишь жидким червем, которому Господь судил быть, так сказать, скакуном для Его Духа, порождающего нас, но не самим Духом.

Однако достоуважаемый доктор Бистром продолжает с прискорбной твердостью стоять на своем. Увы, все его попытки заканчиваются безрезультатно. Он погружает сосуды со спермой в конский навоз, он питает сперму в сосуде свежей человеческой кровью, он пытается воздействовать на эти сосуды магнитами – он делает все, чтобы повторить успех Парацельса, следуя его инструкциям, но забывая при этом, что Превзошедшему Самого Цельса так и не удалось вырастить гомункула. Мы не располагаем достоверными сведениями об этом, а значит, этого не было.

Я не пессимист и менее всего хотел бы умалить заслуги и достоинства уважаемого доктора Бистрома, которого глубоко почитаю.

Более того, думаю, что опыт может быть успешным, если поместить мужскую сперму в естественные условия, которые могут существовать лишь в женской uterus^[11].

Говорю это со смущением и трепетом, потому что не могу себе представить женщину, которая согласилась бы на такой эксперимент, не боясь навлечь на себя гнев Божий и общественное негодование.

По зрелом размышлении я пришел к заключению, что для этой цели не годятся ни uterus проститутки, мало того что женщины больной, так еще и отравленной грехами, ни uterus, изнуренная родами, а подойдет лишь uterus девушки, сохранившей непорочность в ожидании жениха.

Но какая девушка согласится пожертвовать цветком невинности ради научного опыта, отдав лоно свое во власть расчета и случая? Эта жертва может быть освящена только Церковью, и я даже не пытаюсь представить себе, что подумает и почувствует священнослужитель, услыхав такую просьбу. Ведь речь идет не о девице низкого сословия, готовой за малую лепту на что угодно, а о чистой девушке благородных кровей, сильной и здоровой дочери дворянина, порядочного купца, ученого аптекаря или богатого ремесленника, а иная просто не годится для этой цели, если мы привержены благу.

Получается замкнутый круг, из которого нет и быть не может выхода.

Жаль, что ваш отец не понимает этого, точнее, не хочет понимать, будучи ослеплен жаждой новизны, которая может завести нас в запретные земли, где властвует дьявол.

Бога ради, простите меня за эти рассуждения, отвлеченность которых, надеюсь, очевидна.

Der mag ohne Hoffnung^[12].

* * *

Филарет,

Великий Государь и Патриарх всея Руси, тайному агенту Матвею Звонареву написал:

шифр «одноногий ангел»

Гриф «Слово и дело Государево»