Зорро в снегу - Паола Дзаннонер

Луна похожа на огромный софит, освещающий темную гладь леса. Сейчас ясная безоблачная ночь, и небо вокруг белого лунного глаза кажется абсолютно черным. С трудом можно различить яркое пятнышко Венеры, но у Бруно идеальное зрение, и он спрашивает:

– Видишь Пояс Ориона?

– Где? – Лука осматривает небо, задрав голову.

– Справа под луной, трапеция из звезд.

Луке удается разглядеть сияющую точку, но трапецию и Пояс он так и не находит.

– Какое у тебя зрение, Бруно? – шутливо спрашивает он.

– Натренированное, – отрезает тот.

Лука молчит. Ему не верится, что это вопрос тренировок. Бруно похож на свою собаку: Зорро вынюхивает цель издалека, а Бруно видит лучше, чем остальные. Они прекрасно подходят друг другу, иначе связь между ними не поддается объяснению, и ты того и гляди поверишь, что все дело в тренировках, технологиях и инстинктах. Требуется отличный нюх, чтобы взять след, и острый глаз, чтобы отличить яркий молочный свет от тусклого сияния звезд. Пояс Ориона! Лука достает телефон и направляет его на небо: звездная карта показывает трапецию. Теперь он видит ее.

На этот раз Бруно его не критикует. Он с интересом смотрит на экран.

– Неплохо. Где такую скачать?

– Она не будет работать на твоем телефоне.

– У меня не один телефон. У меня есть игрушка, похожая на твою, но на работе она мне не нужна.

– Понятно.

– Возможно, сегодня нам понадобится твоя звездная карта, – сообщает мужчина. На этот раз он выглядит расслабленным и спокойным. Сегодня Лука не просил Бруно взять его на операцию. Бруно сам позвонил мальчику. Пропавший примерно одного с ним возраста, и Лука может оказаться полезным. Парень исчез прошлым вечером, сказав родителям, что собирается на встречу.

– Отец заволновался в шесть утра. До этого времени он думал, что сын вот-вот вернется. Ты знаешь, какие у вас порядки… – поясняет Бруно. Лука чувствует легкое раздражение, но сдерживается: чьи это «ваши»? Они с пропавшим парнем что, родственники? Но спорить нет смысла, Лука знает, о чем говорит Бруно: «ваши» – значит подростковые, словно подростки – это отдельный человеческий подвид. Бруно надеется, что Лука сможет понять поведение парня. Возможно, он сбежал из дома и, пока его ищут среди холмов, уже выходит из поезда во Франции или в Швейцарии. Кто знает, куда ему вздумалось отправиться.

– Он не мог сбежать? Может, у него были проблемы в школе, он не хочет сдавать экзамены… – размышляет Лука.

Бруно серьезно кивает:

– То же самое сказали полицейские, но, похоже, школа здесь ни при чем. Если бы он хотел сбежать, он бы сделал это в понедельник, а не в пятницу вечером.

– Девушка? – предлагает Лука, подумав на секунду о Елене. Такая могла бы похитить беднягу или убедить его сбежать из дома.

– У него нет девушки, – коротко обрезает Бруно.

Бруно и Лука общаются в машине по дороге в Кастель-дель-Пьяно, где пропал парень. Два часа пути по трассе и затем по извилистой сельской дороге. Сначала на небе полыхали алые вспышки заката, затем вышла белая луна, надутая, как мячик, который вот-вот лопнет.

По телефону Бруно всегда говорит быстро и резко. Даже вчера, когда он позвонил Луке, он коротко сказал, что приступает к новой операции: далековато отсюда, но Лука мог бы помочь.

Пришлось потрудиться, чтобы объяснить маме, что в субботу вечером вместо гулянки с друзьями Луке нужно уехать со спасателями из «Альпийской помощи» на поиски пропавшего психа. По мнению мамы, Лука зациклился на кинологическом подразделении из-за посттравматического расстройства, которое возникло после происшествия. По крайней мере, так объяснил врач. Хорошо, что он убедил родителей не беспокоиться по этому поводу. Он сказал, что в целом это позитивная реакция. Но одно дело, когда ты уезжаешь воскресным утром и возвращаешься домой в хорошем настроении, с румянцем и запасом энергии, и совсем другое – когда покидаешь дом в субботу на ночь глядя.