Последний подарок - Майкл Бирн

03 дня 11 часов 43 минуты

Двое полицейских, охранявших северный выход, находились здесь на посту с раннего утра – с тех пор, как грузовик привез ограждения. А теперь приближался полдень, солнце палило сквозь облака, и они в своих бронежилетах изнывали от жары.

– Придется вам подождать немного, – предупредил один из полицейских парочку, стоявшую во главе очереди желающих присоединиться к демонстрации. Пропускная система была, как в переполненном ночном клубе: один выходит, один входит. К тому же полицейские останавливали всех входящих, проверяя сумки на наличие взрывных устройств, острых предметов и прочих запрещенных вещей.

– Люк, ты не против, если мы с тобой войдем по отдельности? – спросила девушка своего парня. – Только ведь началось, тебе долго ждать не придется.

Тот неопределенно пожал плечами, выражая некоторое несогласие, потому что они стали встречаться совсем недавно – но он не хотел вступать с ней в спор перед полицейскими.

– Что вы нас тут заперли, как в клетке? – обратился парень к стражу порядка, чтобы не отвечать на вопрос своей подружки. – Тоже мне зоопарк устроили.

– Статья 60. Закон об уголовной юстиции и охране общественного порядка. Ваше здоровье, наша безопасность, – напевно произнес полицейский: эту шутку он повторял все утро.

Люк огляделся. За ними выстраивалась большая очередь из тех, кто тоже стремился сказать свое «нет» войне, шедшей в другой части света. По другую сторону ограждения тянулась очередь поменьше – из тех, кто пытался выбраться с площади. Первой стояла девочка-подросток. В лице ее читалась озадаченность, словно она не могла решить, уходить или нет. На взгляд Люка, одета она была не для акции протеста – босая, в шортах и футболке с надписью «Трансформеры»; наряд скорее для разгульной вечеринки, подумал он. Еще и ремень какой-то нацепила на талию. Он неодобрительно посмотрел на девочку: демонстрация в защиту мира – серьезное мероприятие.

– Слушай, Бекки, давай уйдем отсюда, ладно? А то еще потеряемся. Мы можем подойти позже. Да и оттуда все прекрасно видно. – Люк показал в сторону Сент-Джеймсского парка.

Они вышли из очереди, уступая свое место стоявшему за ними мужчине. У того сумок с собой не было, но полицейский все равно его остановил.

– Минуточку, сэр. Пусть сначала выйдет эта юная леди… – Он кивнул на девочку-подростка. Ее длинные, до плеч, и на вид как будто мокрые волосы были стянуты на затылке в хвостик парочкой резинок – таких, какие на почте регулярно выбрасывают.

– Смотрите под ноги, мисс, – посоветовал ей полицейский, заметив, что она без обуви. – Тут всюду битое стекло.

А потом улыбнулся, потому что у него самого была дочь на несколько лет моложе, чем эта девочка. На вид он дал ей лет шестнадцать-семнадцать. Хотя, возможно, он и ошибался: современные девушки слишком злоупотребляли косметикой. Он надеялся, что его собственная дочь не будет так ярко красить губы, когда достигнет возраста этой девочки.

Он взмахнул рукой, пропуская ее с площади, но только она сделала шаг, второй полицейский поднял ладонь.

– Минутку, красавица. Не возражаешь, если мы тебя сфотографируем?

Девушка оробела.

– Ты можешь отказаться, – вмешалась Бекки, все еще стоявшая поблизости. – Законом это не запрещено.

Но девушка лишь кротко кивнула, и третий полицейский начал ее снимать.

– Голову подними, пожалуйста… чуть выше… еще… Умница. Как тебя зовут?

– Джеки… Джеки Брэдли.

– Чудесное имя, – сказал полицейский – он всем девушкам так говорил. На площадь прошел следующий.