Серпантин - Александр Мильштейн

— Ну нет, мой Шейлок, — сказала она, хватая руку Доплера, скользившую вверх уже по другой стороне бедра, — веди себя прилично, вокруг люди...

— Пойдём в комнату?

— Днём? Ты что? Эй, прекрати, проснись ты...

— Тогда в море?

— Нет. Ты иди сам поплавай. Я посижу. У меня, наверно, низкое давление, я хочу ещё кофе.

Доплер стал спускаться по лесенке на пляж. Прежде, чем голова его исчезла, он подмигнул ей. Лена невесело кивнула... Что-то ей не нравилось собственное самочувствие... Подошла официантка, Лена сказала «кофе», но та начала уточнять, какой именно... «Какой покрепче», — сказала Лена. Она видела, как Доплер прошёл мимо огромного пловца... Пловец кивнул и что-то сказал, но похоже было, что Доплер этого не заметил. Когда она сделала первый глоток двойного эспрессо и открыла глаза, пловец уже был на террасе. Почему-то в непосредственной близости от её столика. И он спрашивал разрешения сесть... При этом он был явно чем-то ошарашен... Если бы это происходило лет пять назад, она бы, не задумываясь, решила, что всё дело в ней... Но теперь у неё уже не было полной уверенности... Она хотела ему возразить, но вместо этого сказала:

— Ну да, в принципе... Только учтите, что сейчас мой муж придёт.

— Так я о нём и хотел спросить.

— И что же вас интересует?

— Это Пётр Доплер? Или просто очень похож на него?

— Нет, — улыбнулась она, — доппель-доплер — это было бы уже слишком... Это просто Доплер. Собственной персоной. Ему приятно будет, что вы его узнали, молодой человек, — сказала она и усмехнулась — «молодой человек» был старше её лет на десять, и она, стало быть, говорила сейчас не от своего лица, а от лица Доплера...

— Ну как же, я так люблю его фильмы... «Ворованный воздух», «Нет — любви», «Личное дело Степашина»...

— А я вот ни одного не видела, представьте. До вчерашнего дня.

— Вы вчера познакомились?

— Ну что вы, я же вам сказала — мы женаты... Просто вчера я впервые увидела его фильм.

— Какой?

— «День».

— Отличный фильм. Но как же, вы — его жена и не видели ни одного его фильма?

— Один. Вчера. Слушайте, а что вы там увидели? — сказала она, сделав ударение на «вы». — Я имею в виду море. Когда вышли... На вас же только что ещё лица не было... Я не поверю, что это из-за того, что встретили режиссёра... Вы не похожи на барышню, мечтающую стать актриской...

— Да, вы правы. Было ещё кое-что... перед этим. Но вы всё равно мне не поверите.

— А вы попробуйте.

— Что попробовать?

— Так рассказать, чтобы я поверила!

— Я увидел там медузу.

— Ну и что? Впервые, что ли?

— Она была не простая... Это я так говорю — медуза, а что это было на самом деле, я не знаю. Мне кажется, что я поседел, знаете... Вы видите у меня седые волосы?

— Да нет, не вижу.

— А вот так, теперь видите?

— Слушайте, уберите свою голову, вон мой муж идёт.

— Ну и что? А что мы такого делаем?

— Но что он может подумать?! Что я у вас блох ищу, вот будет умора... Уберите голову, вы брызгаете на меня, а здесь холодно...

— Холодно?!

— Мне да... Здесь сквозняк всё время какой-то... У меня низкое давление... Нет у вас никаких седых волос... Ну, так что вы там увидели?

— Сначала мне на плечо легла скользкая ладонь, я её стряхнул. Меня передёрнуло. Я заставил себя всё же взглянуть — нырнул и посмотрел в точку, где я только что был... Там была медуза, знаете... Но не простая, а в форме человеческой головы. Прозрачной такой, мутноватой слегка, ну как медузы всегда бывают, но форма-то была человечья...

— Как вас зовут? Персей?

— Меня зовут Виктор. Виктор Переверзев.

— Ха! Похоже на Персея... Но ещё больше на что-то перверсивное... И что же дальше?

— Она была похожа на вас. Копия ваша, знаете... Из какого-то прозрачного материала. Висела под водой такая прозрачная голова...

— Ну и фантазия у вас, батенька...

— Здравствуйте, — сказал Доплер, усаживаясь за столик.

Переверзев встал и начал говорить что-то про большую честь, но Доплер его прервал.

— Я вас умоляю, — сказал Доплер и жестом попросил сесть.

— Я видел все ваши фильмы, — сказал Переверзев.

— Не верю, — сказал Доплер, — ни одному вашему слову.

— Ну зачем вы так?

— Потому что некоторые не были в широком прокате... Впрочем, вы могли не знать об этом и думать, что видели все... Но я и в это не верю.

— Ну зачем вы так? — повторил парень. — Конечно, я мог не все знать, но я многие видел, правда. Мой приятель, ещё с института, был председателем киноклуба, он брал фильмы, которые почти нигде не шли, мы собирались...

— И какой же это был институт, позвольте поинтересоваться?

— Физкультурный.

— Замечательно, — сказал Доплер.

— Физкультпривет! — улыбнулась Лена и что-то шепнула на ухо Доплеру.

— Привет! — сказал Переверзев. — Я вам не мешаю?

— Ну что вы, что вы, — сказала Лена, — нам очень приятно. И вы не дорассказали про медузу.

— Какую медузу? — спросил Доплер.

— Виктор утвержадет, что видел в море медузу, которая как две капли воды была похожа на мою голову.

— Ах, вот оно что, — сказал Доплер.

— Доплер, ты не хочешь написать об этом в своей колонке?

— Что написать? — сказал Доплер. — Это давно ведь уже написано.

— Это была другая медуза, — сказал Переверзев, — то есть она была из того же материала, что медузы, но это была голова... Я никогда ничего не пугался в море, чувствовал там себя всегда, как дома. А тут вдруг струхнул. Даже не помню, как к берегу примчался, мне кажется, на сушу я просто вылетел...

— Так вы дельфин, — сказала Лена, — выбросившийся на сушу.

— Ну да, я плыл «дельфином», так в народе называют «баттерфляй»...

— И плывёт дельфином молодым по седым пучинам мировым... — пробормотал Доплер без всякого выражения.

— Мне показалось, что я поседел, — сказал Переверзев.

— А как это вам показалось, у вас что, и зеркало с собой было? Доплер, у него фамилия Персеев!

— Переверзев. Зеркало висит на стене кафе, со стороны пляжа... Если по лестнице спуститься...

— Висит? — спросила Лена.

— Висит, — кивнул Доплер, — так что в следующий раз возьмите его с собой под воду.

— Чёрт знает что, — сказал Переверзев, — я теперь боюсь нырять... Никогда такого со мной не было.