Вечерние новости - Артур Хейли

В спальне снова появилась Вивиен и начала постепенно приносить, как и обещала, “здоровую пищу”: свежевыжатый апельсиновый сок, густую овсяную кашу с бурым сахаром и молоком, затем – яичницу на белом хлебе, крепкий черный кофе, который она смолола перед самой заваркой, и, наконец, тосты с медом.

Особенно тронул Партриджа мед. Это напоминало ему – как, собственно, и было задумано – о его родной провинции, где он начинал работать в журналистике на местном радио. Он вспомнил, как рассказывал Вивиен про свою работу на радиостанции, называвшейся тогда “20/20”; это означало, что каждые двадцать минут рок-н-ролл прерывался заголовками новостей, полученных по телеграфу от агентства АП. Выкрикивал эти заголовки юный Гарри Партридж. Он улыбнулся, вспомнив сейчас об этом: казалось, то было так давно.

После завтрака, прогуливаясь в пижаме по квартире, он заметил:

– Грязновато тут у нас стало. Надо заново все покрасить и купить новую мебель.

– Я знаю, – согласилась Вивиен. – Я уже говорила с хозяевами дома, что стены требуют покраски. Но мне ответили, что на эту квартиру не стоит тратиться.

– Ну и плевать на них! Обойдемся без хозяев. Найди маляра и вели ему сделать что надо. Я оставлю тебе достаточно денег перед отъездом.

– Ты всегда очень щедр, – сказала она. И добавила:

– А у тебя по-прежнему есть это право не платить подоходный налог? Он ухмыльнулся:

– Конечно.

– Никому и нигде?

– Никому, и это вполне законно и честно. Я не заполняю никаких налоговых деклараций – мне это не надо. Зато сохраняю уйму времени и денег.

– Я так и не понимаю, как это тебе удается.

– Тебе я могу рассказать, – сказал он, – хотя обычно я об этом не говорю. Люди, которые платят подоходный налог, начинают завидовать, потому что не любят, когда плохо тебе одному, А объясняется все очень просто, – сказал он, – надо быть канадским гражданином, иметь канадский паспорт и работать за границей.

Многие не знают того, что Соединенные Штаты – единственная крупная держава в мире, которая взимает налог со своих граждан независимо от того, где они живут. Дядя Сэм взимает налог даже с американцев, постоянно живущих за пределами США. А Канада этого не делает. Канадцы, выехавшие из страны, не подлежат налогообложению в Канаде, и как только налоговое управление удостоверится, что ты уехал, они тобой уже не интересуются. Так же поступают и британцы… Со мной дело обстоит следующим образом, – продолжал он, – Отдел новостей Си-би-эй каждый месяц переводит жалованье на мой счет в нью-йоркское отделение банка Чейз-Манхэттен. А я перевожу оттуда деньги на счета в другие страны – на Багамы, в Сингапур, на Нормандские острова, где мне начисляют проценты и не взимают никакого налога.

– А как насчет налогообложения в тех странах, куда ты ездишь и выполняешь какую-то работу?

– Я же телекорреспондент и потому никогда подолгу нигде не задерживаюсь, так что меня не могут прищучить налогом. В том числе и в ОНА – при условии, что я пробуду там не больше ста двадцати дней в году, а уж можешь быть уверена, что я никогда так долго там не торчу. Что же до Канады, то у меня здесь нет постоянного места жительства, даже эта квартира – не моя. Это гнездышко, как мы оба с тобой знаем, Вив, принадлежит исключительно тебе… – И, помолчав, добавил:

– Важно только не плутовать – уклоняться от уплаты налога не только противозаконно, но и глупо, да и не стоит рисковать. Потому что, когда человек увиливает, это уже другое дело… – Он запнулся. – Постой! У меня тут кое-что есть.

Партридж достал бумажник и извлек из него сложенную замусоленную вырезку из газеты.

– Это выдержка из решения, принятого судьей Лернедом Хэндом, одним из величайших американских знатоков юриспруденции, в тридцать четвертом году. Многие судьи с тех пор опирались на это решение. – И он прочел:

– “Любой человек может так устроить свои дела, чтобы как можно меньше платить налог, – вовсе не обязательно стремиться обогатить казну; даже из соображений патриотического долга нет нужды увеличивать сумму своего налога”.

– Я понимаю, почему тебе завидуют, – сказала Вивиен. – А есть еще на телевидении люди, которые поступают так же?

– Ты бы удивилась, если б узнала, сколько таких. Возможность не платить налоги является одной из причин, объясняющих, почему канадцы любят работать за границей для американских радио– и телестанций.

Он, правда, не упомянул о других причинах – в том числе об американской шкале оплаты, которая значительно выше канадской. А главное – то, что работа на американской станции престижна, ибо ты находишься в самом центре мировых событий.

Американские же станции, со своей стороны, рады иметь канадских корреспондентов, ибо они поступают к ним, уже хорошо натасканные работой на Си-би-си и Си-ти-ви. А кроме того, на радио– и телестанциях уже поняли, что американским слушателям и зрителям нравится канадский акцент, – этим объяснялась популярность многих журналистов, работавших с новостями: Питера Дженнингса, Роберта Макнила, Морли Сэйфера, Аллена Пицци, Барри Дансмора, Питера Кента, Джона Блэкстоуна, Хилари Баукера, Гарри Партриджа и других…

Продолжая разгуливать по квартире, Партридж обнаружил на серванте билеты на завтрашний концерт моцартовской музыки. Он знал, что получит удовольствие от концерта, и снова мысленно поблагодарил Вивиен за то, что она помнит его вкусы.

Он был также благодарен судьбе за то, что ему предстоят три недели отпуска – бездумного ничегонеделания, как он считал.