Одолеть темноту - Ирэн Роздобудько

Ох, зачем, зачем она сюда пришла?

Дмитрий сразу почувствовал ее настроение и отказался заказывать «горячее».

– Мы скоро должны уходить… – сказал он.

– Хорошо, главное мы увидели, – сказал Александр и добавил, глядя на Марту: – Очаровательная женщина! Когда я вижу таких женщин, мне хочется, чтобы они жили только во дворцах, а не ходили по нашим бандитским улицам. Держитесь за этого болвана, – потрепал он по плечу Дмитрия. – Он надежный.

– Я знаю… – с гордостью сказала Марта.

– «Надежный»… – пробормотал Никита, наливая себе уже четвертую рюмку. – Будем надеяться…

– Оставь! – прервал его Александр. – Все будет хорошо, правда? – снова обратился он к Марте, и она уверенно кивнула:

– Конечно.

– «Конечно»… – эхом отозвался Никита.

Марта разозлилась: он, наверное, издевался.

Она вздохнула с облегчением, когда подошел официант со второй сменой блюд, и это позволило Дмитрию подняться. Он протянул руку Марте:

– Нам пора…

– О’кей! – кивнул Александр.

– В твоем распоряжении неделя, – буркнул Никита и, обращаясь к Марте, поклонился с деланой вежливостью: – Извините, дорогая, дела не терпят!

Когда они возвращались, Марта уже не чувствовала себя герцогиней. Наоборот – она чувствовала себя дурой, испортившей мужчинам беседу, к которой она не имела никакого отношения.

– Они мне не понравились, – сказала она Дмитрию. – Они вели себя с тобой как-то… свысока.

Он тяжело вздохнул:

– Пока что иначе быть не может: я им должен…

– За что? Много? – заволновалась Марта. – Может, я чем-то помогу?

– Не переживай, родная, – снова вздохнул он. – Я скоро все улажу. И… – нежно обнял он ее, – разумеется, без твоей помощи не обойдется!

Он улыбнулся и коснулся пальцем кончика ее носа, будто она была маленькой девочкой.

В такси Марта нежно потерлась щекой о его плечо и прошептала:

– Я дура… Я многого не понимаю – всегда все говори мне прямо. Я бы ни за что туда не пошла. Извини…

– Все нормально, – сказал он, заводя руку за ее талию. – Ты просто увидела, что в этой стороне моей жизни нет ничего интересного. А ты – мое все…

* * *

…Она лежала на спине и смотрела на потолок, на синие тени, отражавшиеся на нем. Это были тени деревьев, обступивших окно. От ветра, который поднялся на улице, деревья раскачивались, а их тени на стене сплетались в узоры. Шорох, доносившийся через открытую форточку, напоминал шелест волн.

Рядом тихо дышал Дмитрий.

Марте казалось, что они лежат в лодке посреди моря – одни в целом мире. А волны несут их к золотому берегу, к другой жизни, в которой не будет места рутине, отчаянию и неосуществленным мечтам.

Она теперь редко могла заснуть сразу – думала, думала, удивляясь тому, как изменилась ее жизнь. Всего за две недели она превратилась в сказку – ту, о которой мечтала в детстве по ночам, прислушиваясь, как ожесточенно ругаются родители, как плачет мать и проклинает не только отца, а вместе с ним и всю семью, которая «выпила из нее все соки».

Возможно, из-за того, что хотела быстрее уйти из дома, она и выскочила замуж так рано. Собственно, думала Марта, с ее стороны это был шаг к свободе и самостоятельности, которые впоследствии превратились в обычную зависимость: привыкла подчиняться, привыкла действовать так же, как и мать, – каждый вечер стоять у плиты или сгибаться над стиркой (Андрей категорически отказывался копить на стиральную машину, ведь хотел купить автомобиль) и однажды поймала себя на той же мысли – все это выпивает из нее все соки. И ужас заключался не в самой мысли, а в том, что ее жизнь идет по тому же кругу.

Специальность, которую Марта получила в техникуме легкой промышленности, не привлекала ее, ведь стать модельером так и не удалось, а работа мелкого клерка на швейной фабрике казалась ей тупиком, еще более глухим, чем ежевечернее стояние у плиты. Беда заключалась еще и в том, что Марта точно знала: где-то должна быть другая жизнь, другие люди и другие разговоры, а не те, что она слышала в кругу своих сотрудниц. Но для того чтобы найти ее, эту жизнь, ту отправную точку, с которой она должна начаться, нужно сначала изменить то, что есть. Изменить круто и смело. Но этой смелости хватило только на развод и автомобильные курсы, на которые она пошла ради этих перемен.

Марта вспоминала, как, собираясь на работу или на эти курсы, она смотрела на себя в зеркало и с сожалением думала о том, что она – такая молодая, красивая, стройная и, как уверяли подруги, сексапильная – до сих пор остается одна. И никто ее не интересует. А зависимость от привычного быта въелась так, что ее нужно вытаскать клещами!

И вот эта история с телефоном круто изменила ее жизнь, дала ту отправную точку, которую она искала. Удивительно и жутковато: неужели все зависит от случая, от стечения обстоятельств, от какой-то мизерной мелочи, мимо которой можно запросто пройти. И никогда не узнать, что эта мелочь и была твоей «отправной точкой» для большого плавания.

От этой мысли Марта вздрогнула.

Синие тени на потолке раскачивались – лодка отчалила и плыла все дальше в море, оставляя позади все сомнения. А она все же нашла в себе силы и разум откликнуться на звоночек судьбы!

Она с теплотой взглянула на мужчину, который спал рядом. С ним не будет бытовой возни – это точно. От всего, что он делал или говорил, веяло уверенностью и новизной, к которым Марта не привыкла, но привыкнет обязательно, ведь она создана именно для такой жизни, которая проходит в странствиях, увлечениях, мыслях о высоком в любви.

Дмитрий оказался знатоком многих неизвестных или непонятных для нее вещей, или таких, о каких она порой размышляла сама, но не могла найти для их выражения нужных слов.

Марта с удовольствием прокручивала в памяти сегодняшний разговор после их возвращения к ней в квартиру. Вспоминая этот неудачный ужин в ресторане, Дмитрий пространно и остроумно говорил о добре и зле – так, как Марте и в голову не пришло бы, ведь она привыкла пользоваться постулатами, которые вдалбливали в голову со школы. Хотя бы о том, что «добро всегда побеждает зло».

Собственно, с этого и начался разговор, когда она непринужденно произнесла эту фразу относительно сегодняшней встречи. А Дмитрий страстно и аргументированно возразил этому постулату. И сделал это так тонко и мудро, что она пришла в восторг от нового открытия этой, с одной стороны, правильной, а с другой – противоречивой аксиомы.

– Бог создал мир гармоничным, – сказал Дмитрий. – Все в нем должно быть уравновешенным. По закону сообщающихся сосудов. Понимаешь? Поэтому никогда одна чаша весов не должна перевешивать другую – все должно быть на одном уровне! В мире столько же любви, сколько ненависти, столько же боли, сколько и счастья, столько же слез, сколько и смеха. Зло никогда не перевесит добро, и обратного тоже не произойдет. Представляешь, во что превратится это добро, если оно возьмет верх? За добро, которое ты несешь людям, они могут распять. А так – все сбалансировано. Если кто-то добавляет в чашу зла хотя каплю – в это же время в каком-то другом месте, возможно, на другом конце Земли, кто-то так же кладет перышко благодати на противоположную чашу. И снова все уравновешивается. Проблема лишь в том, что в этот момент временного дисбаланса и совершаются неправедные поступки. Но в другой момент, когда перышко добра ложится на весы – пишутся поэмы, слагаются стихи, приходит озарение ученым и художникам, рождаются гении и… встречаются те, кому суждено встретиться.