Икона и человек - Евгений Ройзман

Коварный Галицкий князь Дмитрий Шемяка хотел стать Великим князем. Он захватил своего двоюродного брата Василия Васильевича, когда тот был на богомолье в Троице-Сергиевом монастыре. Выколол глаза, но оставил в живых. Великодушно. Взял клятву, что тот не будет более претендовать на великокняжеский престол, и сослал в Углич, потом, правда, перевел в Вологду. А сам сел княжить в Москве. Василий Васильевич, получивший прозвище Темный (были еще Слепой и Косой), собрав оппозицию, приехал в Кириллов монастырь просить у игумена Трифона аннулировать клятву и благословить на борьбу за великокняжеский престол. Игумен Трифон после долгих сомнений разрешил его от клятвы и благословил. Потом Василий Темный приехал в Ферапонтов монастырь, где встретился с настоятелем Мартинианом. Преподобный Мартиниан успокоил великого князя, благословил, не мешкая, идти на Москву и просто с ним подружился. Великий князь выдвинулся в поход, к нему присоединился могучий Тверской князь. Видя такое развитие событий, сторонники Шемяки быстро рассосались, а сам он поспешно бежал в Новгород, где был отравлен собственным поваром. В общем, умер как засранец. И поделом.

Василий Васильевич вновь воцарился на великокняжеском престоле. Тут же призвал к себе преподобного Мартиниана и сделал его игуменом Троице-Сергиева монастыря.

Вообще, Мартиниан был подвижник и великий труженик. Однажды один ближний боярин Великого князя был им обижен и ушел к Тверскому князю. А Василий Васильевич этого боярина чрезвычайно ценил, почитал своим ближайшим советником и был крайне раздосадован произошедшим. Не зная, что делать, он призвал к себе преподобного Мартиниана и попросил его выступить посредником для возвращения боярина в Москву. Преподобный Мартиниан согласился, но потребовал от князя обещания, что тот не накажет сбежавшего боярина, а, напротив, помирится с ним. А самому боярину во время разговора, видимо, дал свое личное поручительство в этом. И вот, когда боярин вернулся, Василий Васильевич начал его ругать, вошел в обличительный раж, разошелся, начал топать ногами, повелел заковать в цепи и бросил доверчивого боярина в темницу. Преподобный Мартиниан узнал об этом, оскорбился, вскочил на коня и скоро был уже в Москве. Подъехав ко дворцу великого князя, преподобный спешился, бросил поводья в руки подбежавшим и, перекрестившись, поднялся в покои Великого князя, которому уже доложили. И с негодованием преподобный Мартиниан сказал буквально следующее: «Так вот как справедливо ты научился судить, Самодержавный и Великий князь! Почто ты продал грешную душу мою и послал в ад? Почто ты нарушил данное тобой слово и заковал боярина, за которого я поручился душой своей? Да не будет моего благословления на тебе и на твоем княжении!» Сказав это в гневе, развернулся, вышел не попрощавшись, вскочил на коня и только его в Москве и видели.

Василий Васильевич не на шутку разгневался. Призвал к себе бояр и долго ругался на игумена (автор жития считает, что притворно). «Смотрите, бояре, каков этот болотный чернец! Что он сделал со мною? Вдруг пришел ко мне, обличил и лишил Божия благословения». Правильно, кому понравится? Потом успокоился и сказал буквально следующее: «Сам я, братья, виноват пред Богом и пред ним, так как нарушил свое слово. Пойдем же к игумену в монастырь, помолимся вместе Святой Троице и преподобному Сергию, чтобы получить прощение». Тут же опального боярина под белы руки вывели из темницы, обласкали и всяко пожаловали. Великий князь отправился в Троице-Сергиев монастырь, со смирением и раскаянием попросил у преподобного Мартиниана прощения и благословения. Конечно же, видя искреннее раскаяние князя, игумен простил его, в свою очередь сам попросил прощения за резкие слова и благословил. После чего и великий князь, и бояре, и простые люди зауважали преподобного Мартиниана еще больше, потому что увидели в нем бесстрашного поборника правды.

Слава богу, эта история закончилась хорошо!

Интересно посмотреть, как бы это выглядело в наши дни…