Зайка - Мона Авад

Так что и сегодняшнее занятие она ни за что не пропустит.

Но, когда я прихожу в студию, Авы там нет. Ни в группке учеников, окруживших преподавателей, которые показывают, какие движения мы будем сегодня разучивать. Ни в курилке на скамейке на улице. Ни в одном из темных углов, где она, бывает, подпирает стены, мрачно размышляя о том, какой конец ждет это дурное общество.

* * *

Преподаватели включают музыку. Занятие вот-вот начнется, так что я просто разворачиваюсь и направляюсь к выходу. Авы здесь нет, да и все равно я не смотрела, какие там па мы должны разучить. Но в последний момент какой-то ботаник с инженерного, стоящий справа, поворачивается ко мне с неловкой ухмылкой. Я ведь слева, так? Так. Значит – его партнерша на сегодня.

Что тут скажешь, партнерша из меня просто ужасная. Я совершенно не попадаю в такт и следовать за ним у меня не получается. Вот в чем недостаток танцев только с Авой. Мы с ней даже за преподавателями особо не следим во время занятий, просто закрываем глаза и плывем по течению, наслаждаемся музыкой. Я с размаху наступаю ему на ногу. Он не злится и вежливо все терпит, но ему явно не по себе от моей неуклюжести. Я бормочу извинения, но сама без конца верчу головой по сторонам. Где же она? Почему не пришла?

И тут я вдруг вижу ее! Она стоит в стороне от танцующих и совсем на меня не смотрит. Делает вид, что сосредоточенно изучает сегодняшние па и пристально следит за ногами учеников. Я пытаюсь поймать ее взгляд, но не тут-то было. А когда, наконец, замечаю, как она вроде бы смотрит в мою сторону, тут же приветливо улыбаюсь. Но нет. Она смотрит мимо, как будто сквозь меня. К ней подходит какой-то парень и приглашает на танец. Она соглашается.

– Эй! – окликает меня мой партнер и тут же вскрикивает: – Ой!

– Простите.

* * *

Во время перерыва она торопливо выходит из зала. Я выбегаю вслед за ней на темную улицу. Ава! Сначала меня охватывает темнота, но потом глаза привыкают, и я вижу ее в клубах сигаретного дыма под вывеской «Дворец Танго».

Я подбегаю к ней.

– Ава!!!

– Привет, – говорит она и улыбается как ни в чем не бывало.

Словно не она игнорировала меня последние две недели. Словно в том, что мы впервые за много месяцев пришли сюда по отдельности нет ничего странного. Просто «Привет. Че-как?». Мне так и хочется наброситься на нее с обвинениями и прокричать: «Да какого черта? Где ты была? Почему ты исчезла и не отвечала на звонки?» Но она смотрит на меня таким простым и открытым взглядом, что мне удается выдавить из себя лишь:

– Привет. Как у тебя дела?

Она пожимает плечами.

– Нормально. Ну знаешь, как всегда, копаюсь в мертвых жуках и дохлых книгах. А у тебя?

Я смотрю на ее лицо, скрытое сетчатой вуалью. Она злится на меня? Не могу понять, в темноте трудно разглядеть его выражение. Я пожимаю плечами и улыбаюсь, но чувствую, как у меня подрагивают губы.

– Все в порядке. Куча нервов. Учеба бесит, и все такое.

Она кивает, глядя на луну, которую едва ли смогла бы взбесить такая тупость, как учеба. А мне так хочется, чтобы она смотрела на меня.

– Я скучала по тебе, – с чувством говорю я, даже немного слишком. – Я писала тебе. Думала, ты уехала из города, или еще что.

– Да нет, я все еще здесь. Хотя, признаюсь, ненадолго моталась с Диего в Париж. Он подарил мне это пальто.

– Очень красивое, – говорю я, даже не глядя на пальто, хотя и понимаю, что это так, оно красивое, очень красивое, и раньше я его на ней не видела.

Наверняка очередной трофей из уорреновской мусорки, но нет, вряд ли, выглядит слишком новым. А еще у него меховой воротничок.

– Это настоящий мех?

– Заячий, – она выдыхает дым через нос, как дракон. – Диего своими руками его ободрал. И не смотри на меня такими глазами, Хмурая. В Европе все это умеют. Этот зайка прожил отличную жизнь, прежде чем Диего его подстрелил. Повидал немало изумрудных лужаек в Булонском лесу или черт его знает где.

Она улыбается, глядя на меня сияющими глазами.

– Кстати, а как прошли твои посиделки для озабоченных?

– Нормально.

– Круто.

– То есть… это было невероятно тупо, – исправляюсь я. – Не думаю, что когда-нибудь пойду туда еще раз. Точнее, уверена, что никогда больше не пойду.

– Тебе никто не запрещает веселиться без меня, знаешь ли, – говорит она, глядя на меня.

– Я знаю. Но весело мне не было, от слова «совсем». Честно.

Она сверлит и сверлит меня взглядом, пока я не отвожу глаза.

Пауза.

Когда же я снова поднимаю глаза, Ава смотрит на луну с такой спокойной безмятежной улыбкой, точно она – ее лучшая подруга, жутко крутая и интересная, которая никогда и ни за что не бросит ее ради тупых куриц. Мне с ней не сравниться. Не стоит даже пытаться.

– Мне правда очень не хватало тебя всю неделю. Я подумала, что ты злишься на меня.

– С чего бы мне злиться?

– Не знаю.

– Из-за того, что ты пошла на этот тупой девичник?

Когда она произносит это вслух, звучит это невероятно тупо.

– Нет. Я не знаю. Может быть.

Она смеется и качает головой.

– Не будь дурой, – она снова смотрит на луну. – В отличие от твоих новых подружек, я – взрослая женщина.

– Я знаю.

– У меня и своих дел по горло, – она смотрит на дорогу так, словно ждет, что вот-вот к нам подъедет такси и увезет ее отсюда.

Но улица темна и пустынна, если не считать нескольких испуганных студенток, быстро-быстро идущих куда-то, прижавшись друг к другу и опустив головы с гладкими прическами. Логотипы дорогих брендов на их сумочках ритмично отблескивают в темноте.

Из помещения снова начинают доноситься звуки танго.

– Нам пора возвращаться, – говорит Ава и первая делает шаг в сторону двери.

– Прости, что я пошла туда, – я резко преграждаю ей путь. – Я с куда большим удовольствием провела бы это время с тобой.

Это правда. Это настолько правда, что мне совестно даже смотреть на Аву.

– Не пойму, ты хочешь, чтобы я на тебя злилась? В этом все дело?

– Нет, – говорю я.

– Потому что я и правда злюсь на тебя, Саманта. Как ты посмела?

– Ава.

– Почему, ну почему же ты покинула меня на целых три часа?

– Перестань.

– Ты понимаешь, что я чуть не умерла? Хотя, ты знаешь, умерла, – тут она поворачивается ко мне. – Умерла!

– Ава, не нужно.

– О да, еще как умерла. Ты говоришь с моим призраком, Саманта. А знаешь, почему я умерла? Мне разбили сердце. И я истекла горем и скорбью. Хотя, нет, я задохнулась. И все из-за тебя. А на моем надгробном камне высечено: «Подруга, которую покинули на целый вечер». Я решила не звать тебя на похороны, потому что понимала – тебе глубоко наплевать.