Джек на Луне - Татьяна Русуберг

— Спасибо, мам, — говорю. — Поставь на стол, я потом…

— Нашел что-то интересное, Джек?

Мля, я чуть макбук на пол не скинул, так у меня коленки дернулись. Хули Себастиан-то сюда приперся?

Смотрю, стоит такой с подносиком, на нем котлеты с пюре и пирожки на отдельной тарелочке.

— Не, — говорю, — так, фигня всякая.

А сам тыкаю потихоньку мышкой, чтобы это палево гейское удалить. Только там видать программка какая-то была установлена. Вместо того, чтобы уйти навечно в нирвану, жирный мужик с малолеткой выскочили в центр экрана и продолжили свое дело. Судя по звукам, с большим энтузиазмом.

— Что это у тебя? — Сева даже не старался разыгрывать удивление.

Я захлопнул ноут, но отчим ловко его цапнул и открыл экран. Блин, не успел я пароль поставить!

— Не думал, что у тебя такие предпочтения, — головой качает, усмехается. — Ты знаешь, что детское порно запрещено? А этому пареньку не дашь больше четырнадцати.

Короче, сижу весь красный, не знаю, куда глаза девать. А что сказать-то? Ну, я и послал отчима лесом. А он макбук закрыл, на пол положил аккуратно рядом с подносом и садится такой на кровать. Я отодвинулся, голову в плечи — думаю, щас снова бить будет. А он смотрит на меня так безмятежно и говорит:

— Ты любишь маму, правда?

У меня в горле пересохло в момент, но я все-таки смог просипеть:

— А ты? Ты разве ее не любишь?

Себастиан нахмурился, прикусил губу:

— Когда я спрашиваю, Джек, ты должен отвечать. Иначе я рассержусь. А если я рассержусь, я могу сделать больно твоей маме.

Больше всего в этот момент мне хотелось придушить эту сволочь на месте, но я слишком хорошо помнил, как он избил меня в лесу — я и щас еще ссу, как пенсионер с простатитом, постанывая, а ни одного синяка не осталось. Что, если он свои приемчики начнет на матери отрабатывать? Алкаша Бо с его затыками она сколько терпела? Четыре года? А сколько будет терпеть милашку Себастиана?

— Если, — говорю, — ты мать хоть пальцем тронешь, я в полицию пойду. Серьезно.

Сева покачал головой, на морде — мировая скорбь:

— Малолетний эмигрант, наркоман и хулиган пришел жаловаться на своего отчима, уважаемого адвоката. У подростка было трудное детство, он ревнует свою мать к новому мужу, вот и решил его оклеветать.

— У тебя будут неприятности, — срываюсь на шепот. — Я смотрел "Охоту"^[13].

Себастиан усмехнулся:

— Я не Лукас, а ты — не девочка из детского сада. Никто не найдет никаких доказательств. Никаких следов. Все будут сочувствовать мне, а не тебе.

Я мотнул головой:

— Когда бьешь, следы будут. Рано или поздно.

— Ты прав.

Согласие отчима выбило почву у меня из-под ног. Сижу, хлопаю на него глазами, а он наклонился ко мне и шепчет у самого уха:

— Не люблю грубое насилие. На то людям и интеллект, чтобы придумать что-то тоньше, элегантнее.

Я сглотнул, но слюна не шла в пересохшее горло, только мышцы больно сжались. Себастиан наклонился и взял с подноса тарелку с пирожками. Погладил кончиками пальцев красивую румяную корочку.

— Понимаешь, Джек, человеку тем проще причинить боль, чем больше он к тебе привязан эмоционально. Вот возьмем например меня и твою маму…

— Оставь ее в покое! — прошипел я, но отчим, не отпуская меня взглядом, надавил на пирог. Палец утонул в теплой еще мякоти, вишневый сок брызнул на тарелку и одеяло.

— Упс! — хихикнул он. — Катюша такая мягкая ранимая женщина. Она так зависима от меня. Психологически. И физически тоже. Что, если я дам ей почувствовать, что охладел к ней? Или, скажем, предложу попробовать новую форму секса? Жесткого секса, — и он воткнул всю пятерню в несчастную булочку.

Красный сок брызнул мне на щеку, заставляя зажмуриться. Что-то легко коснулось кожи, и я распахнул глаза. Себастиан отер вишневую сладость с моего лица и теперь облизывал палец, глядя на меня, как вампир на горло девственницы.

Короче, если меня раньше не трясло, то затрясло теперь.

— Чего тебе надо? — говорю, а у самого губы бесчувственные, и язык едва ворочается. — Чего ты хочешь?

— Чтобы ты меня слушался, вот и все, — Себастиан взял целый пирожок и откусил от него со здоровым аппетитом. — Тогда ни с твоей мамой, ни с тобой ничего плохого не случится. Кстати, она прекрасно готовит, правда?

Я тупо кивнул.

— Взаимовыгодное сотрудничество, помнишь, Джек?

— Сева, ты долго там? — донесся снизу приглушенный голос ма. — Начинается "Кто хочет стать миллионером"!

Отчим отер пальцы о мою футболку и встал с кровати.

— Ты, кстати, посмотри то видео. Тебе есть чему поучиться.