Дарующий звезды - Джоджо Мойес

Она сразу увидела его спину. Он сидел на перевернутом ящике, положив шлем между ног, и жевал краюшку хлеба. «Я узнала бы его везде», – подумала Марджери. Его сильную шею, переходящую в широкую спину, эту его манеру при разговоре слегка наклонять голову влево. Рубашка Свена была запачкана сажей, а на спине сидевшей чуть косо жилетки было написано «ПОЖАР».

– Эй!

Обернувшись на звук ее голоса, Свен встал и поднял руки, а его напарники приветствовали Марджери тихими свистками, словно дули на пламя.

– Мардж! Что ты здесь делаешь? – Свен взял ее за руку и под улюлюканье парней отвел за угол.

Она посмотрела на почерневшие ладони Свена:

– Все в порядке?

– На этот раз. – Свен слегка поднял брови и посмотрел на административное здание, и этот взгляд сказал Марджери все, что она хотела знать.

Она пальцем вытерла сажу у него со щеки. Он остановил Марджери и прижал ее руку к губам. У Марджери внутри, как всегда, что-то екнуло, хотя ее лицо оставалось невозмутимым.

– Значит, ты скучала по мне?

– Нет.

– Врунишка!

Они ухмыльнулись друг другу.

– Я ищу Уильяма Кенворта. Мне нужно поговорить с его сестрой.

– Цветного Уильяма? Мардж, его здесь больше нет. Он уволился по инвалидности шесть или девять месяцев назад. – (Марджери была явно ошарашена.) – Мне казалось, я тебе говорил. Рабочий-подрывник перепутал провода, и он как раз был внизу, когда взорвали проход. Кенворту глыбой оторвало ногу.

– Ну и где он сейчас?

– Без понятия. Но если хочешь, я могу выяснить.

* * *

Марджери осталась ждать возле административного здания, а Свен вошел внутрь, чтобы уболтать миссис Пфайффер, любимым словом которой было «нет», но к Свену это не относилось. Свена любили на всех пяти угольных разрезах округа Ли. Помимо широких плеч и крепких кулаков, каждый размером с окорок, он обладал аурой спокойной властности, озорным огоньком в глазах, сразу говорившим мужчинам, что Свен один из них, а женщинам – что он их любит, и отнюдь не платонически. Свен был отличным работником, в случае необходимости даже сердечным, и он общался со всеми с непривычной учтивостью – будь то маленький оборвыш из соседнего поселка или высокое начальство шахты. Марджери могла бесконечно прокручивать в голове список достоинств Свена. Правда, никогда ему об этом не говорила.

Свен спустился с крыльца офисного здания с клочком бумаги в руках:

– Он сейчас живет возле Монарх-Крика, в доме своей покойной матери. Судя по всему, состояние у него не ах. Его подержали первую пару месяцев в местной больнице, ну а потом выписали.

– Спасибо и на этом.

Свен отлично знал, что Марджери не испытывала особого почтения к компании «Хоффман майнинг».

– Ну да ладно. А зачем он тебе так срочно понадобился?

– Хотела найти его сестру. Хотя, если он болен, не знаю, стоит ли его беспокоить. Я слышала, его сестра вроде бы работала в Луисвилле.

– Ой нет! По словам миссис Пфайффер, именно сестра за ним и ухаживает. Поэтому, если ты туда поедешь, у тебя есть все шансы найти и ее тоже.

Забрав у Свена клочок бумаги, Марджери подняла глаза. Его взгляд был устремлен прямо на нее, черты его закопченного лица смягчились.

– Итак, когда я тебя увижу?

– Зависит от того, когда ты перестанешь доставать меня с этим твоим венчанием.

Оглянувшись, Свен всем телом навалился на Марджери, прижав ее к стене:

– Ну ладно. А как тебе такое, Марджери О’Хара? Торжественно клянусь никогда на тебе не жениться!

– И?..

– И я не буду говорить о женитьбе. Не буду тебя улещать. И даже думать об этом не буду.

– Вот так-то лучше.

Свен снова оглянулся и понизил голос, практически прижав губы к уху Марджери, так что она даже слегка увернулась:

– Но я все-таки буду заезжать к тебе, чтобы и дальше совершать грешные вещи с твоим роскошным телом. Если ты мне, конечно, позволишь.

– Насколько грешные? – прошептала Марджери.

– Ох! Очень плохие. Можно сказать, безбожные.

Марджери засунула руку в его комбинезон, ощутив тонкую пленку пота на теплой коже. И на секунду все остановилось – существовали только они двое. Звуки и запахи шахты исчезли, и Марджери лишь чувствовала биение его сердца, пульсацию его кожи и барабанную дробь ее вожделения к нему.

– Свен, Бог любит грешника. – Марджери поцеловала его, слегка укусив за нижнюю губу. – И все-таки не так сильно, как я.

Свен оглушительно расхохотался, и, к немалому удивлению Марджери, когда она шла обратно к своему мулу под улюлюканье спасательной команды, ее щеки были красными как мак.

* * *

День выдался долгим, и к тому времени, как Марджери добралась до маленькой хижины возле Монарх-Крика, и она, и ее мул окончательно выбились из сил. Марджери спешилась, набросив поводья на столб.

– Эй, есть кто-нибудь?

Никто не появился. По левую руку находился ухоженный огород, к стене хижины примыкал небольшой навес, с крыши крыльца свисали две корзины. В отличие от других домов в округе, домик был свежеокрашен, трава скошена, сорняки выполоты. Возле двери стояло красное кресло-качалка, с которого был хорошо виден заливной луг.

– Эй!

За сетчатой дверью показалось женское лицо. Женщина огляделась кругом, словно что-то проверяя, затем отвернулась и принялась разговаривать с кем-то в доме.

– Это вы, мисс Марджери?

– Привет, мисс София. Как поживаешь?

Сетчатая дверь открылась, и женщина, впустив гостью в дом, повернулась к ней лицом. Откинув голову, увенчанную копной заколотых невидимками черных кудрей, женщина внимательно посмотрела на Марджери:

– Так-так-так… Мы не виделись… сколько же… восемь лет?

– Что-то вроде того. Впрочем, ты совсем не изменилась.

– Входи.

Лицо женщины, худое и настороженное, расплылось в милой улыбке, и Марджери тепло улыбнулась в ответ. В свое время она несколько лет помогала отцу доставлять виски на шахту. Это был один из самых прибыльных маршрутов. Фрэнк О’Хара решил, что никто не станет особо присматриваться к папе с дочкой, осуществляющих доставку в шахтерский поселок, и его расчет оказался верным. Но пока Фрэнк О’Хара объезжал дома местных жителей, продавая виски и подкупая охранников, Марджери тихонько пробиралась в блок для цветных, где мисс София одалживала ей книги из семейного маленького собрания литературы.

Марджери не разрешили ходить в школу – об этом позаботился Фрэнк О’Хара. Он не верил, что учение – это свет, как ни умоляла его мать Марджери позволить дочке учиться. Однако мисс София и ее мать, мисс Ада, привили девочке любовь к книгам, которые длинными вечерами уносили ее прочь из темноты и атмосферы насилия ее родного дома. Мисс София и мисс Ада всегда выглядели безупречно: ногти тщательно подпилены, волосы заплетены в косички и уложены с хирургической аккуратностью. Мисс София была всего на год старше Марджери, но для той семья новой подруги была воплощением порядка, свидетельством того, что жизнь может быть устроена иначе: без шума, хаоса и страха, наполнявших существование Марджери.