Зорро в снегу - Паола Дзаннонер

– Я знаю, куда идти, – отрезает Мари и затем уточняет: – Я поскользнулась, потому что забыла, что на мне резиновые сапоги.

– Ну да, точно, – соглашается Лука. Наконец он обращает внимание на лай, доносящийся из-за забора.

– Сколько же здесь собак? – удивляется он.

– Десяток.

В дверях низкого здания, словно ожившая статуя, появляется собака с толстыми лапами. Она рьяно виляет хвостом. Морда поднята вверх, уши волочатся по земле. Лука смотрит в самые нежные и обезоруживающие глаза в мире и едва не тает.

– Эй, привет! Как тебя зовут? – спрашивает он. Он садится на корточки рядом с собакой, и та сразу же начинает облизывать ему руку.

Увидев, как Лука гладит собаку, Мари радостно восклицает:

– Ее зовут Молли, она наш талисман.

Лицо девушки сияет нежностью.

– Молли, ты знаешь, что ты очень милая? – Лука начинает гладить счастливую Молли, которая тут же падает на спину лапами вверх.

Мари качает головой. Надо же, Молли тут же сдалась. Хотя разве можно ее винить? Лука – один из тех парней, перед которыми невозможно устоять: теплая искренняя улыбка, приветливое лицо, сияющие глаза, мягкие волосы, которые сразу же хочется потрогать… Хватит, Мари, приказывает себе девушка. Он младше тебя и к тому же оказался здесь по очень важной причине: он хочет забрать щенка, а может, сразу обоих, если тебе удастся уговорить его. Вместо того чтобы флиртовать (это никогда тебе не шло), лучше вспомни, что ты волонтер, который хочет пристроить двух чудесных умных щенков, и веди себя соответствующе.

– Пройдем? – спрашивает она сухим, практически армейским тоном.

– Конечно, – отвечает Лука и бросает на Мари взгляд, от которого у нее по телу почему-то бегут мурашки. Это случайный невинный взгляд, потому что Лука не пытается произвести впечатление или соблазнить девушку. Этот взгляд наполнен удовольствием от игры с Молли, которой, похоже, удалось обнажить чуткость Луки.

Мари с трудом проглатывает комок в горле.

– Ну вот, – объявляет она, открыв дверь в офис. Паппи уже на пороге, нетерпеливо виляет хвостом. Его голубые глаза смотрят на Луку, нос дрожит. Он начинает лаять. К гостям выбегает Куки. Она похожа на серый мячик с толстенькими лапками и круглым животиком, который почти касается земли.

– Какие чудесные! – восклицает Лука. Мари чувствует, как улыбка расплывается до ушей.

– Да, они и правда чудесные. Я горжусь ими.

– Это ты их вырастила? – восхищается Лука.

– Да, кто-то нашел коробку с щенками и принес в приют. Два месяца назад.

– Это он, да? – Лука показывает на Паппи, который словно прислушивается к их разговору и изредка комментирует его лаем. – Smells Like Teen Spirit…

Мари кивает:

– Да! Это просто шутка.

– Я так не думаю, – Лука наклоняется, чтобы погладить щенка. Тем временем Куки подбегает к нему за своей порцией ласки. Лука садится на пол и скрещивает ноги по-турецки. – Я посчитал, что это знак.

– Конечно, понимаю, – растерянно отвечает Мари. На самом деле она не понимает, о каком знаке он говорит, и не уверена, что хочет это знать. Вдруг этот красивый парень окажется психом, одним из тех, кто верит в вампиров или состоит в секте.

– Эта песня сводит меня с ума, – признается Лука.

– Да, я выбрала ее, потому что у этих щенков удивительный нюх. Посмотри, как он тебя обнюхивает.

Лука резко оборачивается и смотрит на Мари. И снова этот обнаженный и свободный взгляд, который проникает девушке в душу и заставляет ее дрожать.

– Правда? Я так и знал. Это именно то, что я искал, – собаку с особым обонянием. Я просматривал сайты заводчиков. Но затем нашел твое объявление. Эта песня… Дальше все произошло очень быстро…

В это время Лука берет Паппи и Куки и начинает их гладить. Руки у него большие и сильные, и, похоже, собаки их уже обожают. Оба щенка закрыли глаза и полностью отдались ласке. Этот парень умеет обнимать и любить, он делает это интуитивно, думает Мари. Ей приходится отвернуться, чтобы скрыть свои чувства, скрыть тепло, которое разгорается в груди. Она никогда не испытывала к парням ничего подобного.

Хватит, Мари, что на тебя нашло? – упрекает себя девушка. Похожие чувства она испытывала в детстве, когда смотрела фильмы с прекрасными и романтичными героями, которые говорили друг другу правильные и благородные слова. В реальной жизни ни одному из ее парней не удалось задеть ее душевных струн, по крайней мере так, как это случилось сейчас. Когда эти струны приходят в движение, их звуки сливаются в соло контрабаса. Мари часто слушала его в детстве, вместе с родителями.

– Понятно, – с трудом выговаривает девушка, хотя на самом деле ничего не понимает.

– Они оба чудесные, но я должен взять мальчика, – сообщает Лука.

Внезапно игра контрабаса в голове Мари затихает.

– Почему «должен»? – спрашивает она резко и враждебно. Ее вопрос похож на выстрел. Лука смотрит на нее с интересом и уверенно улыбается. Улыбка – его средство самообороны.

– Потому что он будет выполнять мужскую работу.

Мари приходит в себя. Она делает глубокий вдох, чтобы успокоиться. Она насмешливо смотрит на Луку и недоверчиво улыбается:

– В каком смысле «мужскую работу»?

Лука прикусывает язык: что ей сказать, как объяснить? Такие девушки чувствуют себя главными. Мари похожа на его родителей, которые думают, что знают все, а на самом деле видят не дальше собственного носа. К тому же Мари притворяется опытной, хотя она старше него всего на год. Когда Лука смотрел ее страницу в «Фейсбуке», ему и правда показалось, что она очень взрослая. Теперь же он видит перед собой молодую девушку, которую можно было бы назвать симпатичной, если бы не этот безразмерный растянутый свитер, полностью скрывающий фигуру. С какого пугала она его сняла? И ее поведение… Понимаешь, крошка, ты студентка и, скорее всего, учишься на первом курсе. Ты всего лишь первокурсница, спустись на землю. Лука сдерживается и улыбается отстраненной, ледяной улыбкой. Вместо того чтобы рассказать о своих планах, о том, чем он живет, какие прекрасные и важные поступки он мог бы совершить вместе со своей собакой, он ограничивается одной фразой:

– Для собак не существует мужской или женской работы. Но с мальчиком мне будет проще.

– Ты не готов к девочкам? – внезапно вырывается у Мари. Она тут же жалеет о сказанном. Она что, с ума сошла? Этот парень, сидящий на полу, спокойный, словно Будда, и ни о чем не подозревающий, оказывает на нее странное влияние. Она чувствует волны мурашек и острое раздражение.

Лука смеется, запрокинув голову. Облако светло-русых волос падает со лба на шею. Паппи лижет ему подбородок. Мари представляет себя на месте щенка – вот она целует Луку в подбородок и губы, – и от волнения у нее сводит живот. О боже, она точно потеряла голову.