Плацкарт - Владимир Козлов

В нижнем углу экрана показалось новое сообщение.

От: Ирина Поплавская

Кому: Все

Тема: Получите зарплату за октябрь в бухгалтерии!!!!:)

У двери в бухгалтерию стояла Алена, новая девушка из отдела продаж.

– Привет, – сказал я ей.

Алена кивнула.

– А кто там сейчас?

– Нильская.

– А-а-а.

– Слушай, Дима, я у тебя хотела спросить. Я компьютер собираюсь купить. Может, что-нибудь посоветуешь?

– А какой компьютер ты хочешь?

– Еще не знаю. Может, обычный, а может ноутбук. Сколько сейчас стоит ноутбук?

– По разному. Новый – долларов девятьсот, если самый простой. А бэушный можно за три сотни взять – «пентиум» первый или второй. Смотря, для чего он тебе нужен.

– Ну, чтобы тексты какие-нибудь набрать – я ж учусь заочно, ну и Интернет, электронная почта…

Дверь открылась. Из бухгалтерии вышла Нильская – невысокая, в черной юбке и черных колготках, с обручальным кольцом на правой руке. Она кивнула мне и Алене. Алена сказала:

– Ладно, иди ты первый. Я не тороплюсь. Мне там надо еще разбираться – я в сентябре два дня отработала. Не знаю, как мне их посчитают. А насчет компьютера я к тебе подойду, хорошо?

– Хорошо.

Сергеевна отсчитала зеленые сотни, положила на стол. Рядом с ней стояла коробка от картриджа, набитая долларами и рублями.

– Распишись теперь здесь, как всегда, – сказала Сергеевна.

Она пододвинула ко мне свою общую тетрадь. Вверху страницы было написано «Дмитрий Макеев, системный администратор, с 21/06/2004», потом шли называния месяцев, начиная с июля, и возле каждого стояла постоянная сумма «600$» и моя роспись.

– И теперь в ведомости. Вот здесь, где галочка.

Я открыл кран, подошел к коробке жидкого мыла, нажал, выдавил немного на пальцы. Хлопнула дверь кабинки, вышел маленький мужичок в сером свитере, подставил руки под воду, резко отдернул – вода оказалась горячей. Он тряхнул руками и вышел из туалета.

Из лифта вышел Руслан – в пальто, с телефоном в руке. Помахал мне рукой, сказал в трубку:

– Давай. Значит, завтра – созвон.

Он протянул мне ладонь, мы поздоровались.

– Слушай, Димон, такая вот тема. Не хочешь завтра вечером в боулинг сходить? Все за счет фирмы, вернее, в смысле, за их счет. Они вроде как наши друзья – мы им давно уже делаем полиграфию. Это называется корпоративная скидка в партнерских компаниях.

– А во сколько?

– Ну, придти часам к девяти, выпить немного, чтобы войти в настроение, потом поиграть часов до двенадцати…

– Знаешь, как-то мне лень.

– Что-то ты грустный сегодня. Зарплата была?

– Была.

– Значит, должен быть радостным. Не каждый день зарплату дают. А к Новому году – шеф сказал – всем зарплаты повысит. И премии даст. Ну и банкет, конечно, все фирма башляет. Корпоративная вечеринка в каком-нибудь ресторане. На такое шеф денег не пожалеет. В том году приглашали Алену Свиридову. Я бы лучше позвал «Ленинград», но шеф их не любит. Сам понимаешь, он – человек старшего поколения, ему эти вещи туго даются… «Вэ-вэ-вэ – Ленинград, эс-пэ-бэ – точка-ру…» Ну так что насчет боулинга?

– Нет, не пойду я. Что-то настроения нет.

– Ладно, как знаешь. А то настроение бы поправили…

– Нет, спасибо.

– Ну, давай, увидимся.

* * *

Было без двух минут семь. Монитор погас, я выключил его. Встал, снял куртку со вбитого в стену гвоздя, вынул из рукава шарф.

Дождь почти перестал. Я закрыл зонтик, стряхнул с него воду. Впереди белая «волга», проехав по луже, обрызгала тетку. Тетка злобно махнула рукой вслед машине.

У вывески «Ателье» девушка с мокрыми волосами, в кожаной куртке, спросила:

– У вас пяти рублей не найдется?

Я вспомнил ее – летом, в первые мои дни в Москве, она просила у меня деньги на Новокузнецкой. Тогда я дал ей десятку.

Я достал кошелек, расстегнул отделенье для мелочи. Несколько мелких монеток упали на мокрый асфальт тротуара. Я не стал их поднимать, дал девушке пять рублей. Она присела на корточки и начала собирать остальные монеты.

Я сказал продавщице киоска:

– «Хуч» лимонный, пожалуйста. Ноль-тридцать три.

Вчера я пил апельсиновый, а позавчера – черносмородиновый.

Продавщица забрала две десятки и мелочь. Я открыл банку, сделал глоток.

Рядом с киоском несколько мужиков пили пиво. На парапете подземного перехода стояли пустые бутылки. Моргала красно-синяя вывеска зала игровых автоматов.

На эскалаторе впереди меня стояли два дядьки за пятьдесят. У обоих в одной руке был дипломат, а в другой – бутылка пива «Охота». Один говорил:

– Я тебе, Коля, еще три года назад конкретно доказывал, что Россия возвращается к авторитаризму, а ты мне не верил. Теперь, надеюсь, никаких доказательств не нужно…

Я обошел их, стал спускаться вниз по ступенькам. Впереди, на левой стороне эскалатора, стояла полная тетка в длинном сером пальто. Она слушала седого невысокого мужика, повернув к нему голову.

Я громко сказал:

– Разрешите пройти?

Тетка, не глядя на меня, отодвинулась. Я протиснулся мимо нее.

Поезд ушел двадцать восемь секунд назад. Я подошел к краю платформы, глянул вниз. Между рельсами валялась картонка от картошки из «Макдоналдса». В туннеле засветились фары приближающегося поезда. Я отошел от края, прислонился к колонне, сделал глоток коктейля.

Подошел поезд. Разъехались двери. Люди начали выходить. Не дожидаясь, пока выйдут все, я протиснулся внутрь. Свободных мест не было. Я встал в начале вагона. Две лампы под потолком не горели, было сумрачно.

Двери закрылись. Поезд тронулся. Кто-то громко заговорил:

– Извините, люди добрые, что мы к вам обращаемся…

В проходе стояли мужчина, женщина и ребенок лет десяти, все в спортивных штанах, взрослые – в кожанках, ребенок – в синей замызганной курточке.

– …Мы были в Москве проездом, на вокзале у нас украли все деньги, и мы теперь не можем уехать домой, в Белгородскую область.

Семья пошла по вагону. Старушка на крайнем сиденьем вытащила кошелек, открыла, достала десятку, сунула мальчику.

Поезд резко затормозил. Женский голос сказал:

– Может, опять что-то взорвали…

– Не надо пороть чепуху, нагнетать напряжение, – ответил какой-то мужчина. – Впереди идет поезд, поэтому машинист притормозил, чтобы был интервал. Вы что, никогда в это время не ездите?