Ночь огня - Эрик-Эмманюэль Шмитт

Погребен.

Я лежу в песчаном саркофаге лицом к ночи.

Звездное небо кажется не таким огромным, как пустыня. Гулкими ударами мое сердце качает кровь, трепетное, взбудораженное, потрясенное, чувствуя себя живым среди каменного мира и так отчетливо сознавая себя ничем.

Погребен…

Сколько времени буду я томиться в этой скалистой тишине, открытой галактикам? Пока не окаменею… Если бы я мог уснуть! Сон даровал бы отсрочку забвения. Но мое сознание, ясное, вибрирующее, не дает мне передышки; оно бодрствует, как будто готово найти выход, как будто его неусыпность убережет меня от смерти.

Погребен…

Как низко я пал! И опущусь еще ниже… Совсем скоро я растворюсь в пыли. В глубине души мне этого почти хочется. Лучше умереть, чем ждать смерти. Этот покой, покой небытия, влечет меня сильнее, чем нестерпимая ясность сознания, на которую обрекает меня мой рассудок.

Погребен!

Инстинктивно я попытался свернуться на боку в позе зародыша, но сооруженный мной склеп не дает мне этого сделать. Любопытно… Никогда бы не подумал, что песок так тяжел. Я обездвижен под слоем, насыпанным собственными руками.

Что происходит?

Ах…

Мне кажется, я теряю вес… отрываюсь от земли… меня поднимают… Как? Из глубины падения еще можно взмыть?

Это продолжается…

Я все выше, над песком, над скалами, и… я парю.

Невероятно: у меня два тела! Одно на земле, другое в воздухе. Невесомый, как воспоминание, я все еще вижу песок, накрывший мои ноги и торс, но я парю… Узник стучит зубами внизу, а другой, освобожденный, спокойно взмывает над пустыней, не страдая ни от холода, ни от ветра, ему не нужно даже дышать.

Здесь тепло, хорошо.

Мое сознание сбилось с привычного пути, ни размышлений, ни расчетов. Время замедляется. Я лечу. Небо затаило дыхание. Звезды неподвижны.

Откуда взялась эта сила, вознесшая меня так высоко и удерживающая на этой высоте?

Я ничего не понимаю… Пришла ли она извне? Изнутри? Я не узнаю ее, не могу локализовать. Ориентиры исчезли.

Вот что-то меняется… Мне кажется, что вновь возвращается сила. Она… она увеличивает меня! Да, она растягивает мое тело, делает меня колоссальным, расширяет до размеров горного массива, сейчас я накрою собой всю Сахару…

Сила неотступна.

Она четвертует меня, но не ломает; наоборот, эта тяга наполняет меня сладостным чувством. Я блаженствую.

Меня окутывает покой.

Я ошеломлен; но это ненадолго, ибо – я забегаю вперед – я покину это зрительское кресло, растекусь в этой безмятежности, я это чувствую, да, я растворюсь в ней с наслаждением, как кусочек сахара в воде.

Кровь отчаянно стучит в висках. Непомерное счастье. Мне не страшно. Мое сердце не разорвется.

Время завершает свое превращение: оно остановилось. Оно больше не течет и становится изобильным, гулким, насыщенным, состоящим из миллиарда слоев. Какое оно плотное, время… Нет нужды отсчитывать секунды, оно просто есть.

Радость.

Пламя.

Сила накатывает. Я не сопротивляюсь. Она проникает в мое тело, в мозг. Я уже весь лучусь!

Я соединился со светом.

Нет больше земли, нет и неба. Я парю, но я нигде; покинув время, я покинул и пространство; и по пути я потерял свою волю, вернее, она слилась с чьей-то чужой. Я все оставил – пустыню, мир, свое тело, себя. Скоро я стану единым целым с этой силой.

Эта энергия, непоколебимая, неукротимая, творит мир, и я растворяюсь в ней.

Я получаю послания…

Как?

До чего они трудны! Не для понимания, нет, они яснее ясного, но их не передать языком. Слова, эти жалкие слова не открывают врат к тому, что я переживаю. Они были придуманы, чтобы описывать вещи, камни, чувства, человеческие или близкие к человеческим реалии. Как им обозначить то, что шире их и глубже? Как конечным терминам выразить бесконечность? Штампами зримого проштемпелевать незримое? Они составляют опись мира, эти слова, уткнувшиеся в землю, я же проник за грань мироздания…

Ослепительно.

Молнии подобно.

Я чувствую все.

В один миг я постигаю совокупность.

Слов нет. Не важно! Голос внутри меня подсказывает, что я сформулирую потом. Пока надо отдаться на волю стихии. И воспринимать…

Я охвачен…

Охвачен огнем…

Пламя.

Я – пламя.

Свет. Нарастающий. Нестерпимый.

Как я не мыслю больше фразами, так не воспринимаю глазами, ушами, кожей. Пламенея, я приближаюсь к некоему присутствию. Чем ближе, тем меньше сомневаюсь. Чем ближе, тем меньше задаю вопросов. Чем ближе, тем явственнее открывается мне очевидность.

«Все имеет смысл».

Счастье…

Я путешествую по краю, где нет никаких почему.

Я – пламя, и пламя это вот-вот встретится с жерлом. Я рискую в нем кануть…

Стало быть, это последний этап?

Огонь!

Пламенеющее солнце. Я горю, плавлюсь, теряю границы, вплываю в пекло.

Огонь…