Молоко, сульфат и Алби-Голодовка - Мартин Скотт

Мой взгляд задерживается на кухонном полу – он усыпан грязью, чахлыми листьями салата и чипсами, так кухня выглядит обжитой и приветливой. Я достаю кастрюльку, чтобы вскипятить воду для чая – недавно я спалил чайник, отвлекшись на драм-машину, а новый так и не купил. Выбор чайника – дело нелегкое, знаете, какое разнообразие, я хочу новомодную модель, а они дорогущие, поэтому в конце концов я приобрету какую-нибудь дешевку.

By проигрывает 5:0, его болельщики подавлены и посрамлены. Чен достиг нового поразительного пика мастерства. Никто в жизни так виртуозно не играл в «Убей еще одного».

Они останавливаются после пятой игры, после каждых пяти игр – перерыв. Чен беседует с болельщиками, By молчит. В толпу затесалось несколько полицейских из Сохо. Полицейские за Чена. В полиции не ценят медитацию.

Джун в постели.

Она проверила пистолет – тот в хорошем рабочем состоянии. Завтра она вернется в Брикстон и убьет Алби.

* * *

Я дома, жду наступления завтрашнего дня.

Я никогда не мог написать «завтра» и «автора» без ошибок – это, наверное, самые мерзкие слова, которые никто не способен точно воспроизвести.

Я разглядываю найденный в подъезде журнал. Он изобилует статьями с потугами на юмор, но смешного там настолько мало, что с таким же успехом эти статьи могли быть на любом иностранном языке. Еще там есть реклама литературного конкурса, премия Синклера[9]или что-то в этом роде. «Присылайте ваши общественно-сознательные книги», – гласит реклама, вы долбоебы, рекламировать общественно-сознательные книги в этой глянцевой пародии – что вы знаете про общественное сознание и что вы под этим понимаете, видимо, тему, которую можно обсуждать в гуманитарных телепрограммах и не выставлять себя на посмешище?

Я швыряю журнал в окно и читаю комиксы. Завтра почти наступило, что я с ним буду делать?

Стейси по-прежнему прикован к больничной койке. Он пестует иллюзию, что его заточение добровольно хотя бы отчасти, но, по-видимому, нет, никто не выпустит его лишь потому, что он пошел на поправку.

Иногда между врачебными обходами он ускользает из кровати. Однажды он замечает новую пациентку, в которой с изумлением узнаёт Памелу Паттерсон – Стейси познакомился с ней в букинистическом и дал ей телефон Алби. Похоже, ее избили. Медсестра сказала, что девушку обнаружили в переулке в Брикстоне уже в таком состоянии.

– Полиция подозревает банду черных.

Памела сжимает в руках сумку с комиксами.

Джун забирается в машину и выезжает на дело. Она размышляет о нехватке женщин-философов, или скорее о том, что их мало публикуют.

Китаец мается в своем ночном клубе.

Он улыбается посетителям, которые спотыкаются и шумят как слоны, и про себя думает: «Вы это серьезно?» К нему подходит какой-то мужчина, может, вы и владелец этого заведения, но вы всего лишь китаец, а я англичанин, а самое главное, я лорд, поэтому вопроса о том, кто лучше, даже не стоит.

Китаец отвечает лорду приветливо. Он подозревает, что родственники женщины, на которой он в конце концов женится, не отличаются от посетителей этого клуба, она же будет аристократкой. К счастью, не придется общаться с ними в клубах – китайцу видятся приемы в саду под огромным шатром или званые обеды в роскошных домах, у него есть деньги, а окружающие могут предоставить стиль и класс. Однако оглядываясь вокруг, он в этом сомневается.

Тренера Джули по кунг-фу зовут Чи. Ей повезло остаться в живых и бежать из Бирмы, когда ее босс-наркобарон погиб в серьезной перестрелке. Будучи одним из его телохранителей, Чи честно сражалась как лев, но была вынуждена бежать, когда ситуация стала безнадежной и босса убили. Насколько ей известно, все остальные телохранители погибли. Чи бежала через Кампучию и Вьетнам вместе с другим человеком, работавшим на наркобарона.

Некоторое время дела шли неплохо, они захватили с собой приличное количество золота. По пути из Вьетнама ее спутник надурил ее и оставил на мели. Абсолютно одна, без денег, Чи с трудом выбралась из страны, несколько раз чудом избежав смерти.

Сейчас она довольна жизнью. В общем-то ей больше по душе преподавать кунг-фу в Брикстоне, чем служить вооруженной телохранительницей в Бирме, – не так увлекательно, зато гораздо безопаснее.

Мюриэл сидит дома и рассматривает корону. Корона сделана очень просто – гравированный рунами золотой ободок, от прикосновения к ней у Мюриэл покалывает в пальцах.

Подобрав корону, Мюриэл не знает, что с ней делать. Как обычно поступают со старинными археологическими ценностями, всплывшими в деревянной шкатулке из затопленной дыры в дороге? Наверное, надо отдать ее специалистам.

Мюриэл кладет корону обратно в ветхую шкатулку, засовывает ее на полку и отправляется спать.

Она устала, она всегда переутомлена, она очень много работает.

Аварийная команда дорожных рабочих, присланная муниципалитетом, изучает таинственную дыру, затопленную водой.

Каким образом тут появилась несанкционированная брешь? В муниципалитете нет документов, что сюда кого-то высылали, и никаких записей, что здесь требовались дорожные работы. Ситуация в высшей мере странная. Чем больше раздумывают в муниципалитете, тем страннее выглядит ситуация, пока не разрастается до масштабов Бермудского треугольника.

Газетчики упиваются этой историей. ИЗ-ЗА ТАИНСТВЕННОЙ ДЫРЫ В БРИКСТОНЕ ЗАТОПЛЕНА ДОРОГА, МОЖЕТ БЫТЬ, ЭТО МЕТЕОРИТ? «Ученые и муниципальные рабочие-ремонтники озадачены странной дырой, возникшей в дороге на юге Лондона».

Я лежу в кровати и беспокоюсь обо всем понемножку, что-то у меня не так с кровью, наверное, я подхватил СПИД.

Даже если почти достоверно известно, что у тебя ужасное неизлечимое заболевание, все равно трудно сделать анализ крови – надо идти в больницу разумно объяснить как надеешься что на тебя поработает наука и не могли бы вы срочно проверить мою кровь пока я здесь подожду а в ответ – иди к черту. Ублюдки.

Как-то раз в отчаянии я пошел сдавать кровь, решив, что, если со мной что-то не в порядке, это заметят, по идее, они проверяют кровь, прежде чем залить ее больным. Я, конечно, не верю, что сдача крови – занятие альтруистическое, мне кажется, у нас берут кровь и продают ее в США.

Сдавать кровь было не очень жутко, я себе казался смелым и полезным для общества, мне не было больно, но пока из меня лилась кровь, с полчаса пришлось лежать на столе. Я-то думал, они пропорют в вене дырку, и пинта крови выльется за двадцать секунд, но это занимает уйму времени. Кровь вытекает в прозрачный мешок, и если ты не совсем здоров на голову, на него даже можно посмотреть. А вот случись пожар, эвакуация, а ты тут валяешься с трубкой в руке – тогда как?