Спаси меня - Кристофер Харт

— В крови — да, а про мочу не знаю. Может, и не проявится.

— «Может, и не проявится». Просто прекрасно. Так и скажи докторше, которая, может, сжалится и не загубит твою карьеру.

— Спасибо. В принципе наркотики пока действительно никто не узаконивал.

— Ага. — На моем лбу пролегают глубокие морщины и тут же разглаживаются. — Возьми мою! — просветленно восклицаю я.

— Ты так великодушен.

— Да нет же, правда. Я сейчас сбегаю в туалет и отолью немного, а ты скажешь, будто это твое.

Клайв глазеет на меня:

— Слушай, а ведь план-то совсем недурен. Каков хитрюга.

— Полностью с тобой согласен, — гордо отвечаю я. — Хитрее любого проныры.

— А ты сегодня кофе не пил? Вдруг там превышение допустимой нормы по кофеину?

Я смеюсь.

— Пойду куплю бутылочку минералки.

Вечером того же дня мне звонит Клайв.

— Ну что, удалось?

— Все кончено. Жизнь коту под хвост.

— М-м… Не вышло. Тебя уволили? Хочешь устрою мальчиком по вызову?

— Тебе все шуточки, а я так опозорился.

Я вздыхаю.

— Ну давай выкладывай.

После нашего разговора Клайв поднимался в лифте на свой этаж — как вдруг к безмерному своему ужасу заметил, что спрятанная во внутреннем кармане пиджака емкость дала течь. Ох уж эти пластиковые бутылки! («Ну удружил приятель со своими дешевыми забегаловками».) И теперь мужская моча капает ему на рубашку. Есть, конечно, любители подобных пикантностей, для них даже специальные клубы заведены — в Эрлз-Корт, скажем… Но наш Клайв к таким не относится.

Обезумев от ужаса, он выскочил из лифта и бросился в кухню для персонала. В панике обшарил весь холодильник, обнаружив лишь бутылочку с новомодным питьем — смесью родниковой воды с фруктовым соком. В отчаянии взглянул на часы: 14.10, через пять минут он должен быть у докторши. Что ж, придется довольствоваться тем, что есть.

Схватил бутылочку со сладким пойлом, опрокинул ее содержимое в раковину и перелил в освободившуюся емкость мочу из дырявой бутылки. Закрутил крышечку и облегченно вздохнул: спасен.

Клайв попытался спрятать бутыль в пиджак, однако в карман она не влезала, и потому пришлось по-простому прикрыть ее полой. В этот самый момент на кухню впорхнула Амрита, самая красивая девушка на свете.

— Привет, Клайв, — сказала она и ослепительно улыбнулась. Открыла дверцу холодильника и моментально просекла, в чем дело.

— Так вот кто стащил мой сок! — заявила она довольно сердито. — Клайв, это мое.

Все происходило точно в замедленном кино. Достопочтенный стоял, припертый к кухонным шкафчикам, и сжимал в руке эту несчастную бутылку.

— Нет, я не брал, — глухо проговорил он.

— Очень смешно, — ответила Амрита с невеселой усмешкой. — Только почему-то она очень похожа на мою бутылочку, которая как назло только что исчезла из холодильника.

Клайв посмотрел на злосчастную емкость в руке, и на глаза накатились слезы. По иронии судьбы цвет моей мочи был и впрямь идентичен отвратительной смеси родниковой воды с персиковым соком, не так давно плескавшейся в этой бутылке.

— Отдай, — вежливо попросила индианка, протягивая руку — такую хрупкую, такую смуглую, такую красивую! — И по лицу Амриты Клайв понял, что шутить его принцесса не намерена.

— Нет, — проговорил он глухо, точно хороший кухонный стол из красного дерева.

— Что значит «нет»?!

— Можно я ее куплю?

— Не продается. Хватит глупить, Клайв. Отдай, я от жажды умираю. Можешь отпить глоточек.

— О, поверь, мне совсем не хочется.

Это был настоящий кошмар. Клайв стал уже подумывать, а не рассказать ли ей все. Может, дать ей чуть-чуть попробовать. В конце концов, кто знает, а вдруг она и сама курила травку в субботу? Тогда ее немедленно уволят, депортируют из страны и вышлют домой на какой-нибудь почтовой паровой посудине. И во всем будет виноват он.

Клайв совсем растерялся: дело гиблое, и выхода не видно. Но и рассказать все как есть тоже нельзя. Как бы вы себя повели, узнав, что некто тайно стащил из холодильника ваш напиток, вылил его в раковину и заменил уриной Дэниела Своллоу — да, того самого, по вине которого чуть не погибли три не слишком выдающиеся, но всеми обожаемые телезвездочки? Слеза прошибет от такой байки.

К тому же как вообще Амрита смотрит на наркотики? Поди разбери. И теперь все, что могло бы у них получиться, загублено на корню. Пропало навсегда! Остается лишь одно.

Клайв развернулся и, чувствуя на своей спине гневный взгляд блестящих карих глаз, бросился бежать. Одно слово, клоун!

— Убежал? — повторил я, стараясь не выдать царящего в душе смятения.

— Да, — ответил Клайв и, помолчав, спросил: — Что теперь?

— Во всяком случае, твоя карьера спасена на какое-то время.

— Плевать мне на работу! Что делать с Амритой?

Я вздыхаю.

— Амрита…

— Я все профукал, да?

— Знаешь, пути настоящей любви…

— Лучше и не говори, — вздыхает Клайв.