Левиафан и либерафан. Детектор патриотизма - Юрий Поляков

Неполиткорректно? А что делать… Правда!

— Неужели были такие примеры?

— Ну, как же. Откуда в верхушке ЦК компартии Украины, прежде всего идеологической, оказалось столько «западенцев»? Кто того же Кравчука с его «непростой» анкетой двигал во власть еще при коммунистах? Никто и не пытался анализировать те или иные назначения с точки зрения, я бы сказал, не национальных, но культурно-исторических наклонностей. Считали, если человек — член КПСС, он не может быть антипатриотом или антисоветчиком. Еще как может! Почти все первые секретари союзных ЦК оказались сепаратистами, начиная с Ельцина.

— Однако возникновение антипатриотических настроений в стране, победившей фашизм, все-таки кажется патологией.

— Почему же? Скажу и о том, о чем вообще не говорят. Оппозиция Сталину, троцкистская, военная, номенклатурная планы переворота связывала, в том числе, и с разгромом СССР в войне с немцами. Скажете: дикость! Почему? Ведь те же самые люди за четверть века до того желали поражения царской России в германской войне и на этом взяли власть. Разве они не могли желать поражения сталинскому СССР, второй раз пройти тем же путем?

— Что, мол, вы на Тухачевского и иже с ним напраслину возводите?

— Какая напраслина? Почитайте материалы операции «Клубок». Замечательный историк Ю. Жуков рассекретил. Есть примеры намеренного «подрыва» военного потенциала страны. Так, еще Ягода в ходе спецоперации «Весна» «зачистил» многих русских офицеров, имевших опыт германской войны. Их убирали как профессионалов. Кто убирал? Армейский комиссар Гамарник и прочие участники военного заговора. Да, к 41-му прогерманское лобби разгромили. Но семейная традиция — тоже вид исторической памяти. Если ты ненавидишь Геракла, то и все его подвиги тебе отвратительны. Со Сталиным и Советской эпохой примерно то же самое. Удивляюсь, как они пользуются электричеством Днепрогэса, плавают по каналу Волга — Дон?

Большая «заказуха»

— Честно говоря, для меня это несколько неожиданный поворот беседы. Я думала, вы будете во всем винить Запад.

— Теперь займемся Западом. Тамошняя пропаганда постаралась подточить чувство победителей у наших людей. Они ведь, европейцы, дружно легли под Гитлера. Почему же не опустить упорных русских хотя бы виртуально. Впрочем, в 90-е и наша государственная информационная политика была до оторопи антипатриотична, а в отношении Великой Отечественной войны просто кощунственна. Помню, в 98-м в эфире доказывал теле-троллю по фамилии Лобков, что комсомол и гитлерюгенд не одно и то же, а он не верил. Считали, чем быстрее гордость победителей заменят на чувство вины, тем проще будет войти в семью цивилизованных народов и улечься на коврике в азиатской прихожей. А пока народ чувствует себя победителем, ему трудно внушить, что живет он неправильно.

— Победителей не судят…?

— Может, и судят, но только не побежденные. Не немцам учить нас человеколюбию. А подтачивали потихоньку, грамотно, скажем, разговорами о потерях. Никто не спорит: они огромны! Мы как-то сцепились по этому поводу в эфире с Познером. Я спросил: вы помните, сколько из этих миллионов относится к потерям военным, а сколько составляет мирное население?

— Цифры чудовищные, это известно.

— Соотношение лишний раз показывает, что наше дело правое. Мы потеряли на миллион солдат и офицеров больше, чем немцы. Причем, значительная часть наших погибла не в сражениях, а в концлагерях, в плену. Они потеряли около 7 миллионов военных, мы — около восьми. Остальные двадцать миллионов человек — это потери нашего мирного населения. У немцев гражданских погибло около миллиона, да и то в основном под бомбами союзной авиации, которая, кстати, обеспечила до 90 процентов разрушений на территории рейха. Взять тот же Дрезден, стертый с лица земли. Но Познер, не ответив, ушел на рекламу…

— Вы хотите сказать, что существует проект…

— Без проекта даже собачью будку не строят. На развенчание нашей Победы Запад бросил огромные средства! Сколько в Голливуде сняли фильмов про то, как американцы вопреки бестолковым русским одолели Гитлера! Перебежчик Резун совсем не случайно взял в качестве псевдонима фамилию великого генералиссимуса Суворова и огромными тиражами издавал «антипобедные» книги со скоростью несушки-рекордсменки. Спрашиваю знакомого издателя: «Что, хорошо берут?» Отводит глаза, мол, это многоходовая негоция… Понятно? Еще недавно на полках томов про героев рейха было в разы больше, чем книг о героях СССР. Но на подобное тогда закрывали глаза. Теперь спохватились.

— Вот объясните — почему? Нет, почему так себя вела интеллигенция?

— Возникла некая цеховая мода на скептическое отношение и к советскому периоду в целом, и к войне, в частности. Строй был неправильный, а значит, Победа тоже. Внес лепту и Солженицын — человек пострадавший и придавший своей обиде многотомную основательность. Он и «вбросил» информацию про 70 миллионов погибших в ГУЛАГе, умножив число жертв чуть больше, чем на порядок. Кстати, в «Архипелаге» вполне приязненно изображены бандеровцы.

— На святой авторитет замахиваетесь?

— Отмахиваюсь, ибо за полемику с Н. Д. Солженицыной «Российская газета» устроила мне проработку в духе «Правды» 30-х годов. Думал, исключат из «Единой России». Но я подметил интересную вещь. У нас почему-то охотнее канонизируют деятелей культуры, которые так или иначе ссорились со своей страной, и, желательно, вообще эмигрировали, хотя бы на время. Сигнальчик наивным: если будешь честно жить и работать в своей стране, не встанешь, несмотря на обиды, в строй ее хулителей, то классиком тебе не быть.

— Жестко вы…

— Почему же? Вот прогремело 90-летие Эрнста Неизвестного. Он уехал из СССР сам — его, кстати, не высылали, как Солженицына.

— Но его выдавливали…

— Ух, ты! А как выдавливают? Я вам скажу: заказов не дают, морят безденежьем, голодом. Но Неизвестный сделал памятник Хрущеву и выбросил, по собственному признанию, немалый гонорар в окно. Тогда, значит, и меня выдавливали, запретив «ЧП районного масштаба» и «Сто дней до приказа». Но я же не выдавился! Выдавился тот, кто хотел выдавиться.

— Вас это задевает?

— Почему? Меня задевает другое. Мы отметили 90 лет Неизвестного широко. А почему замолчали 90-летие братьев Ткачевых? Блестящих живописцев! Фронтовиков! Один из них, кстати, потерял на войне руку. Кто заметил их юбилей? Почти никто. Да, они не уезжали, не ссорились с Советской властью. И что? Стали хуже картины писать? Или вот, пожалуйста, за четыре года до столетия упомянутого Александра Солженицына по городам и весям уже разосланы циркуляры, как должно этот юбилей праздновать. А постановление о столетии Константина Симонова, которое грянет через полгода, подписано на днях. Бедный автор «Жди меня» не догадался сжечь партбилет и выдавиться за границу…