Пять откровений о жизни - Бронни Вэр

«С деньгами все дело в намерении», – вдруг произнесла Перл. Пододвинув стул поближе к ней, я приготовилась слушать. «Деньги текут нам в руки особенно свободно, если намерение благородное. Мы нашли финансирование для своего проекта, потому что он был задуман на благо других людей. Конечно, мы тоже были в выигрыше, потому что заработали, занимаясь любимой работой, и к тому же обрели свое предназначение».

Если мы находим в работе свое предназначение, считала Перл, то естественным путем подходим к ней с правильными намерениями. Любая работа, наделенная предназначением, каким-то образом приносит благо другим людям. Тогда на поддержку нашего намерения деньги придут сами, при условии, конечно, что мы сделаем все от нас зависящее и не позволим страху преградить путь потоку благополучия. Люди среднего и старшего возраста особенно часто задаются вопросами о смысле жизни и стремятся установить связь с миром через работу. Именно об этом естественном стремлении к предназначению Перл и говорила.

Она была образованной и мудрой женщиной и охотно делилась своими мыслями. Я думаю, что, даже если бы она не умирала, мы бы общались точно так же непринужденно и откровенно. Перл продолжила развивать свою мысль, заметив, что не все родители, например, уважают свою работу, а ведь намерение вырастить счастливых детей – это огромный вклад в общество. Благодаря ему в мире появляются хорошие взрослые. Ей больно слышать, сказала Перл, как матери говорят о себе «я просто мама», ведь материнство – важнейшая работа, наполненная глубочайшим смыслом. По мнению Перл, даже люди, возделывающие свой сад, занимаются значительной и осмысленной работой: они прославляют красоту планеты.

Я тут же вспомнила одну замечательную женщину из Перта, чей сад наполнял мое сердце радостью каждое утро по пути на станцию. Мне настолько приятно было любоваться ее цветами и кустарниками, что однажды я кинула в ее почтовый ящик открытку со словами благодарности. Этот сад повышал мне настроение каждый день. Красочные цветы и экзотические растения в нем удивительно сочетались, причем каждый день взгляду открывалось что-то новое. Люди не всегда знают, что приносят другим радость. Однажды я все же встретила саму хозяйку сада, женщину лет восьмидесяти, и призналась, что обожаю ее произведение. Ивонн сразу же поняла, что это я оставила ей открытку, и между нами завязалась теплая дружба. Теперь я с удовольствием рассказала об этом Перл.

«Да, это и было ее предназначение и призвание – сад. Найти в жизни призвание – одна из самых важных задач, – продолжила Перл. – Я немного жалею, что потратила столько лет на работу, которая не имела никакого отношения к делу всей моей жизни, к социальной работе. Впрочем, эта работа привела меня именно туда, куда мне нужно было попасть, ведь это клиент с работы подтолкнул меня к переменам. Иногда уходят годы, чтобы выяснить свое предназначение, у меня так и вышло. Но удовлетворение, которое приносит найденное предназначение, стоит усилий, затраченных на его поиски».

Подумав о том, как долго я сама разыскивала подходящую работу, я согласилась, что оно того стоило. Сидя у камина с Перл и тремя добрейшими собаками, я чувствовала огромную благодарность за свою работу. Я рассказала об этом Перл, и она согласно улыбнулась.

«Если бы я о чем-то жалела, Бронни, так только о том, что слишком много лет потратила на работу, которая мне нравилась, но не была моим предназначением. Жизнь так быстро заканчивается. Я поняла это, когда потеряла свою семью. Но иногда мы не торопимся действовать, даже когда уже точно знаем, что это неизбежно. Так что я могла бы об этом жалеть, но не стану. Я предпочитаю простить себя за то, что мне не удалось раньше уйти с той работы». Я согласилась, что простить себя гораздо лучше, чем жалеть об упущенных возможностях, и рассказала Перл, как многому учусь у своих пациентов.

Она рассмеялась. «Все верно. Когда ты будешь умирать, у тебя не будет шанса сказать, что ты поздно поняла свои ошибки – слишком многому ты научилась на чужих ошибках!» Рассмеявшись в ответ, я согласилась с Перл, но заметила, что разговор ее утомил. Поэтому я устроила Перл поудобнее и задернула занавески, оставив отдыхать ее при свете камина. У двери я задержалась, глядя на нее и собак, чувствуя, как по щеке медленно катится слеза.

Меня переполняла благодарность за то, что мне наконец удалось найти себе работу по сердцу. Отправившись на кухню, я налила себе чашку чая, а потом села ждать пробуждения Перл в другой комнате. На улице понемногу вечерело, хотя внутри дома это никак не сказывалось – там всегда царили покой и умиротворение.

Мы провели с Перл еще несколько недель, но с каждым днем она все слабела, пока наконец ей не стало слишком тяжело вставать с кровати. Признав, что она больше не сможет перемещаться по дому, Перл попросила меня продолжать любоваться им за нее. Я с улыбкой обещала выполнить ее просьбу. Но на самом деле я больше любовалась самой Перл, чем ее (безусловно замечательным) домом.

В последние недели нас часто навещали друзья Перл, чтобы проститься с ней, в том числе коллеги по социальной работе. Они говорили о том, как она изменила их жизнь и помогла множеству людей, как ее работа оставила в мире неизгладимый след. Впрочем, чтобы считаться истинным предназначением, работе необязательно иметь большой размах. Кто-то за свою жизнь поможет тысячам, а кто-то всего двум или трем людям. Нельзя сказать, что чья-то работа менее важна. У каждого из нас есть предназначение, и его поиски способствуют благу всех людей – включая нас самих. Когда предназначение найдено, работа перестает быть работой и превращается в приятное и естественное продолжение нас самих.

В день смерти Перл я в последний раз вышла из дома и закрыла за собой дверь. На улице стоял солнечный зимний день. Задержавшись на крыльце, я глубоко вдохнула воздух и подставила лицо солнцу. Думая о Перл, о том, каким она была прекрасным человеком, я улыбнулась. Долгие годы работая то в одном банке, то в другом, я безуспешно пыталась найти свое предназначение. Теперь я наконец обрела его, и меня переполняла благодарность. Размышляя о благодарности и посылая Перл любовь, я еще долго не могла сдвинуться с места. Но это было неважно: я улыбалась, и причиной тому была моя работа.