Цвет надежды - Джулианна Маклин

Сказать, что мне еще никогда не было так плохо, не сказать ничего.

Дайана не отвечала на мои звонки и письма, и мы не имели представления, что было с ней после той катастрофы в казино.

Мы с Риком ночевали одни в пентхаусе. Он спал в своей комнате, а я в своей, потому что мы ждали, что Дайана вернется. Она так и не вернулась. Лишь на следующий день, когда мы покидали отель, ее брат Адам сжалился над нами и ответил на письмо. Он сообщил нам, что Дайана с Бекки ночевали в другом отеле и рано утром улетели из Вегаса. Теперь они уже едут домой в Бар-Харбор.

– Спроси у него, когда она вернется, – сказала я Рику. Мы стояли возле стойки администратора с нашими чемоданами.

Рик отправил Адаму этот вопрос.

Ответ пришел сразу.

Она еще не решила.

Больше мы не получили от него никакой информации.

Мы ехали три часа до Лос-Анджелеса. Сначала мы спорили, обсуждая случившееся. В основном обвиняли друг друга.

– Мы слишком много выпили, вот и все, – сказал он.

– И все? – воскликнула я. – Серьезно? Ты в самом деле так думаешь? – Рик явно не считал себя виноватым, и я разозлилась. – Ты давно уже флиртовал со мной. Даже Дайана это замечала.

– Эй, а ты, что ли, была против? – возразил он. – Ты всегда глядела на меня, словно я рыцарь в сверкающих доспехах. С той самой ночи, когда я врезал по роже тому лузеру, твоему бойфренду.

– Он никогда не был моим бойфрендом, – с отвращением заявила я. – Да, я была благодарна тебе за то, что ты меня тогда выручил, но никогда не хотела, чтобы между нами что-то было. Господи, ведь она моя сестра. – Я прижала ладони к щекам. – Господи, как мы могли так поступить?

Рик долго молчал, а потом, к моему удивлению, дотронулся до моего колена и погладил его, как бы желая меня успокоить. Я озадаченно посмотрела на его руку, потом нахмурилась и перевела взгляд на его лицо.

– Прости, – мягко сказал он. – Ты права. Это в самом деле нехорошо. Нельзя было так поступать.

Я все еще злилась на него. И ничто не могло это изменить. Даже если бы мы разделили нашу вину пополам, я винила его в том, что он такой невероятно красивый.

– Вчера вечером ты наговорил ей много ужасных, обидных вещей, – напомнила я.

– Да, – согласился он, убирая руку с моего колена, – но все они справедливые. – Он быстро глянул на меня. – Не делай вид, что она не говорила тебе о наших с ней отношениях. Я знаю, что она делилась с тобой всем. Дайана говорила с тобой больше, чем со мной. – Он покачал головой. – Она хотела лишь одного – выйти замуж. Она была просто как танк. Давила на меня так, что я еле дышал. Вот вчера у меня и лопнуло терпение. Я больше не мог молчать.

Я положила локоть на край оконного проема и подперла ладонью лоб. Местность за окном стремительно пролетала мимо меня, и мне припомнился тот далекий день, когда мама сказала мне, что надо искать себе богатого мужа.

«Одной любви недостаточно», – сказала она тогда.

Ее слова казались мне теперь такими пустыми.

– Но ты и сама хороша, – проворчал Рик. – Дело не только во мне. Ты непрестанно посылала мне сигналы.

Мое отвращение к самой себе усилилось еще больше, потому что он был прав. Меня тянуло к нему. Я обожала его с той первой минуты, когда он вошел в приемную у меня на работе. Я тогда чуть не грохнулась со стула, а после его ухода долго приходила в себя.

Конечно, я никогда не говорила об этом Дайане, но, когда Рик смотрел на меня, я таяла. Всякий раз, когда он говорил со мной, я сходила с ума. Но не осмеливалась признаться в этом даже самой себе.

Прошлой ночью в лифте моя сила воли наконец отказала. Стоило лишь ему посмотреть на меня своими гипнотическими голубыми глазами, и искры, пробегавшие между нами уже много недель, внезапно разгорелись в яркое пламя. Я ужасно хотела его – физически – и просто не могла себя сдержать.

Тот поцелуй был заряжен электричеством. Я потеряла рассудок. Когда открылись створки лифта, я стояла в ступоре и мало что соображала…

– Что ты думаешь теперь насчет Дайаны? – спросила я, повернувшись к Рику. Чтобы успокоить нервы, я старалась дышать глубоко и размеренно.

– Извинюсь за случившееся, – равнодушно ответил он, – потому что обязан это сделать. Но, с другой стороны, у нас с ней нет будущего. Я не хочу того, что хочет она. Будет лучше, если она оставит меня в покое.

Вероятно, он уже принял решение.

А что же будет со мной? Что мне теперь делать?

Я предала свою сестру. Можно ли будет исправить, починить то, что я разбила?

Остаток пути мы с Риком молчали, но, когда въехали в город, одно решение я уже приняла.

– Высади меня возле моего дома, – сказала я. – Я больше не хочу тебя видеть. Мы совершили ужасную вещь, и я разрушила самое лучшее, что у меня было за всю жизнь.

Не отрывая глаз от дороги, он коснулся моего колена и умоляюще сказал:

– Надия…

– Нет. – Я оттолкнула его руку. – Не надо. Мне не нужна грязь. Мне надо только одно – чтобы Дайана простила меня. Пожалуйста, отвези меня домой.

Он остановил машину возле моего дома, открыл багажник.

– Давай встретимся, – попросил он, протягивая мне чемодан.

– Нет, между нами все кончено, – отрезала я.

Рик с досадой захлопнул багажник и сел в машину.

Потом я стояла на тротуаре и смотрела, как растаяли в дымке габаритные огни. Внезапно я поняла, что снова осталась одна, и на этот раз мне было особенно плохо.