Возвращение во Флоренцию - Джудит Леннокс

Майло нуждался в эмоциональном подъеме, но не собирался менять свою жизнь. Он понимал, что для работы ему нужен спокойный, прочный тыл. Новая книга зашла в тупик, и его преследовало неприятно чувство, что увлечение поэзией могло быть ошибкой. Он знал, что влюбился в Тессу сильней, чем в Аннетт Лайл и всех остальных, кто были до нее, однако впервые поставил под вопрос свои чувства к ней. Майло не знал, что делать; он утратил контроль над ситуацией. Должен ли он сказать правду Ребекке? От одной мысли все сжалось у него внутри. Это было бы так жестоко по отношению к ней; к тому же зачем говорить жене, если Тесса все равно решительно против брака?

«Какая неразбериха, — думал он, пока поезд въезжал на вокзал Оксфорда, — какая жуткая, чертовская неразбериха». Ему хотелось скорее оказаться в тепле и покое под крышей Милл-Хауса, налить себе виски, закрыться в кабинете и погрузиться в работу. Сидя за рулем машины, под дождем, он продумывал свою воображаемую беседу с Роджером. Роджер уточнял детали, как обычно… важно правильно выбрать шрифт… да, и что они ели (консоме, палтуса, омлет с ветчиной)…

Ребекка спустилась в холл, когда он снимал плащ.

— Как прошел ланч, Майло?

— Хорошо, — ответил он.

— А как Роджер?

— В порядке.

Встревоженный ее тоном, Майло посмотрел на жену. Она стояла на нижней ступеньке лестницы. Кровь отхлынула у нее от лица, и кожа казалась бледной, как сырое тесто.

— Вообще-то, — сказала она, — Роджер в Эдинбурге.

— Что? — Он уставился на нее. Перед его глазами все еще стояла картина их выдуманного ланча.

— Роджер в Эдинбурге. Мне сказала мисс Гаскин — я ей звонила.

«Господи боже!»

— Ты звонила моему издателю?

— Да. — Она закусила губу.

— Ты проверяла меня? — Майло понимал, что не имеет права злиться, но все равно был в ярости.

Ребекка шагнула ему навстречу; он инстинктивно попятился.

— Где ты был? Куда ты ездил? Ты был в Оксфорде?

Вопросы пронзали воздух, словно пули.

— Наверное, вы с Грейс Кинг совершили небольшую познавательную экскурсию. Вот зачем тебе понадобилась машина, Майло?

«Грейс Кинг?» Он недоуменно произнес:

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Лжец! — Голос ее сорвался. — Я знаю, что ты встречаешься с ней!

Кто бы мог подумать: Ребекка решила, что у него роман с этой скучной, похожей на кролика Грейс Кинг!

— Ради бога! — раздраженно воскликнул он, врываясь в гостиную. — Я не в силах еще раз пройти через это!

Усталый, с раскалывающейся головой, он распахнул дверцу буфета. Она закричала:

— Ты не в силах?! Ты?! А как насчет меня? Как, по-твоему, я себя чувствую?

Вытаскивая пробку из графина с виски, он отчаянно старался собраться с мыслями. Похоже, Ребекка, сама того не желая, подсказала ему путь к спасению. Одновременно с досадой оттого, что она могла заподозрить его в столь нелепой связи, он испытывал облегчение: ему будет гораздо легче сказать ей правду — по крайней мере, часть правды.

— К твоему сведению, — сказал Майло, поворачиваясь к ней, — я не видел Грейс Кинг уже несколько недель.

— Я тебе не верю! — выкрикнула она.

— Это твое дело.

— Я видела вас на вечеринке, Майло. — Ребекка заговорила тихим, свистящим шепотом. — Видела тебя с ней.

Он попытался припомнить, когда это было.

— Я разговаривал с мисс Кинг, — ответил он. — Конечно, мне пришлось с ней поговорить. Она же была одной из гостей.

— Я видела вас! — Голос ее сорвался, и Майло поморщился, словно от боли. — Ты трогал ее! Прикасался к ней!

Неужели и правда? Он ничего такого не помнил. Майло отпил глоток виски. Он чувствовал себя виноватым и разозленным одновременно.

Майло сел в кресло.

— Мать мисс Кинг умирает от рака, — холодно заговорил он. — Она рассказала мне об этом несколько месяцев назад. Я старался относиться к ней по-доброму. Был ее жилеткой, в которую можно поплакать, утешал.

О да, Грейс Кинг была до ужаса слезлива. В «Игл энд Чайлд» она пролила не меньше ведра слез.

— Ты мне лжешь! — Ребекка крепко сжала губы; ее глаза сверкали от ненависти.

Майло подумал, что на нее такую очень неприятно смотреть.

— Не говори глупостей, Ребекка, этой девушке всего девятнадцать лет. Ей и в голову не пришло бы рассматривать меня в качестве любовника.

«Лицемерный ублюдок». Тесса ведь всего на несколько лет старше мисс Кинг. Однако Тесса выглядит старше своего возраста. Тесса Николсон — он это чувствовал — перестала быть ребенком давным-давно.

— Аннетт Лайл было двадцать три, — отрезала Ребекка.

— Только не сейчас, — резко оборвал ее он. — Дай мне передышку, Ребекка, прошу!

— Ты меня предал! — Ее лицо было злым, уродливым. — Как ты можешь говорить об этом вот так… словно это была просто небольшая бестактность? Ты разбил мое сердце, разве ты не понимаешь?

— И что, тебе станет легче, если все повторится еще раз? Да или нет?

Ребекка сжала пальцы в замок.

— Я не об этом говорю! — выкрикнула она.

— Я уже просил у тебя прощения. Я думал, это осталось в прошлом. Я думал, — он наклонился вперед, глядя ей прямо в глаза, — что мы научились доверять друг другу.

Ребекка всхлипнула и закрыла лицо ладонями.

— Как я могу доверять тебе, когда ты лжешь мне на каждом шагу! — Ее голос звучал глухо: звук заглушали руки, закрывавшие лицо.

По ее тону он понял, что она начинает сомневаться.

— Давай рассуждать логически, — сказал он. — Ты говоришь, что видела, как я утешал мисс Кинг на вечеринке. Отец Грейс умер, когда она была еще ребенком. Думаю, во мне она видит отца. Я уже говорил, что ее мать умирает, поэтому ей сейчас приходится нелегко. Разве, по-твоему, она не заслуживает капли простой человеческой доброты?

Умирающая мать, рак — он бил наверняка. Что было бы, скажи он жене правду? Сейчас был самый подходящий момент ринуться на амбразуру, покончить с этим раз и навсегда. Что если взять и сказать: «У меня роман не с Грейс Кинг, я люблю другую женщину, и она ждет от меня ребенка?» Не будет ли это правильнее, честнее?

Однако тут Ребекка прошептала:

— Я не знаю. Я не знаю, что мне думать. — И момент был упущен.

— Мисс Кинг сейчас даже не в Оксфорде, — продолжил Майло, торопясь закрепить успех. — Она не пришла на мою последнюю лекцию. Одна из ее подруг сказала мне, что миссис Кинг при смерти, поэтому Грейс пришлось уехать домой.