Мангушев и молния - Александр Покровский

– Какая маленькая! А вы не знаете, куда она идет?

Девочка хотела сказать, что она идет за волшебной водой для мамы, но испугалась, как бы деревья не схватили ее своими ветками и не вернули назад. Они сразу догадались бы, что она ушла тихо и никому не сказала.

– Но я же скоро вернусь, – думала девочка, – еще не взойдет до конца солнце, и мама не успеет забеспокоится. Надо быстрей! Надо бежать быстрей!

И девочка побежала по дороге, а кувшин бил ее по ноге, потому что совершенно не любил спешить и куда-то бежать.

– И зачем так торопиться? – думал кувшин, – можно же упасть и меня совсем разбить!

Он был хороший кувшин, но любил поворчать.

Между тем туман рассеялся, и оказалась девочка у ворот Города Всяких Желаний.

Стражники конечно же спали, потому что привыкли, что не бывает врагов у Города.

Девочка бережно на цыпочках прошла мимо них, стараясь не спугнуть их храп и не разбудить их. Ей совсем нечем было платить за вход, разве что куском кукурузного хлеба.

Город Разных Желаний еще спал. Солнце еще не встало; было тихо, только слышались шаги ее босых ног по мостовой, да сильно стучало ее отважное сердце. Мостовая местами горбилась и заставляла оступаться; низко свисали над ней балконы; дома подглядывали через закрытые ставни, и, казалось, за каждым поворотом кто-то обязательно должен стоять.

Девочка вышла на площадь, когда солнце проснулось: медленно золотились стены домов. В середине площади стоял Фонтан. Он молчал.

Но, когда девочка подошла очень близко, свершилось чудо: ударила вверх высокая струя, и заговорил Фонтан живыми голосами птиц и цветов.

Вздохнул, заворочался со сна город; проснулись люди, открылись окна, выбежали из домов дети, а девочка быстро подставила кувшин под студеные струи, пахнувшие горькими травами, и рассмеялась, потому что теперь ее мама никогда больше не будет печалится.

А к Фонтану шли уже люди, всем хотелось напиться самой чудесной воды и улыбнуться новому утру; камни мостовой стали теплыми – может быть, от людей, может быть, просто от солнца – Город жил своей жизнью.

Девочка собиралась сразу же бежать к маме, но потом решила обойти вокруг Фонтана и попрощаться с ним.

Она поставила кувшин туда, где стояли все кувшины, и подошла к Фонтану. Вокруг него было столько чудесного: каменные рыбы с большими глазами и резной чешуей – изо рта у них бежали тоненькие струйки; пастушьи рожки и каменные мальчики, собираюшиеся в них трубить, и много-много всего неизвестного и таинственного.

А в это время к ее кувшину подошел бродячий музыкант.

– А я выпью, – сказал он друзьям, – вот из этого кувшина. Вода в нем самая волшебная. Его держала в руках девочка с голубыми, как васильки, глазами. Он должен принести мне счастье. Его коснулась рукой фея.

Он поднял кувшин, напился и передал его друзьям.

– Волшебней этой воды я еще не пил. И каждый пил из кувшина и хвалил воду.

Музыкантов было много, вода в кувшине скоро кончилась, но его наполнили вновь, и опять вода в нем оказалась самой вкусной и самой волшебной. Теперь всем хотелось выпить только из этого кувшина. Образовалась даже длинная очередь, на кувшин стали посматривать с опаской, передавая его из рук в руки как какую-то драгоценность.

– Неужели произошло чудо? – удивлялся кувшин, путешествуя по рукам, – Вода-то одна и та же, но у меня она становится волшебнее, чем в Фонтане Различных Мечтаний. Значит, я всему причиной, значит я стал чародеем и дарю людям счастье! Как хорошо!

Обрадовался кувшин: наконец-то он нашел свое место в жизни – у него было великое предназначение.

Понемногу люди стали его раздражать. Они мешали ему думать о его великом предназначении.

И к тому же, у них были такие жадные руки, глаза и, главное, рты.

Да! Главное – рты.

Ох, что это были за рты, ох!

– Эй, полегче! – успел сказать кувшин глубокой старушке, что трясущимися руками наливала из него воду в кружку.

Руки у нее были уже очень слабые, она вдруг выронила кувшин, он полетел на мостовую и разбился на сотню осколков.

Ахнула очередь – многим не хватило самой волшебной воды. На старушку было страшно смотреть: она пришла издалека, она хотела взять с собой немного воды.

Плохо пришлось бы бабушке, если б бродячий музыкант не воскликнул:

– Люди! В Фонтане Различных Мечтаний еще много волшебной воды! Вот! Как раз сейчас пошла самая волшебная!

И забыли люди про бедную старушку.

– А где же девочка с голубыми глазами? – спросил музыкант у друзей, – Ведь это ее кувшин разбился, а во всем виновата наша шутка. Дай-ка наш кувшин, я ее поищу.

А девочка в этот момент ползала под ногами у взрослых, собирала осколки и плакала. И вдруг у нее екнуло сердце: она вспомнила, что это плохая примета, когда кувшин бьется далеко от дома. Так говорила бабушка. Ой! А вдруг что-то с мамой!

Она вскочила и изо всех сил побежала домой. Она так и не напилась чудесной воды, и стражники опять не заметили, как она выбежала из ворот – так легкая маленькая синичка, клевавшая крошки, стремительно вылетает из окна.

Она бежала по дороге изо всех сил, а сказочный лес шептал ей в спину:

– Быстрей! Ну, быстрей же! – и осыпал ее желтеющими листьями.

Ее ноги не знали усталости, вот только сердце сильно стучало.

Она подбежала к домику и увидела свою маму, сидящую на крыльце.

– Мама! – крикнула девочка и бросилась ей на шею.

А мама схватила ее и прижала к груди, и стала быстро-быстро ее целовать, а потом она ее даже несколько раз шлепнула.

– Где же ты была, глупышка? – спросила мама, уже совсем перестав горевать.

– Я ходила в Город Разных Желаний за волшебной водой, – спряталась у нее на плече девочка, – а он взял и разбился.

– А зачем нам волшебная вода? – удивилась мама.

– Чтоб ты никогда не плакала и говорила мне ласковые слова.

– Я и так не плачу, – сказала мама.

– А это что? – показала ей девочка на следы от слез.

– Это не считается. Это – от радости. Сильно-сильно обхватила девочка маму за шею и прижалась к ее щеке.

– А ты будешь каждое утро заплетать мне цветок? – спросила девочка, немного подумав.

– Конечно, – сказала мама, – конечно буду.

– Ой, как хорошо! – вздохнула девочка.

Долго они так сидели и было им очень тепло.

Может быть, солнце вовсю припекало?

А еще там светились горы и не хмурился сказочный лес.