Только играй - Елена Филон

Слюна с трудом умещалась во рту. Хотелось уподобиться далёким предкам, упасть на четыре конечности, растолкать толпу и рыча наброситься на мясо. Я со вчерашнего вечера ничего не ела, так что прошу войти в положение.

Рядом с площадкой для барбекю находился пульт для диджея, за которым уже вовсю орудовал загорелый паренёк в зеркальных солнечных очках и белой боксёрке. Из высоких колонок звучал микс одной из старых песен Blink 182 в ритмичной электронной обработке. Я не любительница подобных каверов, но эта песня раздражения не вызывает, даже наоборот, заметила за собой, что киваю в такт музыке и щёлкаю пальцами.

– Прошу минуточку внимания! – в рупор объявил мистер Вонг, и музыка, как и голоса парней, тут же притихли. – Добро пожаловать в общежитие для участников шоу «Только играй»! Уверен, вам здесь понравится! Информация о третьем туре и запланированных событиях будет объявлена завтра, а сегодня отдыхайте и развлекайтесь, господа, вы это заслужили! Но не забывайте! – повысил голос Вонг. – Камеры следят за вами и днём и ночью, так что ведите себя достойно и будьте готовы ко всякого рода незапланированным неожиданностям!

Один из помощников, что всегда крутится рядом с Вонгом, что-то шепнул ему на ухо.

– Ах, да! – спохватился Вонг, плавным жестом поправляя свою объёмную причёску. – Распределение по комнатам пройдёт по жребию. Комнаты для участников расположены на первом и втором этажах. Всего их восемь, каждая обустроена пятью спальными местами и прочей мебелью. Ванная комната на каждом этаже. Но! Прошу запомнить: на третий этаж участникам шоу подниматься запрещено! Там будет жить персонал, я и некоторые из организаторов шоу, а также ваши несравненные судьи, которые прибудут на вечернику с минуты на минуту! На этом всё! Веселитесь!

Даже не знаю, что воодушевляло меня больше: то, что на протяжении нескольких недель придётся делить комнату с четырьмя мужиками, или то, что физиономию мистера Ледышки придётся видеть целыми днями и растекаться по полу, как липкая жвачка, только от одного его убийственного взгляда. Джаред будет таскаться за мной и клянчить номерок Эстер (если ещё не забыл), Патрик придумает ещё пару сотен идиотских прозвищ, а Ин Хо просто подсыплет в мой кофе мышьяк и избавит от унизительного будущего.

Забавно как.

– Чего смеёшься? – Винс протянул мне красный стакан с пуншем, и я, прежде чем пить, принюхалась.

– Безалкогольный. Вонг сказал, если орги заметят кого-то выпившим, тут же вышвырнут из шоу. То же самое касается девочек. У нас здесь чисто мужское общество. А мимо камер и муха не проскользнёт.

– А вот эта муха, значит, к женскому полу не относится? – Я выразительно изогнула бровь и поглядела в сторону невысокой женщины с пышными формами и огненно-красными волосами, вышагивающей по покрытой цветным гравием дорожке на высоченных шпильках и в коротком чёрном платье.

– Первый пошёл!!! – некто перекричал музыку, и одного из парней бревном отправили в воду.

Та-а-ак.

Я сделала большой глоток ледяного пунша и вернула стакан Винсу:

– Пойду-ка я осмотрюсь.

Не уверена, что клей Эстер ещё и водоотталкивающий.

Отошла подальше к забору, где музыка звучала не так громко, и позвонила Эстер.

Хороших новостей от подруги не было. Мики рвёт и мечет, угрожает всем, чем только может, требуя объяснений о том, во что мы ввязались. Даже наркотики предположил. Бедный… И слишком импульсивный. Мики всегда таким был. Надумает себе кучу всего и в порыве эмоций что угодно выкинуть может.

– Лекс… я сделала всё возможное, – пугающе безжизненным голосом протянула Эстер. – Но лучше тебе самой с ним поговорить. Тем более что послезавтра я уезжаю на гастроли с театральной труппой. И если не уговорю его включить мозг, он точно за тобой поедет! Сейчас заперся в своей комнате, сказав, что, если через час ты не позвонишь, он весь Лос-Анджелес перевернёт, чтобы найти тебя.

Мики взял трубку с первого гудка и сразу принялся меня отчитывать. Терпеливо позволив ему выговориться, я в двух словах объяснила, что происходит, где я нахожусь и в чём вообще заключается мой план.

Реакция была предсказуема.

– Что?! – выплюнул, будто ослышался. – Что вы сделали?! Кто ты сейчас? Где сейчас?! НА КАКОМ ЕЩЁ ШОУ?! ВЫ С ЭСТЕР БОЛЬНЫЕ, ЧТО ЛИ?! И ГДЕ МОИ ДОКУМЕНТЫ?!

Успокаивать пришлось долго, но сил я не пожалела, так как груз вины существовал и я просто обязана была проявить по отношению к своему парню терпение и проглотить его обвинения не поперхнувшись.

В пятый раз повторила о том, какой это шанс для нашей группы, о том, что не подведу его и ему не придётся за меня краснеть. В общем – успокоительное не подействовало, аргументов не хватило. Мики продолжал орать и божился приехать прямо сейчас, чтобы увести меня домой.

– А как же Пенсильвания?! – с возмущением кричал он. – Как отмазалась?! Я не про подделку документа – об этом уже слышал! Что, если они позвонят твоим родителям?!

– Не позвонят, – сдержанно отвечала я.

– Ну и просвети, почему?

Я глубоко вздохнула, продолжая настойчиво ковырять пальцем маленькую дырочку на стыке камней в заборе:

– Эстер позвонила в деканат и представилась моей мамой.

– О, да ладно! Я сейчас должен был удивиться, да?

– Всё в порядке! – повысила голос я и тут же осмотрительно огляделась. – Там думают, что у меня возникли проблемы со здоровьем и я не могу приехать на учёбу. Оплату за курс мы велели перевести в фонд школы. Они нам… вроде как благодарны.

– А твой отец…

– Ему вежливо попросили не звонить, потому что человек он занятой, а накануне выборов… м-м… ну, знаешь, нервы ни к чёрту и всё такое. Кому нужны неприятности на голову?

– Больные, – констатировал Мики, помедлив. – Эстер ненормальная, но ты, Лекса, ты это просто что-то неподдающееся объяснению! Ты человек вообще? Какого чёрта тебя туда понесло?! Головой ударилась?! Мозг отказал?!

– Эй-эй, аккуратнее на поворотах. – Ну вот и начало сдавать терпение. Мики переходит границу дозволенного. Возможно, мне и нет оправдания, но оскорблять себя я не позволю.

– Послушай меня внимательно, Мики! Услышь, о чём я говорю! Я делаю это не потому, что у меня мозг отказал, а ради тебя, ради Смурфа и Дылды! Ради нас всех! – Но в первую очередь…

– Лекса…

– Нет, послушай! В первую очередь я делаю это ради человека, который верил в нас с тобой до победного конца! Эдмунд тысячи раз говорил, что видит нас обоих на большой сцене и верит, как никто, что мы обязательно этого добьёмся…

– Лекса, прошу, давай не будем начинать этот разговор. Мой дед…

– Твой дед – один из немногих в этом мире людей, которым я могла доверять! И точно знаю, что его слова о вере в нас не просто обычная похвала, а истинная правда! Иначе он бы ни за что не доверил нам свои гитары, и ты это знаешь. Так что будь добр, Мики, засунь своё мнение на ближайшие два месяца куда подальше и позволь мне сделать то, что собираюсь! Если не ради «Пончиков», то ради дедушки, который ни разу во мне не усомнился, в отличие от его внука!