Стеклянные дети - Елена Ронина

Возможно ли ЭКО в случае, когда в паре нет мужчины?

С точки зрения медицины все можно сделать. Сначала процесс запускается как в обычном цикле ЭКО, а потом, понятное дело, подключаем банк донорской спермы. Частый вопрос со стороны пациентов: насколько безопасно, нет ли риска заболеваний? Абсолютно безопасно! Сегодня донорский материал обследован по современным стандартам качества, в том числе и на инфекции, и по еще более чем двадцати другим параметрам: у него высокий уровень фертильности, с нормальным набором хромосом, и, главное, пройден карантин в шесть месяцев; значит, этой спермой можно оплодотворить яйцеклетки и получить эмбрионы. Если у женщины, которая хочет стать мамой, нет противопоказаний для вынашивания беременности, ей можно перенести эмбрион. Да, все это можно сделать.

Правда, есть одно но! Приказ Минздрава, который регламентирует проведение программы ЭКО (показания и противопоказания). Хотя там четко не прописано, что в подобных ситуациях делать этого нельзя (нет таких противопоказаний – «нетрадиционная ориентация»), да и по закону любая женщина, в браке или нет, имеет право на материнство, но есть пункты, которые можно трактовать по-своему. И, понятное дело, лучше с нашими законами поступать так, чтобы показания к ЭКО были не только законными, но неоспоримыми. Как там у классика? «Справка должна быть бетонная, которую не пробить ничем».

Если говорить начистоту, то все мы знаем, что общество скорее осуждает однополые союзы, чем относится нейтрально. И клинике, которой заведует Кирилл, тоже легче сказать таким парам «нет» и отправить их восвояси. А людям жить. И если им отказать по формальным причинам, то они поймут, что никому не нужны, и могут озлобиться на весь белый свет. Тогда их и без того непростая жизнь может стать еще сложнее. Ясно же, что люди пришли не развлечься! Они думали и обсуждали эту ситуацию! И приняли свое решение, с которым пришли в клинику.

В свое время Кирилл даже написал письмо в Минздрав на имя министра здравоохранения, что бывают такие случаи, когда врачу надо решать не только чисто медицинские вопросы. Отказ в щекотливых ситуациях не должен исходить от лечащего врача. Он тогда высказал определенные предложения, например, что есть необходимость создания комитета по этике, который поможет в выборе решения в неоднозначных ситуациях. Это покажет обществу, что не только врачу важна судьба пациентов, но и обществу в целом, а также государству в лице Министерства здравоохранения. К сожалению, ответа на свое письмо Кольцов так и не получил, хотя по закону ответить должны были в течение 30 дней. И что должен делать в таких случаях доктор? Что говорить пациентам? Ну издайте тогда закон! Мол, «вам не положено!». Запрещено!

Стало быть, нужно брать ответственность на себя. И быть не только врачом, но еще и юристом, и законодательным органом. Но в первую очередь человеком. И Кольцов помогал, и защищал, и обосновывал, и давал официальную путевку в жизнь новому человеку.

Да, конечно же, Кирилл помнил эту пару. Марина, тридцати двух лет (та, что активная и все решает), и Ирина, тридцати пяти лет (та, что кроткая).

Инициативу на себя сразу взяла Марина. Одетая в мужской костюм и галстук, она выглядела нарочито ярко. Чтоб никто не сомневался. Короткая стрижка полностью открывала одутловатое лицо, брюки плохо сидели на не совсем идеальной фигуре. Ну вот, они еще говорить не начали, а Кирилл уже стал напрягаться. И даже не в ориентации было дело, а в том, что Марина вела себя тут как хозяйка. Хозяйка над Ириной. Пришел такой господин с рабом.

Кирилл присмотрелся к Ирине. Симпатичная, волосы роскошные, забранные в хвост, правильные черты лица. Господи. И что только этим бабам надо? Ладно, не его это дело.

Вещала, естественно, Марина слегка охрипшим голосом:

– Доктор, хотим, чтобы вы провели цикл ЭКО с донорской спермой и яйцеклетками сначала от одной, а потом от другой. И Ирина выносит.

При таком нетрадиционном раскладе Кирилл всегда свою речь начинал одинаково:

– Милые дамы! – (Чертыхнулся про себя, ну а как их прикажете называть?!) – По закону, так как каждая из вас не состоит в браке, вы имеете право на оплодотворение собственных яйцеклеток спермой донора при наличии показаний к ЭКО. Это означает, что если вы совершенно здоровы, то по нашему законодательству вам ЭКО никак не показано. А у меня такое впечатление, что вы здоровы!

Да, есть такой закон! И для доктора это так называемая лазейка. Но пациенты сегодня подкованные, прежде чем решиться на этакий шаг, как правило, выясняют, читают, узнают. А уж в этом случае тем более. Марина с гордостью отрапортовала:

– Как раз-таки нет! У нас все в порядке, или «не в порядке», если говорить про противопоказания. У Ирины непроходимы маточные трубы, у меня плохой гормональный фон и длительный период бесплодия.

Какой кошмар. «У них все в порядке». Вдрызг больны. Кирилл всегда удивлялся этой страшной несправедливости. Наверное, это есть только в нашей стране. Пациент вечно заискивает, вечно ему неудобно от того, что он болен, вечно он чувствует себя виноватым. И почему так?! Они пришли к врачу. Он должен им помочь просто по определению. Ему не важно, кто перед ним сидит: враг, мерзавец, убийца. Он как врач должен лечить всех. Конечно, по молодости у него складывались чисто человеческие отношения с пациентками, а потом Кирилл себе просто запретил проникаться человеческими чувствами. Перед ним пациент! Точка.

Как-то, когда он еще был студентом и все равно периодически прибегал к нашатырю, один профессор сказал:

– Это всего лишь операционное поле.

Вот и здесь он должен произвести обследование, сделать все манипуляции, между прочим, более сложные, чем обычно, и добиться результата. И не думать, нравится ему это или нет, одобряет, презирает. Не его собачье дело!

И все-таки перед ним сидели две живые женщины. И он не мог в душе согласиться с такой парой. Как эти две женщины будут воспитывать ребенка? И кто из него вырастет? И вот лично он, Кирилл, сейчас обрекает этого ребенка, еще не родившегося, на такую своеобразную жизнь.

Всегда есть выбор, у каждого человека. Но если человек изначально помещен в определенную среду, то выбор у него сужается, тем более в нашей стране.

Кирилл умел отметать. Отношения есть только одни-единственные. Пациент – врач. Он должен помочь, сделать все возможное. Еще не забывать о букве закона. Важно не нарушить, соблюсти все детали. И тут все в порядке.

Чем этот случай особенный? Нет мужчины. Он хорошо помнил: сначала решили получить яйцеклетки у Ирины, так как ей 35 лет и уже намечалось снижение запаса яйцеклеток по данным УЗИ и гормонов; далее план был таков: оплодотворить спермой донора и перенести ей ее эмбрион. А дальше будет видно. Да, получается – это будет ребенок Ирины, Марина к нему как будто никакого отношения иметь не будет. Ну а как по-другому?

Кирилл честно и доходчиво объяснил план действий. Парочка, видимо, думала, что доктор предложит какой-нибудь другой вариант. Кирилл тогда впервые позволил себе немного позлорадствовать: