Магазин на диване - Огюстен Берроуз

Адель помахала на прощанье операторам, стилистам и подсобным рабочим. Но прежде чем уйти со съемочной площадки и направиться в кабинет, она остановилась, чтобы поблагодарить техника-осветителя.

— Хотела сказать, что мне очень нравится, как вы ставите освещение. Лампа над головой прекрасно выделяет скулы.

Тот улыбнулся.

— Конечно, Адель, никаких проблем. Я всегда рад сделать что-то оригинальное.

Она прошла сквозь двойные двери, ведущие от съемочной площадки к коридору, где находились кабинеты всех телеведущих и комната отдыха.

— Привет, Триш, что ты делаешь? — Триш высматривала часы эфира Ли в общем расписании.

— Ничего. — Она резко обернулась.

— О господи, вот это кольцо! Я еще не видела, дай взглянуть, — ахнула Адель.

Триш привычным жестом вытянула руку, чтобы Адель смогла полюбоваться кольцом.

— Невероятно. Вы уже назначили дату? — спросила Адель.

— О, я не знаю. Вообще-то нет. — Тут она подумала о вялых листьях, которыми усеяна земля, высохшей траве и бесформенных некрасивых свитерах. — Может, осенью.

Адель улыбнулась.

— Осень — мое любимое время года. — Она подумала о Дне Благодарения и маисе. — Мне пора возвращаться в кабинет, надо перебрать кучу информации, а я еще даже не начинала.

Адель ушла, и Триш снова принялась рассматривать общее расписание.

Адель села за стол и стала искать в Интернете сведения о необычных индейских аксессуарах.

На дверце холодильника Пегги Джин висела табличка с именами троих ее сыновей, днями недели и цифрами от одного до десяти. Это была Таблица Хорошего Поведения: простой способ присматривать за своими детьми. В конце недели она проглядывала таблицу вместе с мальчиками, и они обсуждали все низкие оценки. Будучи заботливой матерью, Пегги Джин внимательно наблюдала за эмоциональным состоянием сыновей. Ей казалось, что в современном обществе детей часто игнорируют, и у них развивается склонность к насилию, они приносят в школу оружие и расстреливают своих одноклассников. Не говоря уж о наркотиках и добрачном сексе. Каждый раз, когда по телевидению берут интервью у родителей таких детей, те все время повторяют одно и то же: «Мы даже не подозревали». Пегги Джин была твердо намерена не терять связи с детьми.

Итак, в четверг вечером, в тот день, когда они должны были идти в кино, она увидела, что мальчики на протяжении недели вели себя исключительно хорошо. Одни девятки. Они заслужили награду.

— Сегодня в кино, — провозгласила она, когда все трое уселись на диван перед ней, — вас ожидает приятный сюрприз. — Дети посмотрели на нее, и она была поражена тем, какие же они миленькие в своих комбинезончиках: шесть маленьких чудесных глазок, таких чистых и незащищенных. — Все, что захотите: попкорн, шоколадный батончик или диетическая кола — все что угодно! — Пегги сияла. — И знаете почему? Вы знаете, почему вам полагается награда?

Они замотали головами, не имея ни малейшего представления.

— Я вам объясню, — она пошла на кухню и сняла табличку с холодильника. Налив себе второй стакан вишневого ликера, по вкусу напоминавшего отхаркивающее средство, она вернулась в гостиную с табличкой и показала ее детям.

— Таких замечательных показателей у вас не было с апреля! Положу в семейный альбом. — Пегги чуть не плакала и прижимала таблицу к груди.

— А мы можем пойти на «Резню в старшей школе-2»? — спросил старший сын Рики.

Мечтательное выражение на лице Пегги Джин сменилось тревожным. Она поставила стакан с вишневым ликером на салфеточку с маргаритками на зеркальном кофейном столике и сглотнула слюну.

— Ни в коем случае, — проговорила она. — Ничего подобного мы смотреть не будем. — Положив табличку на журнал «Современная женщина», она объявила: — Мы идем на семичасовой сеанс «Унесенных ветром». Когда я была маленькая, это был мой любимый фильм.

Мальчики уставились в пол. Средний, который редко подавал голос, вдруг спросил:

— А можно мы останемся дома?

Пегги Джин рассмеялась и сделала маленький глоток вишневого ликера.

— Нет конечно! Вы заслужили награду! — И, посмотрев на часы, добавила: — Сейчас же надевайте кроссовки, иначе мы опоздаем.

Трое мальчиков, как обычно, уселись на заднее сиденье «хонды». Старший сложил из пальцев пистолет и сделал вид, будто стреляет в мать через кресло.

Двое других прикрыли рты ладонями, чтобы сдержать смех.

Ровно в семь тридцать раздался звонок в дверь, и Джон Смайт сбежал по лестнице в футболке и шортах, которые, по его мнению, выгодно подчеркивали его мускулистые ноги. Никки была в джинсах и крошечном белом топике. Она выглядела такой свежей, будто только что очнулась ото сна на поле фиалок.

— Здравствуйте, мистер Смайт, — проговорила она, когда Джон открыл дверь. — Надеюсь, я не опоздала?

Джон пригласил ее в дом.

— Что ты, Никки. Как раз вовремя. Только вот у нас изменились планы, и по моей вине.

Ее огромные глаза уставились на него.

— Жена все перепутала и отвела детей в кино. Наверное, забыла, что я приготовил ей сюрприз.

Никки, кажется, была разочарована.

— О боже, мистер Смайт, как неприятно! А мне казалось, что это так романтично!

— Ну ничего, в другой раз, — ответил он, почесывая ногу, чтобы привлечь внимание к мускулам.

— Вы занимаетесь бегом? — спросила Никки.

— Иногда, немножко, чтобы поддержать форму. — Его лицо горело. — Ну, раз уже ты пришла, позволь предложить тебе что-нибудь. Может, пепси или молока?

— А вино у вас есть?

— Юная леди, вам еще нет восемнадцати! — Джон явно флиртовал с ней.

— Мне почти восемнадцать, — отмахнулась она. — Но сойдет и пепси.

«От нее пахнет весной», — подумал Джон.

— Сейчас налью. А ты пока проходи и располагайся как дома. — Сердце билось так отчаянно, что Джон забеспокоился, не услышит ли Никки его стук. Он пошел на кухню, взял из буфета два стакана, две банки пепси из холодильника и наполнил стаканы льдом.

— Так расскажи, Никки, — начал он, протягивая ей стакан, — как жизнь?

— Нормально, пожалуй. А почему у вас руки дрожат?

Джон сел на диван и поставил свой стакан на кофейный столик.

— Просто лед холодный.

Она сделала глоток.

— Ну… а… — Он задумался, о чем бы ее спросить. — Чем планируешь заниматься после школы?

— Вообще-то, я хочу попробовать стать моделью, — застенчиво призналась она.

Джон улыбнулся.

— О да, конечно, как же я сразу не догадался. Ты похожа на Бриджет Холл.