Молитва для адмирала - Виктор Семёнов

– Заткнись, заткнись, заткнись! – кричал он, разрушая старый корейский аппарат, который верой и правдой служил на благо карельского здравоохранения двенадцать долгих лет.

– Мужчина, так вы оформляться будете? – невозмутимо спросила Валерия Иосифовна.

– Сначала мне укольчик… – испуганно прошептала краснолицая.

В приемный покой влетела Петрова. Посмотрела на женщину, на перекошенное от ярости лицо Скрипника и с удивлением воззрилась на блондинку:

– Что это здесь у тебя?

– Укол требует! Давление, говорит!

– Ну так поставь ей! Знаешь ведь, что не отстанет! А этот чего? Борис, чего вы?

Скрипник промолчал. За него ответила Валерия:

– Перенервничал. Ну и Андрюша Малахов перегнул палочку… Надо мастера вызывать…

– Думаешь, починит? – хмыкнула Петрова.

– Надеюсь… – пожала плечами Валерия.

Петрова снова повернулась к женщине, которая все так же испуганно стояла у двери:

– Вам нельзя пить, слышите? Нельзя! Хватит! А вам, Борис, наоборот – выпить просто необходимо.

– Что с Леной?

– Уложили вашу Лену, – пояснила Петрова. – Пока сложно сказать. Нужен рентген. Похоже на кому. Сильный был удар. Завтра примем решение. Думаю, повезем в Петрозаводск. Завтра часам к трем подходите. А сегодня выпейте немножко… Поезжайте в «Причал». Там и кафе и гостиница.

– Я не умею немножко, – пробурчал Скрипник, направляясь к выходу.

– И еще, Борис… С вас новый телевизор, – грустно улыбнулась Петрова.

– А оформиться? – обиженно спросила Валерия Иосифовна.

– Завтра оформим, – остановила ее Петрова. – Пусть идет… А вы – на укол, – сказала она краснолицей, и та буквально подскочила от радости.

Скрипник вышел из больницы и медленно побрел к своему внедорожнику. Сел за руль. Посидел молча минутку.

– Ну что, порисовала? – спросил он, глядя на себя в зеркало заднего вида. – Порисовала?

Глаза наполнились слезами. Скрипник смахнул их и, включив зажигание, поехал, пока не очень понимая куда.

* * *

Во вторник с самого утра Денис разрывался между Фарухом и шведами. В начале десятого позвонил Клаус, финансовый директор скандинавского конгломерата, озвучив просьбу своего шефа.

– Как сам-то, Клаус? – завопил в трубку Дмитриевский. Он не очень-то понимал английский шведа, а тот, в свою очередь, не очень-то понимал русский Дениса и не смог должным образом оценить его фонетическую шутку. В итоге вроде разобрались, что шведы хотели ехать и смотреть участок около двух часов. Договорились и распрощались.

А потом начал звонить Фарух. Скрипник вчера успел озвучить Дмитриевскому задачу, но Фарух хотел все, включая предварительный договор и порядок расчетов. Денис, обсудив с ним детали, замкнул его на Аблокатова и, соответственно на, Ро, которая, как тень, ходила за Костей все последнее время, а сам плотно погрузился в шведов. Аблокатов проворчал что-то вроде «этого мне только не хватало» и попросил Марианну принести все бумаги по земельному участку на Уральской. Та пошла в архив, а Костя отправился к кофемашине и увидел колдующую над чашкой американо Орлову.

– Вот черт! – выругалась та, увидев приближение Аблокатова.

Ольга выдумала себе одну примету. Поверив в нее всеми силами своей бессмертной души, она вдохнула в нее жизнь и неукоснительное исполнение. Если с утра, до начала рабочего дня она встречала в офисе Аблокатова, то вечером того же дня он обязательно оказывался у нее дома. Вот такая примета. Ольга ухватила наполненный до краев стаканчик кофе и начала отступать к своему кабинету.

– Орлова! – завопил Костя, увидев ее маневр.

Та от неожиданности чуть-чуть ускорила шаг и наткнулась на рекламщика Василия, который выходил из ближайшего кабинета.

– Вот черт! – снова выругалась Ольга, и этой небольшой заминки оказалось достаточно, чтобы ее настиг Аблокатов. Вася также не остался в долгу, проворчав в сторону Орловой:

– Смотри куда идешь… На своих цицах…

– Наступила на тебя, Вась? – поинтересовался Костя, глядя на новые туфли Орловой. – Что это, Оленька? «Феррагамо»?

– Нет, – сухо ответила она, разглядывая только что посаженное пятно от кофе на правом рукаве модной белой сорочки. – Смотри, что из-за тебя получилось! – Сунула рукав Васе под нос. – А у меня сегодня два суда…

– А ты пропусти, Ольга Сергеевна, – съязвил Аблокатов. – Как же можно, в таком виде…

– Пошел ты, – буркнула Ольга и направилась к своему рабочему месту. Навстречу ей шла Марианна с небольшой папкой бумаг в руках.

– Давай сюда, – потянулся было за ними Костя, но Марианна, демонстративно увернувшись, скрылась в своем кабинете, сказав что-то вроде «сейчас сама посмотрю»…

Наступила очередь Аблокатова выругаться. Орлова же расплылась в улыбке:

– Что, не подчиняются тебе сотрудники? А ты ей взятку предложи…

И, смеясь, пошла дальше по коридору, на ходу отхлебывая уцелевший кофе. Василий также поспешил исчезнуть, а Костя уныло поплелся за Марианной.

Дмитриевский выехал из офиса около часа и направился к Пулковскому шоссе. Он хотел приехать на участок чуть раньше шведов, чтобы успеть перекинуться парой слов с управляющим Валей Фединым, но не тут-то было. Клаус с коллегой, высоким крупным блондином, и переводчицей Леной уже топтались у входа в кирпичное административное здание, а Валентин что-то старательно объяснял им, пританцовывая вокруг переводчицы. Денис один раз уже встречался с Леной, когда шведы в прошлый раз приехали в город, месяца два назад. Ее феноменальная внешность запала ему в память. И действительно, более красивую девушку сложно себе представить. Прямые каштановые волосы, большие зеленые глаза, точеная фигурка. Шведы вели себя более-менее спокойно, видимо, попривыкнув, а Валя, похоже, попался на эту зеленоглазую удочку и юлой крутился вокруг Лены.

Денис вклинился в их тесный круг, поприветствовав собравшихся, и они всей честной компанией пошли на земельный участок. Провозились часа полтора. Шведы скрупулезно осматривали каждое здание, сверялись с документами, которые тут же предъявлял им Валентин. А Лена что-то щебетала по-шведски, водя красивым наманикюренным пальчиком по скучным кадастрово-правовым документам. Напоследок Клаус сделал несколько фотоснимков территории, и гости засобирались восвояси. Дмитриевский, довольный завершением этой части Марлезонского балета, держал радость в ежовых рукавицах дипломатичности, а Валентина, видимо, сильно опечалило, что красавица Елена собралась покинуть это место вместе со своими работодателями. Он предпринял слабенькую попытку остановить неумолимый рок событий.

– Елена, а что вы делаете сегодня вечером? – не стал особо оригинальничать Валя, посмотрев в ее огромные зеленые озера. – У нас здесь рядышком есть ресторан. Азербайджанский. Вкусно там! Внешне, конечно, так себе, но зато внутри – просто дворец. Сходим?