Вдохновение - Владислав Вишневский

– Да, к тебе! – С нажимом сообщил губернатор. – И не просто, а миллиардер, причём иностранный, из Австралии. Мне сейчас премьер звонил…

– Сейчас, вам? Сам Дмитрий Анатольевич?!

– Да, – с заметным превосходством над товарищем Воловиком, отмахнулся губернатор, и как обычно, продолжил строго инструктировать подчинённого. – Значит, ты там смотри, в грязь лицом не ударь, понимаешь, не опозорь Округ. Встреть там, то сё, сам понимаешь. Потом компенсируем. Имей ввиду: у нас на него виды. Понял, нет?

– Так точно! – отрапортовал глава Волобуевска.

– Во-во, понимаешь, не иначе. – Милостиво проурчало в трубке, и снова тоном приказа. – Ты – Воловик – первая ступень. Понял, да? Отработаешь, доложишь… В смысле встречу со мной организуешь. Понятно? И ещё… Разведай за одно – это важно! – зачем он к тебе именно пожаловал. К тебе и именно! Понял, да? Непонятно. И попробуй развести… эээ… в смысле расколоть его на инвестиции. Денег у него, как грязи, мне доложили, так что… Сам понимаешь, нам не помешает… – помедлив, дополнил, – и тебе тоже. Понял, да?

– Так точно! Понял. – Ответил товарищ Воловик и осторожно спросил. – А вопрос можно, товарищ…

Губернатор резко перебил, в голосе сквозило опасное для Воловика неудовольствие.

– Ну, что ещё?

– Так он к нам не проедет… У нас же снега…

Ещё недослушав, губернатор в полный голос осерчал.

– Причём тут снег? Какой снег? – Чтобы не оглохнуть, глава города трубку привычно от уха отодвинул. – У всех снег! – Кричал в трубке голос губернатора. – Убери значит, ёпа мать! Дармоеды! Сам же докладывал, что и техника есть и гэсээемом тебя обеспечили… За каким тогда хреном, спрашивается, а? Немедленно выведи всех своих дармоедов и прочих… пусть убирают. Давай-давай, время идёт.

– А когда?

– Уже едет! – ответил голос в трубке и отключился.

Помедлив, мысленно составляя программу первоочередных действий, Глава города бросился к вешалке. Потом к машине, на ходу напяливая шапку, полушубок, отдавая кому-то срочные распоряжения по-сотовому телефону.

Выполняя команду, на подъезде к Волобуевску, на посту ДПС, сотрудниками ГИБДД и сотрудниками местного РОВД МВД все машины останавливались. Выполняли поставленную главой города задачу: не спешить, тянуть время, машину с иностранцем не прозевать, доставить. Вычислив подъехавшую маршрутку с иностранцами, бросив как положено руку к шапке, размахивая при этом полосатым жезлом, полицейские долго осматривали машину. Внешне. Почти обнюхав её, к сильному удивлению водителя, вежливо, но безальтернативно, потребовали – не высаживая пассажиров, проследовать за собой. «За вот этой машиной. Ты понял, да?», риторически, негромко, с лёгким металлом в голосе, негромко, только для водителя, уведомил один из них, с офицерскими звёздочками на погонах. Сколько их там, звёздочек на погонах, из-за мехового воротника полушубка разглядеть не возможно – одного жезла достаточно было – водитель маршрутки подчинился. Две другие легковушки с остальными пассажирами уже и не проверялись. Поехали следом.

А там… Ух, ты! Вот это да! В Волобуевске наблюдался небывалый аврал. По главной дороге городка – туда, сюда – в снежной пыли, гоня перед собой снежные валы, скребли старинные грейдеры образца тысяча там какого-то древнего года закорузлый снег. Два бульдозера, марки С-100, дымно чадя, напрягались, сдвигая снежные массы в высокие терриконы. С другой стороны терриконов, два неповоротливых фронтальных погрузчика перебрасывали снежную массу в кузова разномастных машин. Аврал! Не просто аврал, авралище!! Если с очисткой снега с центральной улицы было понятно, случались прецеденты, но наблюдалось и другое поразительное явление: на уличных столбах появились электрики! Электрики!! Меняли сгоревшие лампы ночного освещения на новые!! Более того, развешивали разноцветные праздничные флажки… Флажки-флаги!! Уж это было, извините, за гранью! Это уж…

– Ну вот, глядите, дождались! – Качая иронично головой, заметил один из любопытных мужиков. – Опять кого-то скоропостижно в Думу выбирают.

Он, и ещё двое таких же любопытных, остановились, встали перед снежным бруствером. Привычной тропинки уже не было, потому и засмотрелись на тарахтящих и ползающих… Мужики в стареньких потёртых полушубках, двое в унтах, третий в подшитых валенках. У одного сивая округлая борода, руки в карманах, у двоих сумки в руках, все трое курят.

– Почему в Думу, может губернатор к нам едет. – Сплёвывая под ноги, замечает тот, который с сумкой и валенках, и без бороды.

– К нам, губернатор? – ёжась от холода, перекрикивая уличный шум, усмехается сивобородый, тот, у которого руки в карманах. – Нет, сват, когда флаги вывешивают, верный знак про выборы. Верный! На твою пенсию могу поспорить. Спорнём?

Тот, кого сватом назвали, он в стареньких унтах, и у него тоже сумка, как у третьего, кривит лицом.

– Ага, щас, я что ли дурак на свою пенсию спорить. Да и сколько её там? Но о выборах-довыборах ничего не передавали, никто не агитировал, я не слышал.

Третий остановил товарищей.

– Не спорьте, тут и гадать нечего, Боря для господина генерала авралит.

Сивобородый театрально поперхнулся.

– Да за каким лешим ему сюда ехать? – Удивился он. – Что он здесь забыл? Он сроду к нам не приезжал, только по телевизору если…

Свата поддержал философ.

– Эт верно! Как президент словно. Царь!

– Ну, царь это там, в Москве, а у нас – царёк.

– Да, один хрен. – Сивобородый сплюнул, вынул из кармана коробок спичек. Руки у него были без рукавиц, красные. Третий мужик протянул ему свою папироску. Бородатый ткнулся в неё своей потухшей сигаретой, раскуривая, зачмокал губами.

– А может эти… инв… как их, инвесторы надумали? Ну, которые колёса собирались у нас строить. – Косясь на развернувшийся фронт работ, предположил третий.

– Эти, итальянцы что ли? – Щурясь не то от сигаретного дыма, не то от тарахтения проезжающего мимо грейдера, повышая голос, переспросил философ. – Шины «Пирелли» которые? Не-а, они не дураки. Они тогда ещё отказались. Накладно, сказали, да и рельсы к нам тянуть – большая радость.

– А может, тогда турки к нам вернулись с пивзаводом? – Гадал третий.

– Да, вот пивзавод бы хорошо. – Мечтательно вздохнул сват.

– Да нет, мужики, осечка. Если б пивзавод, я бы первый узнал, – возразил сивобородый. – Вы ж знаете, моя сноха в продмаге работает. Как в справочном бюро всё в округе знает. Так что… А для турков у нас воды мало. Горы же кругом. Бурить глубоко надо. Потому и отказались. Всё, мужики, я не в унтах, я замёрз. Закрываем совещание. Бывайте.

– И тебе не хворать.

– Ага, покеда, мужики.

С трудом перебрались через снежные брустверы, созданные дорожной техникой, двинулись в разные стороны. Мелкая ребятня, веселясь, бросала снежки в проезжающую мимо технику, собаки, громко облаивая, самозабвенно гонялись за машинами, местные хозяйки торопливо снимали в палисадниках развешанное для просушки выстиранное бельё, замёрзшими парусами затаскивали в двери… Аврал! Не аврал, а праздник. Большой, неожиданный, местный.