Ты будешь там? - Гийом Мюссо

Я убил своего предка. Поэтому я еще не родился. Значит, я не мог убить своего предка. Тогда получается, что я все-таки родился. И убил своего предка. Поэтому…

Элиот вздохнул. Да уж, согласиться с тем, что подобное путешествие во времени возможно, значит нарушить десяток законов физики и отвергнуть причинно-следственные связи.

Но все же…

Снимки, которые Элиот держал в руках, служили доказательством того, что случившаяся с ним история реальна. «Самое верное научное доказательство», — подумал он, глядя на отпечатки.

Напряженно размышляя, Элиот машинально щелкал зажигалкой, которую вернул ему Малден. Затем положил ее в ящик стола и резко поднялся со стула. Купер не мог спокойно сидеть. За последние несколько часов он выпил несколько чашек кофе. Страх, который доктор испытал этой ночью, не прошел, а слился с возбуждением от встречи с чем-то сверхъестественным. Элиот был обычным человеком, а сейчас с ним происходило нечто из ряда вон выходящее. К чему все это приведет? С того момента, как незнакомец впервые появился в его жизни, Элиот пребывал в неизвестности, справится ли он с событиями, ожидающими его впереди.

Молодой врач налил себе еще кофе и открыл окно, выходящее на улицу. В комнате никого не было. Элиот решил аккуратно закурить, чтобы не сработал датчик дыма. В течение нескольких минут один вопрос постоянно крутился у него в голове. Стоит ли общаться с гостем из будущего? Пожалуй… Но как? И что бы такое важное сказать своему двойнику?

Доктор некоторое время поразмышлял над этой нелегкой задачей, но не смог найти интересного решения. Вдруг безумная мысль мелькнула у него в голове, но он ее тут же отбросил. Не стоит делать глупостей, надо успокоиться, забыть на время обо всем и вернуться к работе. С самыми благими намерениями. Элиот устроился за столом, заваленным папками, намереваясь составить отчеты о проведенных операциях. Но через пару минут признался себе, что притворяться бесполезно. Как можно спокойно продолжать работать после всего, что с ним случилось! Врач посмотрел на часы. На ближайшее время не было запланировано ни одной операции, и на пару часов его вполне мог заменить кто-нибудь из коллег. Элиот снял халат, надел куртку и вышел из кабинета.

Через пять минут его уже не было в больнице.

Выезжая с парковки, Купер увидел грузовик службы «Федерал Экспресс».[20]Все еще находясь под впечатлением от происходящих событий, он вызывающе пожал плечами.

В данный момент ему было наплевать на «Федэкс».

Он, Элиот Купер, собирался отправить послание в будущее!

* * *

2006 год

Элиоту 60 лет

— У меня готовы анализы, — сказал Белов.

— И?..

— Нечто экзотическое: растительная смесь из шелковицы и мушмулы.

Элиот не верил своим ушам.

— И больше ничего?

— Нет. Если хочешь знать мое мнение — это лекарство вряд ли сможет от чего-либо вылечить. Самое натуральное плацебо.[21]

Элиот положил трубку. Итак, в пилюлях не было ничего волшебного. Старый камбоджиец, история с загадыванием желания, вновь забрезжившая надежда увидеть Илену… Все пустое. Сказки. Наверное, метастазы уже проникли Элиоту в мозг. Встреча с двойником наверняка была плодом его воображения. Фантазии пожилого человека, который боится смерти.

Понятно теперь, в чем состоит функция снов. Это предмет из области психоанализа. Сны — некий предохранительный клапан, который позволяет тайным несбыточным желаниям определенным образом выражаться, не разрушая психики. Элиот постучался в дверь к Альберту Эйнштейну, а попал к Зигмунду Фрейду.

Ну вот, всего лишь один телефонный звонок вернул его к реальности. Волшебство исчезло, и в ярком свете утра то, что еще вчера казалось реальным, сейчас выглядело сумасшедшей химерой. Он так хотел верить в то, что с ним происходило, но… Это захватывающее приключение, эти невероятные путешествия во времени были на самом деле лишь плодом его больного воображения. Тяжелый недуг и близость смерти породили утопическую надежду вернуться в прошлое.

А правда была в том, что он боялся. Ужасно боялся. Он отказывался верить, что жизнь подходит к концу. Так быстро все прошло: детство, юность, зрелость… Не успел и моргнуть, а уже пора уходить… Черт, но ведь шестьдесят лет — это так мало! Он совсем не чувствовал себя старым. До того как ему поставили диагноз «рак», он находился в хорошей форме. Во время гуманитарных поездок лазил по горам, оставляя позади себя ребят тридцати и сорока лет. И Шарика, индийская студентка, писаная красавица, хотела встречаться с ним, а не с кем-то из молодых врачей, которые только начинали свою карьеру в больнице.

Но со всем этим теперь покончено. Впереди его ждали лишь страх и смерть.

Страх наблюдать, как слабеет тело.

Страх перед страданиями и потерей самостоятельности.

Страх одиноко умереть в больнице.

Страх оставить дочь одну в этом нестабильном мире.

Страх перед тем, что вся жизнь его вдруг окажется бессмысленной.

И страх перед неизвестностью, в которую он погрузится после того, как испустит дух и перенесется по ту сторону бытия.

Черт!..

Элиот вытер слезинку бессильной ярости, которая стекала по щеке.

Теперь доктор ощущал внутри острую боль. В ванной он достал из шкафчика с лекарствами болеутоляющее. Брызнул в лицо холодной водой. Из зеркала на него глядел мужчина с воспаленными красными глазами.

Сколько ему еще осталось? Несколько дней? Недель? Купер ощутил небывалое желание жить, бежать, дышать, болтать с друзьями, любить…

Однако сказать, что он провел свою жизнь впустую, никак нельзя. У доктора была дочь, которую он обожал, и замечательный друг Матт. Более того, он всегда в своей жизни был кому-то нужен. К тому же Элиот сумел посмотреть мир, ведь он много путешествовал, а также познал, что такое наслаждение…

Но ему всегда чего-то не хватало.

Илена…

С тех пор как она погибла, он жил урывками, чувствуя себя, скорее, пассивным наблюдателем, чем творцом своей жизни. И последние дни Элиота скрашивала лишь одна прекрасная мечта о том, что во время своих путешествий в прошлое он перед своей смертью вновь увидит Илену.

Но теперь волшебный покров спал, и доктор переживал, что поддался обману. «Страданиям приходит конец только тогда, когда перестаешь верить», — гласит народная мудрость.