Рейс на Катар (сборник) - Николай Мамаев

– «Мраморная ротонда», он так и не успел ее закончить. Так что да – он продолжал работать до последнего.

Повисла неловкая пауза. Оба о чем-то задумались, любуясь в окно закатом.

– Итак, – прервал молчание Нечаев, – мы хотели обсудить с вами кое-какие дела.

– Хотите еще?

– Простите?

– Хотите заказать еще кофе, может быть? – предложил Нежин. – Я сам совсем позабыл для приличия заказать себе что-нибудь из меню. А вот и оно…

– Даже не знаю. Может быть, капучино? Что будете вы?

– Капучино? Да, отлично! Тогда два капучино! – Нежин жестом подозвал официанта: – Два капучино, пожалуйста! Обожаю его! Особенно с корицей!

– Ваше предложение…

– Позвольте, я обрисую общую картину: вы предоставляете для ознакомления редакции вашу рабочую рукопись. В случае положительного отзыва, а я уверен в таком исходе практически на все сто процентов, вам предлагается сотрудничество на взаимовыгодных условиях. Естественно, ни о какой передаче или продаже авторских прав и речи не идет.

– Вы уже знаете, меня мало интересуют разовые гонорары, – перебил его Нечаев.

– Никаких разовых гонораров. Вы получаете авторские отчисления с каждого тиража! Все просто.

– Кажется даже, что слишком.

К столику подоспел официант. Он аккуратно опустил на льняную, в тон портьерам, скатерть две кружки с кофейным напитком и незаметно куда-то упорхнул.

– А зачем что-то усложнять? Получается, что ваш доход напрямую зависит от того, насколько ваш талант оценит читатель! – пояснил Нежин.

Оба отпили из своих кружек.

– Знаете, эта ситуация кажется мне очень забавной, – признался Нечаев.

– Чем же?

– Тем, что сейчас передо мной, почти никому не известным самоучкой-любителем, сидит такой человек, как вы, представляющий довольно серьезное литературное издательство, и уговаривает меня стать знаменитым.

– Не вижу здесь ничего забавного. Не прибедняйтесь, что вы никому не известны и что вы всего лишь любитель. Подумайте, если это было бы так на самом деле, разве кто-нибудь стал бы обманным путем лишать вас авторских прав и пытаться присвоить себе то, что законно принадлежит вам? Подумайте, зачем бы кому-то это тогда понадобилось? Разве пятничное выступление собрало бы столько слушателей? И наконец, разве проявило бы интерес наше солидное, как вы выразились, издательство, к этой встрече? В пятницу все собрались только для того, чтобы увидеть и послушать вас, я уверен. Даже те, кто выступал, полагаю, больше жаждали вашего чтения, нежели своего скромного позора за скромной кафедрой. Вы умеете писать.

Нечаев откинулся на стуле и засмеялся:

– Вы мне сейчас или льстите, или же сильно заблуждаетесь насчет моих талантов.

– Уверяю вас, вы пользуетесь большой популярностью в определенных кругах. Мы предлагаем вам значительно их расширить. Не поверю, что вам это вовсе неинтересно. Это просто по определению не может быть неинтересным! Только подумайте об этом! Подумайте о перспективах…

– Мне просто нравится, когда что-то нравится окружающим.

– В данном случае – ваше творчество, я вас правильно понимаю? – уточнил Нежин.

– В данном случае – да, мое творчество. Радость в глазах и улыбка на лице являются для меня наивысшей наградой за мои деяния. Знаете, по моему мнению, любое творчество вообще немножечко приближает тебя к Богу. Деньги маячат где-то совсем далеко. Если бы я мог питаться одной лишь солнечной энергией, они были бы мне вообще не нужны. Не имею никаких предубеждений против того, чтобы ходить по улице нагишом, главное чтобы везло с погодой! – Нечаев, улыбаясь, смотрел своему собеседнику в глаза. – Не знаю в чем смысл бытия лично для вас, но для меня он заключается в возможности творить.

– Наши с вами взгляды во многом совпадают! – Нежин отпил из кружки и потянулся за салфеткой. Их руки случайно соприкоснулись.

– Бог создал человека по своему образу и подобию, то есть творцом, а не серым клерком, который просиживает большую часть своей жизни в скучном кабинете. Я понимаю это так.

– Мое предложение никоим образом не противоречит вашим взглядам, разве вы так не считаете?

Нечаев на минуту задумался, подперев рукой подборок.

– Да, не противоречит. Пожалуй, вы правы, – резюмировал он.

– Тогда не вижу никаких преград для нашего сотрудничества!

– Скажите, если я соглашаюсь, пока что чисто гипотетически, конечно, каковы мои дальнейшие действия?

– Ну прежде всего вам нужно будет встретиться непосредственно с владельцем издательства и иметь при себе готовый материал для обсуждения.

– С Кирилловым?

– Да! Уже знакомы с ним?

– Ну как вам сказать, – Нечаев состроил очаровательную гримаску, – лично нет, но его фамилия на слуху, да и не так уж много у нас поблизости крупных издательств.

– Замечательно! Он – именно тот человек, который принимает окончательное решение. Прежде всего рукопись должна понравиться ему. Но скажу по секрету, у вас есть отличный козырь: он без ума от вашего творчества. Также непосредственно с ним обсуждаются детали: тираж, иллюстрации и оформление, авторские отчисления, презентации и тому подобное.

– Хорошо, хорошо… Мне требуется немного времени, чтобы все обдумать и принять решение. Понимаете, мой график достаточно плотен в последнее время…

– Конечно, конечно! Я все прекрасно понимаю, – закивал Нежин, – только на всякий случай оставьте номер телефона, по которому с вами можно будет связаться.

– Одолжите авторучку? Кажется, свою я оставил в пальто…

– Так, сейчас посмотрим, – Нежин запустил руку во внутренний карман пиджака, – вот, держите!

Нечаев щелкнул авторучкой и небрежно вывел на салфетке заветные пять цифр.

– Прошу! – протянул салфетку с телефонным номером Нежину, тот внимательно изучил ее, после чего аккуратно сложил и спрятал во внутренний карман вместе со своей авторучкой.

– Ну что же, – воскликнул Нежин, – предлагаю отметить успех нашей сегодняшней встречи чем-нибудь покрепче капучино! Как смотрите на это?

– С удовольствием выпил бы бокал шампанского. Идеально подходит к случаю, – немного замявшись, ответил Нечаев.

Нежин сделал заказ подоспевшему официанту.

– Скажите, это правда, что сейчас вы работаете над новым материалом?

– Откуда такая информация? – засмеялся Нечаев, обнажая ряд идеально ровных зубов.

– От Потемкина!

– Ах, от него! Очаровательный чудак! Да, это моя первая попытка написать серьезный роман. Он носит рабочее название «Лабиринт». Пока я не хотел бы обсуждать роман подробно. Скажу только, что он почти готов, осталось разобраться с эпилогом, внести кое-какие правки и подредактировать.