Любовь за деньги и без - Олег Рой

Мне оставалось только вздохнуть.

— Видишь ли, Вася, ты не прав: я с собой все-таки гораздо дольше знакома. А что касается возрождения — тут-то и вступает в силу вторая причина. Может быть, настоящая любовь и заставила бы меня перетряхнуть нижнее белье в поисках того, что еще осталось от моей души. Но я не люблю тебя, Вася. Совсем. Более того — отношусь к тебе как к брату, а не как к возлюбленному. Это, наверное, странно после всего, что мы вытворяли на теплоходе, но что есть, то есть. Похоже, что я совсем уже не могу любить. Разучилась. Истерла душу до полного ее исчезновения, вот и все.

Мне показалось, что Сычик сейчас заплачет, но он справился с собой. Закусил губу, помолчал немного и горько сказал:

— Это я во всем виноват. Отец абсолютно прав: я полное ничтожество. Даже любимой девушке помочь не могу.

— Твой отец ошибается, Вася! — мне вдруг стало очень страшно за него. Не дай Бог еще выйдет из забегаловки и наложит на себя руки, с него станется. — Ты замечательный парень — умный, добрый, веселый. Просто тебе немного не хватает веры в себя. Ты гораздо лучше, умнее и сильнее, чем сам считаешь. Поверь моему опыту, он у меня есть!

Слушая меня, Сычик сначала еще больше помрачнел, а потом вдруг оживился:

— То есть ты веришь, что я смогу стать лучше, если постараюсь?

— Конечно! — ответила я абсолютно искренне. — Ты и сейчас очень хорош, и добьешься многого, если поймешь, что это тебе по силам.

— И… — он багрово покраснел, — ты сможешь полюбить меня, если я стану таким, каким ты хочешь меня видеть?

Я, как и большинство современных людей, склонна к бытовому шаманизму — в Бога не очень верю, но надеюсь, что там наверху что-то есть. И сейчас молча вознесла этому «чему-то» благодарственную молитву за то, что Васенька дал нам обоим шанс выпутаться из очень неприятной ситуации почти без потерь:

— Я не могу сказать «да», — ответила я очень мягко. — Я ведь не знаю, каким ты станешь через несколько лет. Но и ответить отказом тоже не могу — по той же самой причине.

— То есть ты согласна дать мне шанс? — Сычик засиял, как уроненная в пепси-колу монетка.

— Да, согласна. Приходи ко мне через год после окончания учебы — я посмотрю, каким ты станешь, и приму решение.

На миг мне показалось, что Вася сейчас вскочит на ноги и закружится в дикой пляске. Но он все же сдержался и горячо заговорил:

— Я стану именно тем, кто тебе нужен, вот увидишь! Тебе никогда не придется жалеть о своем выборе! Но… — он снова покраснел, — можно ли нам видеться до окончания срока? Хотя бы иногда?

— Раз в полгода, — ответила я твердо, не сомневаясь, что к этому времени Сычик и думать обо мне забудет. Что он понимает под словом «видеться», я решила не уточнять.

— Ты очень добра! — Вася засиял еще ярче. — Отсчет пойдет со дня нашего знакомства? — осведомился он с надеждой.

— Да. Но при одном условии.

— Каком же?

— Замыкаясь в мечтах о женщине, которая тебе, возможно, и не нужна, — не перебивай меня, а выслушай до конца! — ты сильно обеднишь свою жизнь и не станешь тем, кем мог бы стать. Поэтому, пока идет время ожидания, веди себя естественно, хорошо? Общайся с друзьями и обязательно — слышишь?! — обязательно ухаживай за девушками, которые тебе понравятся. Только так ты поймешь, действительно ли я тебе необходима.

Сычик нахмурился, но кивнул:

— Ладно! Если девушка мне действительно понравится. А ты… — его голос дрогнул.

— Я продолжу заниматься тем же, чем и раньше, — ответила я твердо. — Иных средств к существованию у меня нет, а пока что я тебя еще не люблю.

— Но я мог бы тебе помочь день…

— Нет, Васенька, — отрезала я. — У шлюх тоже есть свои принципы. Ты уже не клиент, а у обычных знакомых я деньги просто так не беру.

Типа тут можно ставить хэштег #честная_шлюха. На самом деле мои принципы гораздо более гибки, чем я сказала Сычику. Но собственных средств у него нет, а Студнев-пер наверняка быстро заинтересуется, где и как его кровиночка тратит такие огроменные деньжищи. От проблем я вроде бы только что избавилась — так зачем создавать новые?

— Я тебя понимаю, — Васенька кивнул так серьезно, что я чуть не расхохоталась. — Но, поверь, тебе недолго осталось торговать собой. Я окончу академию, найду хорошую работу и стану тем, кого ты полюбишь! Вот увидишь.

— Это замечательная перспектива, — я постаралась изо всех сил, чтобы в тоне не прозвучало и намека на издевку.

— Скажи… — он снова смутился, — может, сходим сейчас куда-нибудь? Я знаю один хороший клуб. Отметим наше соглашение…

— Не могу, — ответила я почти честно. — Я после перелета. Устала.

— Ох, какой же я болван! — Сычик хлопнул себя по лбу. — Извини, пожалуйста, за назойливость! Тогда я пойду, ладно? Не хочу тебя больше утомлять.

— Конечно, иди! — я ободряюще улыбнулась. — Отправляйся в свой клуб и погуляй там за нас двоих.

— Хорошо. Спокойной тебе ночи, любимая!

— И тебе спокойной, Васенька.

Он встал и ушел, а я осталась за столиком, не веря своему счастью. Что-то или кто-то — то ли всемогущее «нечто», то ли мой интеллект, который я недооцениваю, а Сычик хвалит, — помогло наилучшим образом решить практически неразрешимую проблему. Вася не будет ко мне приставать в масштабах, способных напугать Студнева-пера, не станет мстить за холодность, а начнет вести жизнь, обычную для парня его возраста и общественного положения. Рано или поздно Сычик встретит девушку своей мечты — хорошую, правильную девушку своего круга — и забудет некую наглую шлюху. А сейчас главное для меня то, что я могу, ничего не опасаясь, вернуться домой и хоть немного пожить там обычной человеческой жизнью, оставив Кошечку в Москве. Ура!..

— Вы уже поели? — спросила подошедшая к столу девица с нагруженным подносом. Я оглянулась — под вечер посетителей в забегаловке прибавилось, и практически все столики оказались заняты.

— Да, уже ухожу.

Я поднялась, размышляя, не прихватить ли с собой чего-нибудь дико вредного, например гамбургеров и картошку фри, но потом решила, что гораздо правильнее будет заказать на завтра Гуле что-нибудь столь же губительное для талии, но домашнее и гораздо более вкусное. Как ни крути, я это заслужила!