Возвращение домой - Розамунда Пилчер

После ее ухода Джудит еще несколько минут пробыла у себя в спальне: убрала подарки, поправила смятое одеяло, положила новенький дневник на середину стола. Начиная с первого января она каждый день делала в нем записи своим четким, аккуратным почерком. Она открыла форзац: Джудит Данбар. Не написать ли здесь и свой адрес, подумала она, но потом решила, что не стоит: ведь очень скоро у нее вовсе не будет настоящего домашнего адреса. По ее расчетам, дневник закончится в декабре 1940 года. Ей будет девятнадцать. Как-то страшновато было и думать об этом, – Джудит убрала дневник в ящик стола, причесалась и побежала по лестнице вниз, чтобы сказать своей маме, что можно не торопиться и у нее есть время принять ванну.

На полном ходу она ворвалась в гостиную.

– Мамуля, Филлис сказала, что если ты хочешь… – Слова застряли у нее в горле. Что-то явно было не так, случилось что-то очень неприятное.

Молли сидела в кресле у камина, но, когда она повернула лицо к дочери, оно было искажено отчаянием, распухло от слез и обезображено рыданиями. На столике стоял наполовину опорожненный стакан для вина, а на полу у ног Молли были рассыпаны, точно опавшие листья, исписанные убористым почерком листы тонкой бумаги.

– Мама! – Инстинктивным движением Джудит закрыла за собой дверь. – Что, бога ради, произошло?

– Ах, Джудит…

В ту же секунду Джудит уже стояла на коленях подле ее кресла.

– Скажи же, в чем дело? – Никакая дурная новость не могла потрясти ее больше, чем зрелище рыдающей матери.

– Письмо от твоего папы, я только что прочитала его. Я этого не переживу…

– Что с ним случилось?

– Ничего. – Молли приложила к лицу скомканный, уже основательно промокший от слез платок. – Просто… дело в том, что… мы не останемся в Коломбо… его назначили на новое место, и нам надо ехать в Сингапур.

– Но почему ты так расстроилась?

– Потому что опять мы переезжаем… в другое место… Как только мы прибудем в Коломбо, снова надо будет собирать вещи, и опять в дорогу… На новое место, где я ни разу не была, где я никого не знаю. Мне и в Коломбо-то возвращаться не хотелось, но там, по крайней мере, я жила бы в нашем старом доме, а Сингапур – это еще дальше… и мне придется… Да, знаю, я веду себя глупо… – Из глаз Молли снова полились слезы. – Но почему-то… я чувствую, что это последняя капля. У меня больше нет сил. А ведь надо еще… – Она задохнулась от сотрясавших ее рыданий и не могла уже произнести ни слова. Джудит поцеловала ее и почувствовала запах виски. Ее мать никогда не пила виски.

Молли вытянула руку и неуклюже обняла Джудит.

– Мне бы сейчас чистый носовой платок…

– Я принесу.

Джудит встала, вышла из комнаты, взбежала вверх по лестнице к себе в спальню. Вынула из комода один из своих больших, добротных школьных платков, резко, с грохотом задвинула ящик обратно и подняла взгляд на свое отражение в зеркале. Оттуда на нее взглянуло растерянное, испуганное лицо, такое же, как у ее плачущей внизу матери. Стоп, так не годится. Кто-то из них двоих обязан оставаться сильным и сохранять ясную голову, иначе все пропало. Джудит раз-другой глубоко вздохнула, взяла себя в руки и заставила успокоиться. Как там говорила ей тетя Бидди? Не оказываться в ситуациях; а самой создавать их. Вот как раз и подвернулась ситуация, когда же, как не сейчас, применить совет тети Бидди на деле? Джудит вся подтянулась, расправила плечи и стала спускаться вниз.

Вернувшись в гостиную, она обнаружила, что Молли также сделала над собой некоторое усилие: она подобрала с пола упавшие листки и даже сумела растянуть дрожащие губы в вымученную улыбку.

– О, спасибо, родная… – Она с благодарностью взяла у дочери чистый носовой платок и высморкалась. – Мне так стыдно. Не знаю, что на меня нашло. Сегодня был такой тяжелый день. Наверно, я просто переутомилась…

Джудит села на прикаминную скамеечку.

– Можно мне прочитать письмо?

– Разумеется. – Мать подала ей конверт.

Дорогая Молли! – Четкий, ровный почерк. Текст письма очень отчетлив. Отец всегда писал черными чернилами. – Когда ты получишь это письмо, Рождество уже будет позади. Надеюсь, вы с девочками хорошо повеселились. Я должен сообщить тебе весьма важные новости. Вчера вечером меня вызвали и сообщили, что решено направить меня в Сингапур управляющим компании «Уилсон – Маккинон». Это повышение в должности, и, стало быть, я могу рассчитывать на большее жалованье, а также на другие привилегии, такие как более просторный дом и служебный автомобиль с личным водителем. Надеюсь, тебя это тоже обрадует. Я должен буду вступить в новую должность только через месяц после того, как вы с Джесс прибудете в Коломбо; так что у нас с тобой будет время подготовить наш дом для человека, который прибудет на мое место; а потом мы втроем поплывем в Сингапур. Я знаю, ты будешь скучать по Коломбо. Тем не менее я с волнением и восторгом думаю о том, что мы поплывем все вместе и будем вместе потом, когда устроимся в новом доме. Моя новая работа намного ответственнее и труднее, но я чувствую, что в состоянии с ней справиться и успешно выполнить все, что от меня потребуется. Не могу дождаться того момента, когда наконец увижу тебя и впервые встречусь с Джесс. Я надеюсь, она не будет меня дичиться и в конце концов привыкнет к мысли, что я ее отец.

Передай Джудит, что ее рождественский подарок должен прийти со дня на день. Надеюсь, все приготовления, связанные с ее переводом в «Школу Св. Урсулы», идут по плану и что расставание не будет для вас слишком мучительным и горьким.

На днях видел в клубе Чарли Пейтона. Он сказал, что Мэри ждет ребенка. Они хотят пригласить нас на ужин…

И так далее. Читать дальше не было необходимости. Джудит сложила листки и вернула их матери. Потом сказала:

– По-моему, все идет как нельзя лучше. Я так рада за папу! Мне кажется, ты совсем не должна расстраиваться.

– Я не расстраиваюсь. Я просто… убита. Я знаю, во мне говорит эгоизм, но я не хочу ехать в Сингапур. Там так жарко и влажно, и потом – новый дом, новые слуги… заводить новые знакомства… и прочее. Для меня это слишком…

– Но с тобой же будет папа.

– Знаю…

– Тебя ждет масса удивительных вещей.

– Я не хочу удивляться. Я хочу мира и покоя, и мне не надо никаких перемен. Я хочу, чтобы у меня был дом, а не бесконечные переезды с места на место и разлуки. А все требуют от меня чего-то, и каждый говорит, что я все делаю неправильно, что я ничего не понимаю и не умею…

– Но это не так!..

– Бидди держит меня за идиотку. И Луиза тоже.

– Да не обращай ты на них внимания!

Молли еще раз высморкалась и снова отпила из своего стакана.

– Я не знала, что ты пьешь виски.

– Да обычно я и не пью. Но тут мне нужно было выпить. Поэтому я, видно, и распустила нюни. Наверно, я пьяна.