Арабская кровь - Таня Валько

– Да, припоминаю. – Марыся непроизвольно краснеет, интуиция подсказывает ей, что Хамид приложил к этому руку. Она надеется, что он был на правой стороне. – В Йемене мы подписывались на все саудовские газеты, потому что жили там постоянно.

Она отворачивается, чтобы подруга не заметила ее пылающего лица.

– Так, значит, знаешь. Хвала Аллаху, ничего ужасного с князем не случилось, а после сцапали столько террористов, что тюрьмы трещали по швам. К сожалению, одного схватишь, а на его место приходит другой. Отрастает, как хвост у ящерицы! Поэтому мы тоже должны учитывать, что они предпочитают скопления людей. Тогда их подлый поступок будет более эффектным, а степень поражения – большей. На прицел они взяли не только саудовцев, но и иностранцев, чтобы запугать их и тем самым изгнать из нашей страны. Они хотят довести страну до кризиса, потому что тогда легче будет свершить переворот. Не хотела бы я дожить до этого времени, – говорит она в сильном волнении.

Водитель останавливает машину под навесом, в месте для посетителей. Женщины оставляют абайи в автомобиле и выходят. Их сразу охватывают ужасающая жара и влажность.

– На раз-два покажу тебе самые интересные места – и убежим. А говорили, что утром будет прохладнее. – Фатима надевает соломенную шляпку, солнцезащитные очки и, взяв Марысю под руку, тянет подругу в сторону электромобиля, в который они пересаживаются.

Поселок действительно такой большой, что нет и речи, чтобы по этой жаре пройти по нему пешком. Тут находится более трехсот вилл, шесть одноэтажных бунгало, шесть двухэтажных домов с огромными садами, а также трехэтажные блочные дома, где клиенты с меньшим бумажником могут взять в аренду двухкомнатные квартиры. Инфраструктура поселка комфортная. Резидентам предоставлены такие приятные вещи, как кафе и рестораны, в которых можно заказать даже алкоголь. Для маленьких детей – игровые площадки с кондиционером. Для заботящихся о фигуре – центры фитнеса и аэробики и кабинеты оздоровления. Здесь есть также магазины, пункты аренды DVD-дисков, цветочный магазин и бюро путешествий. На территории поселка – два больших бассейна для всех жителей (один из них с искусственными волнами и водопадом) и двадцать поменьше, которые размещены на крыше каждого пятого дома.

– У нас также есть небольшой зоопарк с павлином, козами и двумя лошадками, летний кинотеатр, корты и поля для гольфа. Я думаю, что мы постарались, и это один из лучших поселков такого типа в стране.

Фатима горда, потому что ее семья руководит этим объектом.

– Фахад хочет спроектировать еще концертный зал, ведь сейчас его здесь нет, а иностранцы без музыки и спектаклей жить не могут. Должна признаться тебе, что после стольких лет, проведенных за границей, я тоже уже по этому соскучилась.

– Ну, ты с ума сошла в этой Америке, – говорит Марыся, стараясь приглушить иронией чрезвычайное удивление и легкую зависть.

– Если не знаешь, что теряешь, то и не жаль.

Женщинам не хочется покидать красивый зеленый поселок, и они, несмотря на зной, уже пару часов сидят в тени у голубого бассейна. Из-под навеса ближайшего ресторана на них веет прохладой: там установлены большие кондиционеры, увлажнители и вентиляторы, которые образуют вокруг легкий бриз. Две иностранки с детьми отдыхают и развлекаются в этом приятном месте, но неприязненно смотрят на двух арабок. Они шепчутся между собой и указывают на них пальцами. Позже зовут кельнера, о чем-то спрашивают, а когда тот отвечает, кивают, успокоившись, и уже больше не обращают внимания на пришедших.

Подруги решают провести у моря всю первую половину дня. После раннего многочасового посещения торгового центра они страшно хотят пить, поэтому в частном клубе на набережной сразу направляются в кафе и заказывают ледяной чай. В баре днем можно также купить домашнее пиво и вино, соки и различные холодные закуски. Горячий ужин повар готовит уже вечером. В конце концов, сейчас Рамадан.

– Надеюсь, что Аллах меня простит. – Фатима выпивает напиток одним махом, через минуту кривит лицо от боли и хватается рукой за крестец.

– Девушка, не подрывай свое здоровье! – Марыся с беспокойством смотрит на подругу.

– Врач говорил мне выпивать по меньшей мере пол-литра воды в течение дня, но каждый раз я чувствую себя виноватой, – признается она, опуская глаза. – У меня песок в почках, что в здешнем климате сильно ощущается.

– Моя мама тоже меня предостерегала, что хочешь не хочешь, а немного пить нужно.

– Знаю, знаю. – Фатима с пренебрежением машет рукой. – Сейчас мы уже можем пройтись берегом моря.

Она кладет полотенце на белый пластиковый шезлонг, ставит около него соломенную корзину, снимает бермуды и остается только в сплошном купальнике и обвивающей ее тюлевой тунике.

– Это очень хорошее место для прогулок.

– Прекрасно, этого мне в Саудовской Аравии очень не хватает.

Побережье в самом деле невероятно красиво, как и рассказывала Фатима. Вода бирюзового цвета прозрачна, а риф – на расстоянии вытянутой руки. Разноцветные рыбки подплывают к самому берегу, рассчитывая на кусочек хлеба или крошки хрустящих хлебцев. Дети их подкармливают, поэтому рыбок здесь целые косяки.

– Как чудесно! Я могу взять на память? – Марыся поднимает довольно большой кусок коралла, который нашла на пляже. – Или это запрещено?

– Что ты, глупенькая! Ты же это не отломала и не собираешься вывозить из страны, – смеется Фатима. – Это как если бы было запрещено собирать ракушки. Хуже, когда иностранцы, – Фатима кивает на группу веселящихся мужчин и женщин со светлой веснушчатой кожей, – воруют наши природные богатства и пакуют полные ящики кораллов, переправляя их потом морем. За такие вещи нужно уже наказывать.

– А говорили, что этот пляж только для белых, – вдруг отчетливо слышат они голос жены какого-то британского контрактника, которая указывает на них пальцем.

– Меня сейчас удар хватит! – Фатима даже бледнеет от злости.

– Что за shit! – без малейшего стеснения продолжает женщина. – Они считают, что могут драть шкуру за аренду этих их домов в охраняемых поселках, за членство в европейских клубах, но не соблюдают условий договора. Хитрые и жадные арабы!

– Как она смеет! – Саудовка не выдерживает и поворачивается в их сторону: – Нас дискриминируют за цвет кожи, веру и стиль одежды во всем мире. И даже у себя дома мы должны это терпеть?! – Отважная жительница Джидды на повышенных тонах говорит по-английски, а Марыся тянет ее за руку, не желая, чтобы на них завели дело об оскорблении.

– Ведите себя нормально, как цивилизованные люди, и мы с вами будем хорошо обращаться.

Англичанка встает и направляется к местным жительницам со словами:

– Если вы подкладываете бомбы и подрываете себя, трудно радоваться вашей компании!

Все остальные застыли от этих слов, а мужчина, скорее всего супруг наглой иностранки, подтолкнул ее к креслу.