Дарующий звезды - Джоджо Мойес

– Я вовсе над вами не издеваюсь, – поспешно произнесла Элис.

– Значит, у вас что-то с челюстью, да?

Элис нервно сглотнула. Женщина хмуро смотрела на нее в упор.

– Извините меня, – промямлила Элис. – Просто мне сказали, люди не будут брать у меня книги, если я буду говорить слишком по-английски. Я только… – Ее голос дрогнул и оборвался.

– Значит, вы пытались говорить, как местная? – Женщина, слегка набычившись, вопросительно уставилась на Элис.

– Понимаю. Похоже, это звучит довольно… Я… – Элис закрыла глаза и внутренне застонала.

Женщина фыркнула и рассмеялась. Элис мгновенно открыла глаза. Женщина, согнувшись пополам, снова рассмеялась:

– Выходит, ты пыталась говорить, как местная? Гарретт, ты это слышишь?

– Я слышал, – раздался мужской голос, тотчас же утонувший в приступе кашля.

Миссис Блай схватилась за бока и вытерла выступившие от смеха слезы. Дети, не сводившие с матери глаз, дружно захихикали. Правда, судя по их озадаченным рожицам, они пока сами толком не понимали, над чем смеются.

– Ой, не могу! Боже мой, мисс, давно я так не смеялась! Заходите, не стесняйтесь. Я взяла бы у вас книги, даже если бы вы были с другого конца света. Меня зовут Кэтлин. Ну, входите же. Воды хотите? На улице такая жарища, что даже змеи в норах поджариваются.

Привязав Спирит к ближайшему дереву, Элис вытащила из сумки подборку книг. Она прошла за Кэтлин в хижину, по дороге заметив, что в окнах нет стекол, а только деревянные ставни, и рассеянно подумав, каково же им тут зимой. Постояла на пороге, чтобы глаза адаптировались к темноте и можно было разглядеть обстановку дома. Хижина была разделена на две комнаты. Стены первой из них обклеены газетами, в дальнем конце – дровяная печь, рядом с ней сложены поленья. Над печкой виднелись связанные веревкой свечи, на стене висело большое охотничье ружье. В углу стояли стол и четыре стула, рядом со столом в деревянном ящике лежал младенец. Младенец истошно орал, размахивая крошечными кулачками. Кэтлин наклонилась, с утомленным видом взяла ребенка на руки, и тот сразу успокоился.

И только тогда Элис заметила молодого и красивого мужчину, лежавшего под лоскутным покрывалом на кровати в углу. Однако лицо мужчины покрывала восковая бледность хронического больного. Несмотря на открытые окна, воздух в комнате был затхлым и неподвижным. Каждые тридцать секунд мужчина заходился в надрывном кашле.

– Доброе утро, – поймав на себе взгляд мужчины, сказала Элис.

– Доброе. – Голос мужчины был слабым и хриплым. – Простите, что не могу сейчас встать…

Элис покачала головой, словно желая сказать, что все нормально.

– А у вас, случайно, нет номера журнала «Вуманс хоум компаньон»? – спросила Кэтлин. – Этот ребенок просто дьявол! Его невозможно успокоить. Может, там найдутся какие-нибудь советы? Я хорошо умею читать. Правда, Гарретт? Мисс О’Хара уже привозила мне эти журналы. И у них там советы на все случаи жизни. Думаю, у него зубки режутся, но он даже не пытается хоть что-то грызть.

Элис, опомнившись, принялась за работу: начала перебирать книги и журналы и в результате выудила два журнала, которые и отдала Кэтлин.

– Может, дети тоже чего-нибудь захотят выбрать?

– А у вас есть книжки с картинками? Поли уже знает алфавит, но вот его сестра только рассматривает картинки. И она их очень любит.

– Ну конечно. – Элис нашла два букваря и вручила их Кэтлин.

Кэтлин улыбнулась, почтительно положила книжки на стол и протянула Элис стакан воды:

– У меня есть кое-какие рецепты. Например, яблочно-медового торта. В свое время его дала мне мама. Если хотите, я с удовольствием перепишу его для вас.

Жители гор, объяснила Элис Марджери, очень гордые. Многие из них стесняются что-то брать, ничего не отдавая взамен.

– С удовольствием, – улыбнулась Элис. – Спасибо большое.

Элис выпила воду и отдала стакан. Она уже собиралась было уходить, посетовав на то, что уже и так задержалась, но случайно перехватила вопросительный взгляд Кэтлин в сторону мужа и невольно задалась вопросом, не упустила ли она чего-то важного. Кэтлин с сияющей улыбкой посмотрела на Элис, но не произнесла ни слова.

Тогда Элис выждала еще секунду. Молчание становилось неловким.

– Что ж, приятно было познакомиться. Увидимся через неделю. Постараюсь подобрать пару статей о младенцах, у которых режутся зубки. Я всегда к вашим услугам. И с удовольствием что-нибудь для вас подыщу. На этой неделе мы получим новые книги и журналы. – Элис собрала оставшиеся книги.

– Тогда до новых встреч.

– Я вам крайне благодарен, – послышался шелестящий шепот со стороны кровати, сменившийся очередным приступом кашля.

После мрака хижины день снаружи казался ослепительно-ярким. Жмурясь от солнечных лучей, Элис, помахав на прощание детям, пошла обратно туда, где была привязана Спирит, и только сейчас поняла, как же высоко она взобралась. Отсюда можно было увидеть едва ли не половину округа. Она застыла, любуясь видом.

– Мисс?

Элис повернулась. К ней бежала Кэтлин Блай. Она остановилась в паре шагов от Элис и на секунду поджала губы, словно не решаясь заговорить.

– Вы что-то хотели?

– Мисс, мой муж, он любит читать, но плохо видит в темноте, и, честно говоря, ему приходится напрягаться из-за антракоза. Не могли бы вы ему немного почитать?

– Почитать ему?

– Это его отвлекает. А мне некогда, потому что на мне весь дом, младенец, да еще и щепы на растопку нужно наколоть. Я бы никогда не стала просить, но Марджери тогда сама предложила это сделать, и, если вы готовы потратить на нас полчаса, прочесть ему главу-другую или еще что… мы оба будем вам крайне признательны. – Теперь, когда у Кэтлин отпала необходимость ради мужа делать хорошую мину при плохой игре, она осунулась буквально на глазах, на ее лице проступили следы усталости и напряжения, глаза подозрительно заблестели. Взяв наконец себя в руки, она вздернула подбородок, словно ей было неловко просить об одолжении. – Конечно, если вам некогда…

Элис положила руку на плечо Кэтлин:

– Почему бы вам не сказать мне, что именно он любит. У меня с собой новая книга рассказов, которая, по-моему, именно то, что нужно. Как думаете?

* * *

Сорок минут спустя Элис уже спускалась с горы. Пока она читала, Гарретт Блай закрыл глаза на двадцатой странице рассказа – волнующей истории о потерпевшем кораблекрушение моряке. Бросив на больного взгляд, Элис обнаружила, что страдальчески сведенные мышцы его лица разгладились, словно Гарретт был сейчас где-то далеко. Элис читала тихим журчащим голосом, и даже убаюканный младенец, кажется, немного затих. А там, снаружи, Кэтлин, похожая на расплывчатое бледное пятно, колола щепу на растопку, что-то приносила, что-то собирала, что-то уносила, попеременно то успокаивая, то распекая детей. К тому времени, как Элис дочитала рассказ, Гаррисон уже спал, дыхание с хриплым бульканьем вырывалось из впалой груди.