Кроме меня, кроме нее - Мария Евсеева

– Корнеев! Что у вас тут происходит?

– Все нормально, Иван Сергеевич. Сквозняк.

А сам думаю: «Молодец, историк! Ты проверяй, заглядывай. Защищай Настю. Мало ли что у этих дегенератов в голове».

Звонок звенит – иду на информатику.

Весь урок только и слышу, как эти упыри ржут и косятся в мою сторону. Совсем страх потеряли. А за пять минут до звонка в двери ломанулись. Приспичило им, видите ли, одновременно.

Пока в столовой с Синицей просидели, на химию по звонку завалились. А эти, видно, уже трепанули по классу про мою записку. Девчонки косятся, хихикают. Пацаны – кто просто с любопытством меня осматривает, кто с балаболами в «переглядушки» играет. Только свистят не о том. Но мне по фиг. Я-то про себя знаю, а кто и что домыслит, – это уже их проблемы.

На физике вообще кранты – Настя меня к доске вызвала.

Архипов с Семеновым в полный голос ржут, рты свои гнилые раскрыли. Настя в полном шоке – не понимает, что за всеобщее веселье. Пытается осадить их немного – помогает, но ненадолго. А я понимаю, что сам виноват отчасти. Надо осмотрительнее быть.

Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, бросаю расписывать решение на полуслове.

– Я не готов, – говорю.

Отпусти уже на место. Закончим этот цирк.

Настя уставилась на меня:

– Ты же так хорошо начал, продолжай. Все верно пишешь.

– А у него так не только с задачей. Везде, Анастасия Владимировна. Начинает и тут же… заканчивает, – давится от смеха Архипов, орет на весь класс.

– А тебе что, мало? Понравилось? – смеюсь в ответ и смотрю на его рожу, которая тут же скукоживается.

Молчит, гад. Закусил? Нечего ответить?

У Насти сегодня рано уроки заканчиваются. Надо бы ее проводить – не знаешь, чего ожидать от этих идиотов. Из окна кабинета информатики увидел, как она вышла из школы, засек семь минут, чтобы успела выйти из поля зрения, – и вдогонку. Синицу, конечно, предупредил, что убегаю.

Погода противная. Дождь и ветер в лицо. Иду, шапку на лоб надвинул, видимости никакой. Только и ищу глазами впереди себя прозрачный зонт, с которым Настя обычно ходит.

Через пару дворов увидел, как за угол дома сворачивает. Одна. Вроде нет никого ни рядом, ни хвостом. Все равно шаг еще прибавил. Зря, наверное, я Архипова с Семеновым переоцениваю. Только трепаться могут. Вот и вся их сущность. Бабья…

Догоняю.

– Давай пакет. Макулатуры сколько, – заглядываю сквозь маленькую щель между ручек.

– Контрольные пошли во всех классах. Конец четверти, – улыбается.

– И у нас будет?

– И у вас. Особенные, что ли? – смеется.

– Мать не звонила?

– Нет.

Идем молча. Уверен: об одном и том же думаем. И вот уже наш дом – серый промокший кирпич – уныло улыбается, как вдруг Настя останавливается резко. Гляжу и лица ее не узнаю – перекосилось, помрачнело.

– Забыла! – говорит взволнованно и чуть ли не бежать обратно собирается.

Боюсь спросить ее, только за руку схватил и дожидаюсь: сейчас что-то страшное скажет.

– Забыла девятый «А» предупредить, что контрольная у них завтра будет.

– Фу-ты, Настя! Я уж думал, что-то серьезное.

– А контрольная, по-твоему, это не серьезно? – Прямо как наша математичка брови вскинула.

– Переживут. Двоечникам все равно, а отличники и без предупреждения напишут.

– А троечники и хорошисты? К двоечникам приравняются?

– Ты же их в соцсети собирала. Вот и сообщи там. Ну что ты, в самом деле, что ли, в школу обратно бежать собралась? Все уже по домам разошлись. Бестолковая суета.

– Ты прав, – вздыхает, но улыбается.

– Никит, а ты с Мариной Шмаковой никаких контактов не имеешь? – Подсаживается ко мне на диван и чашку чая протягивает.

Вылупился на нее и соображаю: уж не увидела ли она мою записку в тетради, когда проверяла? С чего это такие вопросики?

– Нет, – отвечаю, а сам начинаю осознавать и второе значение слова «контакт».

– Ты же говорил когда-то, что Слава Мухин с Ирой Шмаковой встречаются. Может, через них как-то передать Марине, что контрольная у нее завтра. Пусть подготовится. Для нее это очень важно. Тройка в четверти выходит.

– Надо подумать, – отмахиваюсь я, а самого рвать на части начинает, как только имя ее слышу.

– Ты понимаешь, я ей собиралась тут написать, – кивает на ноутбук Настя, – она меня ведь в итоге в друзья добавила. А сейчас смотрю, я в «черном списке»…

– Чем ты ей так насолила? – смеюсь и удивляюсь: с Насти все тащатся, и без лишних слов ясно и понятно. Это ей впору «черный список» заводить для сильно навязчивых. А тут – на тебе…

Какая она все-таки необычная. Марина…

– Да не знаю я. Наоборот. Последнее время стараюсь к доске не вызывать, не напрягать лишний раз. Вижу, как ей тяжело даются и предмет, и «выступления на публику». Лучше лишний раз письменную работу дам, чем устно спрошу.

– Так напиши Иринке. В чем проблемы?

– Точно. А я и не подумала…