Депортация - Александр Михайлов

Слушая рассказ о «свадьбе в Малиновке», девушки рыдали от смеха, представляя Мигеля, стряхивающего капусту с блестящих чёрных волос.

– Мигель, а ты ноту протеста потом через посольство не пытался предъявлять? – ржал, стоя на карачках, Ильич.

Народ минут восемь не мог остановиться от смеха. А после затишья снова раздался голос Никанора, который решил добить публику.

– А знаешь ли ты, Мигель, почему в городе исчезли тараканы? – пафосно начал он, устремив взгляд в мерцающие созвездия. – Жили-были себе в больших количествах целые колонии по квартирам – и вдруг исчезли. И никто не знает, почему.

Абсолютно серьёзный вид Никанора при этой фразе вызвал новый взрыв хохота.

– И почему же? Не томи нас, открой страшную тайну, – заорали все.

– Я слышал три версии по этому поводу, – говорил Никанор, внимательно рассматривая небо. – Первая версия гласит, что на них повлияло повсеместное распространение мобильной связи. Видимо, они не переносят излучения мобильных телефонов, что весьма правдоподобно.

– А вторая?

– А вторая предполагает их исчезновение из-за многократного увеличения использования химии в быту и в строительных материалах за прошедшее десятилетие. Ну там моющих средств всяких, шпатлёвок или синтетических обоев. Понятно, что это и человеку не полезно, а уж хрупким субтильным тараканам и подавно. – Никанор ухмыльнулся. – А третья…

– А что, есть и третья?

– А как же! И она самая оригинальная. Суть версии такова: тараканы – это засланцы с других планет, разведчики, то есть, которые были внедрены в семьи землян, чтобы познать их суть в самой близи, на уровне быта. И если учесть, что, Мигель, непосредственно с нами произошло не далее, чем вчера, то эта версия не кажется слишком фантастической. Выполнив свою разведывательную миссию в нашем галактическом регионе, они были удалены с планеты, оставив лишь единичных резидентов.

– А что это с вами вчера такое произошло, что тараканы-разведчики для вас уже не фантастика? – заинтересовался Твистер.

– Да это мы так прикалываемся, – осторожно замял тему Никанор.

* * *

Антарктида предстала перед ним прекрасная, как невеста в день свадьбы. Белоснежная фата, покрывающая горные вершины и равнинные пространства, била яркостью по глазам, заставляя надеть тёмные очки. Когда небольшой самолёт выкатился из ворот в скале на взлётную полосу и поднялся над пятном антарктического оазиса, от открывшегося ландшафта у Вальтера перехватило дыхание.

Через десять часов отряд подлодок отправлялся в Германию, и офицер, прибывший в антарктическую командировку на строящуюся базу с боссами проекта, возвращался на одной из них. На поверхности Антарктиды за это время Вальтер так и не побывал. Поэтому, получив разрешение от службы безопасности, он с сопровождающим и группой офицеров и гражданских специалистов поднялся с подземной стройки на поверхность, где их ждал небольшой самолёт. То, что он увидел, потрясло его навсегда.

Крайне переменчивая, суровая и даже безжалостная погода в этот день эпатировала редкой стабильностью. Под крылом проплывала труднопостижимая грандиозная красота пока ещё не тронутого хабалкой-цивилизацией континента. Девственные горы, ледяные плато, неохватные, совершенно дикие просторы причудливого природного рельефа шестого континента поражали своей фантастичностью.

Перед возвращением пролетели вдоль побережья и нескольких островов. Колонии пингвинов и лениво лежащие на берегах тюлени провожали летящий самолёт поднятыми головами. Над островами парили буревестники и поморники. Там, где кромка льда заканчивалась и открывался океан, изобилующий блуждающими айсбергами и льдинами, Вальтер увидел через иллюминатор несколько тёмных движущихся пятен. Это были киты. К тому моменту Вальтер уже знал, что в Антарктиде жили даже динозавры: научные группы немцев недавно обнаружили здесь их останки. Только климат в те доисторические времена кардинально отличался от нынешнего.

Когда приземлились, Вальтеру нестерпимо захотелось стать властелином этого бело-матового совершенства. И он пообещал себе через время возвратиться сюда и сделать всё, чтобы оказаться в высшем эшелоне власти антарктического подземелья.

* * *

«Вдруг в городские ворота постучали. И старый король пошёл открывать. У ворот стояла принцесса», – Катя читала очередную фразу из детской книжки облепившим её детям. Но тут в дверь действительно постучали, вернее позвонили. Катя отложила книжку и тоже пошла открывать. Но «у ворот» оказалась не принцесса, а двоюродный брат Кати Никанор.

– Привет, сестрица, – произнёс Никанор, выглядывая из-за двери и увешанный горой разнообразных игрушек.

– Привет, братец Иванушка, – под впечатлением солянки из сказок поздоровалась Катерина. – Ты вовремя: у меня тут как раз война кексов закончилась.

– В смысле? У вас в квартире кондитерские изделия воюют?

– Нет, в смысле, Куликовская битва детей. Еле эту кучу-малу растащила по углам. Сейчас успокоительную терапию сказками провожу. Ты появился как раз во время «Принцессы на горошине». Вдумайся в цитату: «Вдруг в городские ворота постучали. И старый король пошёл открывать». Интересно, кроме короля в городе некому открыть ворота? Сказки меня умиляют, в них такие перлы попадаются… Клондайк для диссертантов-филологов.

Пока Никанор освобождался от игрушек, в коридор ворвался целый букет цветов жизни. Самый маленький из цветов-кексов жевал булку так серьёзно, будто защищал диссертацию. Дегустатор в жёлтой каске подошёл к Никанору и напористо потянул за хвост торчащего из-под мышки крокодила. Пока он тянул, порвался кулёк с апельсинами, и два килограмма оранжевых шаров, живописно подпрыгивая на полу, рассыпались вокруг гостя. Ник плюхнулся на паркет и пытался подгрести фрукты к себе…

– Просто Чебурашка в апельсинах! – зачарованно проговорила Катя, всплеснув руками.

Малыши окружили Никанора в плотное кольцо, как патруль диверсанта. Паренёк постарше нацелил на него аппарат, очень похожий на фантастическое оружие из саги о звёздных войнах, который логично навевал священный ужас. Никанор сдался, не сопротивляясь, и плотный конвой джедаев проводил шпиона в гостиную.

Отконвоировав пленного в центр большой комнаты, звёздный десант со всех сторон облепил его с визгом и криками. Никанор с удовольствием поддался и грохнулся на мягкий ворсистый ковёр. Пока малышня муравейником копошилась вокруг него, он, улыбаясь, смотрел вверх, ему было солнечно и спокойно.

Катя, посмеявшись над зрелищем захвата диверсанта, вдруг преобразилась в грозного генерала, заставив вспорхнуть нападавших с так легко сдавшегося объекта нападения. Быстро найдя всем занятия, она пошла на кухню за перекусом для Никанора и попросила его присмотреть за малышнёй.

Ник перебрался с ковра в кресло и с интересом стал наблюдать за детьми, представив себя отцом большого семейства. Это было сложно – отцом большого семейства Ник не был: не успел и не спешил. Он смотрел на забавные проказы детей, а в голове почему-то возникал акварельный образ Юли. Всю неделю после событий, произошедших с ним и Веласкесом, Ник ходил словно под лёгким гипнозом, думая о произошедшем. Он пытался анализировать ситуацию, но иначе как фантасмагорией или наваждением назвать это было трудно. Ни наркоманами, ни алкоголиками они с Мигелем не были, поэтому списать это на фантастические галлюцинации он, естественно, не мог. День и ночь перемешались в его сознании из-за беспрерывного круговорота мыслей. Что произойдёт с ним и его компаньонами дальше, по-видимому, в самое ближайшее время, и на какой период он испарится из поля зрения своих друзей и знакомых, Ник не знал, поэтому решил нанести визиты самым близким и приятным ему людям перед странным путешествием в никуда. Он ощущал могущество, силу и грандиозные возможности людей, которые без труда вынули его из привычной реальности. Не имея серьёзной цели и плана её осуществления, вряд ли бы они стали светиться перед ними.