Розовый дельфин - Роман Коробенков

– Сама? – Мой голос дрогнул, пытаясь понять направление диалога. – Зачем? – Незаметно Алиса высвободилась из моих рук и оказалась где-то рядом, набросочный образ рассыпался в пыль, потому что местонахождение моей женщины стало неведомо.

– Увидеть тебя и поговорить. – Влажный голос ее становился все глуше, мне начало казаться, что я перепутал, что в темноте говорил кто-то другой. – Нам нужно объясниться… – Стальная пауза ударила меня наотмашь. – И очень давно. Слишком давно.

– О чем ты? – то ли спросил, то ли сказал я в темноту, чтобы что-то сказать.

– Я не та, за кого себя выдаю – уже множество лет. Мое имя Аали Оус. Я офицер Объединенных вооруженных сил федерации, капитан психологической группы, моя задача – замещение некоторых человеческих объектов для проведения разведывательных действий на планете Земля с целью ее освоения. Я понимаю, в это трудно поверить, но тебе придется…

– Придется? – Все это звучало, по крайней мере, странно. Я потерялся в догадках – то ли это сложная шутка, то ли умственная болезнь, если болезнь, то – чья?

– Я должна сказать тебе это. – Звук моей женщины чуть колыхнулся. – Можешь не верить.

– Ты обманываешь меня, – убежденно перебил я ее. – Они заставили тебя сказать это. – Я пошарил рукой вокруг, голос лился рядом, но коснуться Алисы мне не удалось. Россыпь знакомого образа фрагментами проявлялась то там, то здесь. Еще один взмах объятий. Я опять поймал юркую пустот у.

– Нет, почти триста лет я рядом с тобой. С единственной целью – понять, почему о тебе обмолвились эннуды, и потом убить. Вернее, подготовить для этого почву.

Это прозвучало жестоко. Глупые глаза мои распахнулись, точно собирались поглотить пространство, а наивные легкие захлебнулись неожиданным спазмом.

– Эннуды? – заторможенно повторил я незнакомое слово.

– Они умеют смотреть в будущее, недолго и непонятно, но тем не менее – умеют, – пояснил Алисин тембр теперь откуда-то слева. – Те медведки… Это одна из рас федерации. Я – другого происхождения. Около сотни психологов-разведчиков внедрили в человеческом обличье в ваше общество за несколько лет до атаки. Большинство объектов, которые требовалось поставить под контроль, были или гормоналы, или гениальные ученые, или влиятельные политики. – Голос двигался, меняя направление, то удаляясь, то приближаясь. – Но эннуды настояли, чтобы и твои передвижения фиксировались нами. Они не смогли объяснить зачем. При этом анализы показали, что ты самый обычный человек.

– Гормоналы-люди-винтики?

– Да, именно… – промелькнула нотка удивления во тьме.

– Напоминает больное воображение, – с нарочитой убежденностью сказал я. – Ты, наверное, просто устала. – Как всегда, я попытался найти складное объяснение для Алисы, задающей сложные вопросы.

– Ты знаешь, что это не так, – произнесла она в самое ухо.

– Пожалуйста, прекрати, ты взрываешь мне разум, – взмолился я, крутясь на месте и хватая пустоту.

– Если я не расскажу, тогда взорвется мой. – Паузы ее казались особенно ядовиты. – Это детонировало во мне столько лет… Больше не могу! Слышишь?!

– Врешь. Все врешь, – слишком спокойно сказал я больше для себя, отвлекаясь от желания поймать ее. – Это очевидно, как день. – При условии нулевой видимости эта фраза показалась ложной.

– Наверное, так же очевидно, как то, что ты жив уже триста лет, из них почти сотню ничего не ешь и не пьешь? – Невидимый смешок лже-Алисы был ужасен, мне стало страшно темноты, где глаза бесполезны. – Или как то, что стеклянный шар спасал тебе жизнь столько времени? Или как то, что мы не помним, когда последний раз видели кого-нибудь живого, не считая собак? – Последнее слово долго висело в тишине, точно материальное подтверждение ее правоты.

Мы помолчали недолго.

Потом я спросил:

– А та… настоящая Алиса… была она вообще? Или это иллюзия изначально… – Ответы сыпались вместе с вопросами.

– Нет, она была, – ответил несомненно ее голос утвердительно и с легким раздражением.

– Когда ты подменила ее собой?

– Когда? Сам знаешь ответ. – Голос лже-Алисы зазвенел. – Я тогда только закончила изучать ваш язык, мы сканировали Землю, и я слушала куски диалогов, о самом разном, о пустяках и о высоком. Меня интересовал ваш мир, с исследовательской точки зрения, конечно. Перед отправкой мы почти десять лет изучали вашу культуру. Я была командиром группы, поэтому могла выбрать объект. Я понаблюдала за всеми, кто попал в разработку. Ваш разговор привлек мое внимание тем, что был очень горяч, раскаленные слова, кипяток эмоций ошпарили мою голову, захотелось поучаствовать… В этом была интрига… Ты тогда представлял собой просто отражение на мониторе…

– Пляж? – неожиданная догадка встряхнула мою голов у.

– Пляж…

– Вы были похожи? – шепотом спросил я, проваливаясь в душное подземелье мыслей, что оказалось еще темнее и глубже, нежели место, где я находился.

Я точно пытался отстраниться от происходящего.

– Совсем нет, мы были абсолютно разные… – уверенно отозвалась она. – Я показала тебе свой образ, только максимально приближенный к земному, за несколькими изъятиями. И заместила собой ее, это был мощный гипнотический посыл, ты не смог его проигнорировать. – Она вздохнула. – Но ты сумел распознать разность цвета глаз. К твоему сведению, милый, у меня был и другой цвет волос. Та женщина была светловолосой, я же – дитя Скорпиона – жгучая брюнетка. Но ты уже тогда начинал меня удивлять. Не составило труда отвлечь тебя от мысли о разных цветах, я загнала ее в глухие подполья твоего разума, там она и потерялась.

– Куда делась та девушка? – В горле становилось все суше.

– Скорее всего стала объектом более внимательного изучения. Не на Земле… Несколько сотен людей были протестированы перед тем, как мы взялись за Землю. Она стала одной из последних. – Это прозвучало слишком спокойно для приговора.

– С тех пор рядом со мной была только ты?

– Только я… – почти немо отозвалась лже-Алиса, но я ее услышал.

– И я ничего не замечал столько лет… Почти три года при старой жизни, потом три сотни лет, когда мы остались вдвоем… – Я опять метнулся на звук, пытаясь изловить подлое тело, но оно передвигалось молниеносно. Дразнящий образ преломлялся то здесь, то там, а я натыкался на спящие стены.

– Как ни чудовищно звучит, именно так, – услышал я из-за спины.

– Не может быть! Я бы почувствовал.

– Тебе просто хочется верить в это и не верить в другое. Ты не смог бы заметить – никогда… если бы я не призналась. Но я призналась.

– Как сон. Я точно спал.

– Я не назвала бы это сном, так же как не назвала бы ту Алису настоящей, – резко выдала чужая Алиса. – Я самая что ни на есть настоящая в твоей жизни, человек. Все остальное – туман и эхо, как ты сам понимаешь. Триста лет, мой милый друг… Это время имеет сокрушительную ценность. С той женщиной вы были знакомы всего год.