Я бы на твоем месте - Евгения Пастернак

– Что с тобой? – испугалась мама.

Арина только начала осознавать весь ужас своего положения и делиться им готова не была.

– Ты не поймешь! – сказала она.

– Но я попробую, – предложила мама.

– Нет! – отрезала Арина. – Ты никогда меня не понимала! И не поймешь! Не трогай! Уйди!

Мама ошарашенно хлопала глазами. Потом вышла. Закрыла за собой дверь.

Внутри у Жанны было пусто. Еще пару недель назад ей и в страшном сне не могло присниться, что ее девочка будет с ней так разговаривать. Интуитивно она понимала, что виноват в этом Тихон. Но не понимала как.

* * *

Лена давно не видела сына таким оживленным.

– Представляешь, – в пятый раз повторил Тихон, – Ямомото сказал, что я очень точно передал дух! И вот это вот движение крыльями…

Тихон продемонстрировал «вот это вот движение» с такой экспрессией, что сшиб со стола френч-пресс, который в Лениной семье использовали как заварочный чайник.

– Ой, – испуганно сказал Тихон, глядя на осколки.

– Ничего страшного, – мама улыбнулась, – сейчас уберу. А ну брысь отсюда, тут стекло кругом!

Последние слова относились к дочерям, которые прибежали узнать, а что это такое интересненькое на кухне разбилось.

Пока мама убирала последствия, сын сидел тихонько и испуганно. А потом сказал:

– В общем, они зовут меня на учебу. Дизайн, основы японской народной культуры, театр кабуки… все такое.

– В Японию? – Лена не знала, радует ее эта новость или пугает.

– Ну да! Они хотят, чтобы в мире были эти… проводники культуры. Чтобы Японию представляли не японцы, а… короче, такие, как я. У них целая программа на этот счет.

– Ох, – покачала головой мама, – не знаю… А прямо тут, на месте, они не могут организовать обучение?

– Ма-а-ам, – укоризненно протянул Тихон, – ну как ты себе это представляешь? Мне год только язык учить придется!

– Вот именно, – согласилась мама, – у нас же есть всякие курсы… репетиторы.

Тихон нетерпеливо поморщился.

– Нет. Надо туда ехать. Погружение в культуру. Учить они будут бесплатно. Вам нужно только билеты оплатить… и проживание.

* * *

Когда Жанне позвонили с незнакомого номера и предложили заказ, она не удивилась. И в предложении встретиться в бистро тоже не было ничего странного – ей приходилось общаться с заказчиками и в более необычных местах.

Но когда она увидела за столиком Лазуркина, который приветственно махал ей рукой, тут же развернулась и двинулась к выходу. Андрюша, роняя стулья, бросился наперерез и преградил ей дорогу.

– Я сейчас позову полицию, – ровным голосом сказала Жанна.

– Зови, – согласился Лазуркин. – Мне ничего не сделают. А вот у твоей дочери будет… очень интересный день.

Жанна на мгновение представила, как она душит Андрюшу. Тот что-то почувствовал и попятился, но тут же уперся спиной в дверь.

– Спокойно, – сказал он. – Мне от тебя нужен всего один разговор. И больше ты меня не увидишь. Клянусь здоровьем матери!

Жанна глубоко вдохнула и выдохнула.

– Сядем за столик? – приободрился Лазуркин.

– Тут говори!

– В общем, нужно, чтобы ты пошла со мной к моему новому шефу и объяснила, что твой пост – тот, который про кимоно, – был дружеской шуткой.

Жанна недоверчиво посмотрела на Андрюшу:

– Твой новый шеф – идиот?

– Почти, – усмехнулся Лазуркин. – Он швед. Не понимает тонкостей русского национального юмора. Если ты будешь убедительна…

– А если я приду, – прищурилась Жанна, – и расскажу правду?

– Имеешь право, – прищурился в ответ Андрюша. – Только ведь и я могу… правду-то. Что ты дочке про папу рассказывала? Что он был летчиком-испытателем? Или что от рака помер?

Жанна набычилась и пошла прямо на Лазуркина. Он отпрыгнул в сторону. Когда Жанна выходила из бистро, до нее донеслось:

– У тебя сутки! Максимум двое!

* * *

В школе Арина забилась в самый дальний угол парты и постаралась не дышать. Тихон пришел счастливый. Начал рассказывать, что Ямомото вчера показывал ему фотографии японского центра, а там даже мультстудия есть! И они ищут по всему миру подростков, которые могут…

Арина не слушала. Она думала, что теперь, когда она знает про себя правду, не понимает, как себя вести.

Классная открыла дверь рывком.

– Тихон, – рявкнула она, – ну вот от тебя я не ожидала!

Класс замер.

Оказывается, из полиции в школу пришла бумага о том, что Тихон был задержан в парке за драку. Теперь и классной, и директору нужно писать миллион объяснительных, и все получат нагоняй за то, что плохо его воспитывали. Свои синяки в классе Тихон объяснил тем, что упал с велосипеда, никому и в голову не пришло не поверить.

– Зачем тебя вообще в тот парк понесло? – устало спросила классная.

Тихон молчал, уткнувшись взглядом в парту.

– Это я виновата, – сказала Арина.

За пару минут она все решила. Она заметила, как резко поменялось выражение лица Тихона, как он сжался в комок, и подумала, что станет его ангелом-хранителем. Куда он, туда и она. О подробностях она не думала. Ей хотелось чего-то такого… Чтоб как в кино. Чтоб надрыв. Чтоб о-го-го!

Классная посмотрела на Арину:

– Только тебя еще не хватало! Молчи! Виновата она! Еще не хватало тебя впутывать.

– Это я его привела в парк, – не унималась Арина.

– И не дай бог ты кому-нибудь об этом скажешь! – сказала классная. – Тихон, тебе придется сходить к школьному психологу.

Класс гудел.

– Тихон, ты драться умеешь? – съязвил Санек.

– Ты зато не умеешь! – сказал Армен. – Ты, Тихоня, в следующий раз меня зови. Вместе в парк пойдем.

– Никуда не ходить! – голос классной зазвенел. – Вы что, с ума сошли? Вы представляете, какие у нас теперь неприятности? Никаких парков! Никаких драк! Хорошо еще, что Тихон трезвый был.

Класс загудел еще громче.

– Тихоня, ну кто ж ходит драться трезвым? – заржал Санек.

Классная побледнела.

– Дураки вы, – сказала она, – сами не понимаете, с чем играете. Наша полиция… Вы ж потом не отмоетесь… Вам всего пятнадцать, а вы жизнь себе угробите. Тихон! Ты же пойми! Тебя могут из школы выгнать!

На щеках у Тихона появился нехороший, лихорадочный румянец.

– А выгоняйте! – сказал он.

– И меня выгоняйте! – поддержала его Арина.