Главное – выжить - Марина Иванова

Неожиданно Данил увидел верблюдов на дальнем фоне пустыни и закричал: «Папа, давай сфотографируй меня, смотри, какой кадр получится!».

Максим резко остановил Джип, свернул на обочину и предупредил сына, что верблюды не очень гостеприимные животные. Он объяснил, что к ним лучше не подходить, потому что не знаешь, что у них на уме. Катя вышла из машины, сорвала полевую ромашку и протянула своей любимой невестке – белокурой розовощекой блондинке Дашеньке, которая улыбнулась, кивнула головой в знак благодарности и стала отрывать лепестки, приговаривая: «Любит, не любит».

– Ты сомневаешься? – удивленно спросила Катя. – Мой сын тебя со школы добивался и до сих пор пылинки сдувает.

– Знаю, просто детство вспомнила, как в Горькой Балке рвали ромашки и гадали на них с подружками.

Катя посмотрела на невестку, улыбнулась, и вспомнила, как они с Ларисой Вышаковой, одноклассницей, царство ей небесное, так же гадали на ромашках. Она поделилась этой историей с Дашей.

– Мама говорила, что ваша подруга от передозировки наркотиков умерла. Вы знаете, я не думала, что уже тогда была эта гадость.

Катя вздохнула, посмотрела на Дашу и вспомнила, сколько жизней забрали наркотики в ее родном селе. Но в СССР об этом говорить было нельзя. В стране советов не могло быть ничего западного, растлевающего нашу молодежь. В новостях не освящалась криминальная жизнь страны, людей щадили и не выливали столько проблем на их зомбированные в другом направлении головы. Наоборот трубили всегда о дружбе, о счастье, о доброте и любви. Может люди от этого были добрее?

А сейчас – стрелялки в компьютерах, чтоб крови побольше, новости ужасов, чтоб грязи погуще, передачи, где пороки поизвращенней. Вот и сидят перед телевизорами и компьютерами, – будущие убийцы, тунеядцы и проститутки. Они узнают из телевизионных сериалов, как отбить богатого мужа у лохушки-провинциалки, как совершить ограбление в ближайшем банке и смотрят показательные выступления, как жить так, чтобы попасть в ад. «Рогатые» захватили рынок информации, выпуская книги о приворотах и колдунах, забыв предупредить читателей, что это входной билет в один конец. Туда, где света белого не видно. И успокаивали всех, убеждая, что террористы виноваты в том, что у людей из карманов исчезли деньги, поэтому им нечего есть, а экономика просто переживает очередной кризис, который ведет туда же – где света белого не видно!

Катя тревожно посмотрела на небо. На нем действительно света белого не было видно. Черные тучи сбились в огромный комок и зловеще закрыли солнце. Катя вздохнула и подумала, что сегодня случится что-то плохое.

Она посмотрела на Максима, который фотографировал Данила. Внук лежал на песке и веточкой тянулся в сторону верблюдов. Животные встали в позу ожидающего нападения и, вытянув вперед шеи, неподвижно замерли, рассматривая диких невоспитанных субъектов, которые не стоят на месте, а каждую минуту, то ложатся, то встают, то подпрыгивают, задрав ноги.

– Поехали уже, хватит испытывать терпение верблюдов, – запротестовала Даша. – Нам нужно доехать к Лене засветло.

– Правильно, а то опять дороги развезет! Видите, дождь собирается! – поддержала невестку Катя и заторопилась к машине.

– Нет, лучше пусть нас с Максимом развезет после Колькиной самогонки, – пошутил Никита.

Катя с Дашей рассмеялись, вспоминая, как их мужей после семидесятиградусной жидкости действительно развозит.

Мимо промчался «Лексус» с московскими номерами. Света посмотрела в окно и позавидовала веселым людям, которые фотографировались.

«Есть же счастливые семьи, в которых есть хорошие папы», – думала Света.

Иван громче включил радио и слушал свои любимые ужасы новостей.

– Вот, гады, смотри, номера правительственные, – произнес Иван, проскочив мимо машины, стоящей на обочине. – Знаешь, в политике одни сволочи! Они ж воруют, больше чем я. – Представляешь, решили внести поправку в Закон. Что там править? Его нужно полностью менять. Дать людям больше свободы, чтоб воровали спокойно. А то давят и давят. Шагу ступить не дают.

– У тебя ее мало? – спросила осторожно Света.

– Чего мало? – зло глянул на Свету Иван.

– Свободы, – вздохнула Света.

Иван замахнулся на нее по привычке.

– Ты мне под руку не гавкай, – сказал он. – А то я вам устрою отдых.

Света повернулась, посмотрела на сына, погладила его по голове, успокаивая, но Сергей еще больше вжался в сиденье, думая, что отец снова начнет бить маму.

В деревню они въехали, как всегда со шлейфом пыли и скрежетом тормозов, разгоняя сельских общипанных кур. «Лексус» остановился рядом с домом Лены и Николая.

Красивые резные наличники только что покрашенные смотрелись ярко на деревянной избе. Николай стоял возле окна с маленькой кисточкой и выводил свои художества, опуская кисть в красивую голубую краску. Увидев гостей, он раскрыл объятия и громко воскликнул: «Какая радость, я уж думал не порыбачу на выходных».

Иван вальяжно вышел из машины, улыбнулся Николаю.

– Ты что, деда Коля, в художники подался на старости лет?

– Видишь, решил подправить свой теремок, а то перед московскими гостями неудобно. Ты Серегу со Светой привез?

– Приехал шорох навести управляющим, а Светка заодно ревизию проведет. Я ей отдых у тебя организую.

– Хорошо, мы гостям всегда рады!

Сергей выскочил из машины и подбежал к дедушке Коле.

– Деда Коля, деда Коля, смотри, какую машинку мне мама купила! – закричал он, делясь лучшим, что у него есть.

– Ух, ты! Вот это машина! А как она зовется?

– Астон Мартин, – гордо произнес Сергей. – Как у дедушки.

Навстречу гостям, выскочила из дома худенькая симпатичная женщина. Она улыбалась Свете и бежала с распростертыми объятиями к ней.

– Светочка, как я рада, что вы приехали, у меня как раз пирог ржаной рыбный поспел. Помнишь, я рецепт давала.

– Помню, но у меня он не получился, – процедила Света.

Иван зло посмотрел на Свету и произнес: «А что у курицы может получиться, только муку раскидала по всей кухни, руки растут не там!».

Лена заступилась за Свету, напомнив ему, что она хороший бухгалтер. Но не успела она договорить, как к дому подъехал Джип Максима.