Схема полной занятости - Магнус Миллз

Ее внимания было никак не избежать. Мы оказались единственным транспортным средством во дворе, и в тот момент, когда мы появились, она бросила взгляд на свои часики. И холодно уставилась на нас, пока я задним ходом подавал фургон к рампе. Я поставил машину на ручник и остался сидеть в кабине, а женщина целеустремленно зашагала к нам. Сказать честно, ее неожиданное присутствие застало меня врасплох, Джорджа, я думаю, – тоже. Нет, видеть женщин в Схеме мы привыкли – многие работали в столовых и конторах. Мы даже слышали, что некоторые депо начали брать женщин водителями и помощниками водителей. Но никогда раньше никто из нас не видел женщину в форме начальника, и я понял сразу: ситуация потребует крайней осторожности.

– Не вмешивайся, – пробормотал я Джорджу. – Я сам.

Распахнув дверцу, я вылез из кабины ей навстречу. Она остановилась футах в шести от фургона и шелестела страницами графиков и расписаний. Затем подняла голову.

– Добрый день. – Я метнул в нее лучшую свою улыбку. – Добро пожаловать в «Долгий плес».

– Спасибо, – ответила она. – Можно взглянуть на вашу путевку?

– Э-э… о, конечно. Пожалуйста.

Я вручил ей карточку, и она принялась со знанием дела ее разглядывать. Краем глаза я заметил, как из кабины выбрался Джордж и двинулся к мастерским. Под мышкой у него торчала коробка с тортиком.

– Что-то раньше я в наших краях вас не встречал, – сказал я, переходя на разговорный тон.

– Не встречали, – ответила начальница. – Меня перевели из «Королевского пруда».

– Временно, что ли?

– Постоянно.

– О.

Тут она перевела взгляд на Джорджа и глаза ее остановились непосредственно на коробке.

– Существенные компоненты, – на ходу объявил он в порядке разъяснения. Покрыл он примерно треть расстояния, когда женщина заговорила снова – отчетливо и резко:

– Стойте.

Джордж остановился.

– Вернитесь.

Он протащился назад и встал перед ней.

– Какого рода «существенные компоненты»?

– Ну, – ответил Джордж. – Разные.

– Вот как? – сказала она. – Что ж, давайте посмотрим.

У Джорджа от лица отхлынула кровь. Он уже занес руку над крышкой…

– Это мне?! – раздался голос из ворот мастерской. Там стоял Кен Скэнлон.

– Может, и вам! – крикнул в ответ Джордж.

– Так давай сюда! Что мне тебя – весь день ждать?

Начальница смерила Джорджа подозрительным

взглядом, а он пожал плечами и возобновил шествие через весь двор. После чего взгляд женщины переместился на Кена, который быстренько скользнул внутрь, и наконец упокоился на мне.

Я снова улыбнулся.

– На такой работе вы, наверное, много интересных людей встречаете, правда?

– Пока не очень, – ответила она. – Но, полагаю, возможность всегда есть.

И в неловком молчании, которое вслед за этим повисло меж нами, она вновь уставилась на мою путевку.

– Сколько вы уже в Схеме? – наконец спросила она.

– Лет пять.

– Ну что, – сказала она, протягивая мне карточку. – Уже можно и понимать, что в депо не стоит возвращаться рано без подписи.

И, к моему изумлению, тему дальше развивать не стала.

Часы тем временем дотикали до четырех пятнадцати, и в воротах стали робко показываться первые фургоны. Еще раз глянув на часики, новая начальница коротко мне кивнула и принялась отмечать возвращение прочих транспортных средств. Я заметил, как из глубин мастерской через другую дверь вынырнул Джордж, по-прежнему с тортиком, и тут же куда-то сгинул. Во двор вкатился третий «УниФур» и направился прямиком к автомойке. Вел его Билл Харпер, а Ричард сидел рядом на откидном сиденье.

Вот он, мой шанс примириться с Биллом – поэтому, заперев кабину и избавившись от ключей, я побрел к нему. Его фургон стоял уже в самой середине моечной машины, но ни Билл, ни Ричард из кабины почему-то не вылезали. Сидели вместо этого внутри, и я, подойдя поближе, разглядел, что они о чем-то горячо дискутируют. Я притормозил как вкопанный и стал смотреть, как они машут друг на друга руками. Из кабины глухо пробивались возбужденные голоса. Потом Билл вдруг ни с того ни с сего распахнул дверцу, выскочил наружу и захлопнул ее за собой. Я окликнул его по имени, когда он целеустремленно шагал к погрузочной рампе, но он меня совершенно проигнорировал.