Нерассказанная история - Моника Али

– И ты видела это? До того как все произошло?

Тевис немного колеблется, но все же медленно качает головой.

– Нет. Скорее это было предчувствием чего-то ужасного.

– И случилось все… погоди… два года назад? Сколько еще видений или предчувствий у тебя было с тех пор?

Эмбер с возрастающей тревогой, смотрит на торт «Данди», возвышающийся на троне – стеклянной подставке и служащий центральным украшением стола. Он темно-коричневый и весит не меньше тонны. Как-то Лидия упомянула, что этот торт в детстве был ее любимым, и Эмбер нашла рецепт в Интернете.

– Ни одного. До сегодняшнего дня, – уверяет Тевис.

– У тебя никогда не было дурных предчувствий по утрам? – удивляется Сьюзи. – Странно… Вот у меня каждый день!

Эмбер встает и начинает мыть грязные бокалы. Ей просто нужно что-то делать, и это все, о чем она может думать, если не считать мысли о необходимости позвонить Лидии. Но ей не хочется выглядеть такой уж дурой, когда в дверях покажется Лидия: эти покачивающиеся бедра… эта ирония в голосе…

– Черт возьми, я опять позвоню, – твердо говорит она, вытирая руки.

– Но это совершенно необязательно может быть связано с Лидией, – говорит Тевис, но чем чаще она это повторяет, тем больше убеждается, что дело именно в Лидии. Два дня назад Лидия пришла к ней и попросила погадать на картах Таро, хотя раньше всегда отказывалась от этого. Тевис разложила карты на столе с мозаикой, изображавшей русалку, но тут Руфус завилял хвостом и сбросил две карты на пол. Лидия подняла их и сказала:

– Давай, лучше не будем… – После чего смешала колоду. Тевис объяснила, что это не важно и новая раскладка карт не ослабит их сил.

– Знаю, – кивнула Лидия, – но я передумала. Руфус все решил за меня. Он очень мудрый, знаешь ли.

Она рассмеялась, и обычный перезвон серебряных колокольчиков сейчас звучал как-то надтреснуто. У Лидии была прекрасная интуиция, она тонко чувствовала и недаром отказалась от гадания.

– Совершенно необязательно, – повторяет Тевис.

– Возможно, все прояснится, – вторит Сьюзи, словно пытаясь утешить подруг, но всем троим становится не по себе.

Эмбер бросает свой мобильник на тарелку. Телефон Лидии опять настроен на голосовую почту, и какой смысл оставлять очередное сообщение?

– Может, Лидия взяла Руфуса на прогулку, забыла о времени и оставила телефон дома?

Эмбер говорит, говорит… и сама понимает, как нелепо это звучит.

– А может, перепутала день, – неубедительно бормочет Сьюзи.

– Сьюзи, сегодня у нее день рождения. Как она могла перепутать? Все это чепуха. Она просто… опаздывает.

Правда, что Лидия казалась рассеянной. «Но, – думает Эмбер, – последнее время она постоянно производит подобное впечатление».

– Какого… – начинает Сьюзи.

– Говорила я вам, – цедит Тевис. – Град!

– Какого… – повторяет Сьюзи, но остаток фразы тонет в барабанной дроби.

– Идем! – кричит Эмбер, подбегая к входной двери. – Если она появится сейчас, мы не услышим звонка!

Они стоят на крыльце и смотрят, как градины отскакивают от крыши миссис Джиллот, бомбардируют капот «хайлендера» Эмбер и сыплются в алюминиевое ведро рядом с гаражом. Небо приняло неприятный грязно-фиолетовый оттенок, и град продолжает самозабвенно сыпаться с неба: подпрыгивает, катится, сталкивается, словно соревнуясь в озорных выходках. Градины невелики, но валятся стеной, как белый рис из порванного мешка.

– О Господи! – изумляется Эмбер.

– Только взгляните! – вторит Сьюзи.

Тевис спускается с крыльца. Встает на газоне, широко расставив руки и подняв лицо к небу.

– Она, что, молится? – кричит Сьюзи, и Эмбер, невзирая на напряжение, начинает смеяться.

Она все еще смеется, когда с дороги сворачивает машина. Свет фар словно стелется по стене града, поднимает ее густым белым облаком над черной асфальтовой дорожкой и бросает в направлении дома. Тевис опускает руки и летит к машине. Кремовый шелк блузки липнет к худой спине. Остальные бегут за Тевис. Это должна, должна быть Лидия, хотя свет фар слепит глаза, и машина кажется просто черной глыбой.

Вернувшись на кухню, Эмбер ставит на стол еще одну тарелку. Эстер отряхивает с плеч градины, вынимает шпильки и вытряхивает белые зернышки из длинных седых волос.

– Забыли, что я еду, верно? – спрашивает она, торжественно и одновременно лукаво.

– Нет! – отвечает Эмбер. – То есть да.

– Вот что бывает с женщинами, – назидательно замечает Эстер. – Мы достигаем возраста, когда о нас просто забывают.

В ее голосе нет и намека на огорчение.

Сквозь тревогу и смущение она чувствует страх перед грядущим, вернее, что уже началось: разведенная женщина без надежды на новый брак.

Но она тут же берет себя в руки.

– Дело в том, что мы немного беспокоимся за Лидию. Она что, работает допоздна? Не отвечает на звонки.

– Лидия взяла выходной, – поясняет Эстер. – Хотите сказать, она не приехала?

Не дождавшись ответа, Эстер обводит их взглядом.

– Нужно поехать к ней, – предлагает Сьюзи.

– Подождем, пока кончится град, – говорит Тевис.

– Не можем же мы просто сидеть здесь, – возмущается Эмбер.